чиной тому являлся еще и ужасающе противный суп, который явно был сварен из плохо промытой картофельной кожуры. На зубах откровенно скрипел песок. Девушка, что удивительно, не была особо голодна. Через силу она цедила треклятую похлебку, утешая себя тем, что в плохой год дома она ела и хуже.
Однако тревожило ее еще кое-что. Она все никак не могла смириться с тем, что видела убийство. Причем убийство жестокое и неоправданное на ее взгляд. Тот человек хоть и был гадом, но не хотел их с Мартом убивать - лишь похитить. Действия же Карла ее напугали. Если раньше она думала, что он просто зарвавшийся и наглый, то теперь она начинала его побаиваться. Невозможно нормально относиться к человеку, который так запросто с порога убивает человека, даже не разобравшись, кто именно перед ним.
«А если бы из комнаты пыталась выбежать я и напоролась на его меч? - подумалось Леде. - Интересно, что бы тогда Карл сделал?»
- Ненавижу таких людей, как эти двое, - вдруг сказал Март.
Леда удивленно посмотрела на него, и спросила осторожно:
- Из-за пыток?
- Нет, - поморщился бог. - Пытки, убийства, казни были и будут всегда. И то, что я предпочитаю другие методы, ничего не значит.
- Так почему же они вам не нравятся? - спросила Леда осторожно.
Ответить Март не успел. В кухню вошли хмурый злой Аластр в своей подранной еще после битвы с големом одежде, и беззаботно веселый Карл. На последнего Леда предпочитала не смотреть - ее удивляло то, как он может так спокойно улыбаться после того, как ночью убил человека, пусть и злого.
- Нет ничего лучше, чем пытки с утра пораньше, - сказал охотник на разбойников, однако в голосе его сквозил сарказм. - Ну, чего все какие смурные? Развеселитесь!
- Нечему веселиться, - буркнул хмуро Аластр, а потом кивнул Леде и Марту. - Доброе утро, хотя для меня оно совсем не доброе.
- Да ладна тебе, - хлопнул его по плечу Карл. - Подумаешь. В пыточных под королевским замком еще и не такие трюки выделывают.
- Мне больше смущают не трюки, - поморщившись, как от зубной боли, сказал Аластр. - А то, что он ничего не знал.
- Да, только время зря потратили, - согласился Карл.
От его слов по спине Леды побежали мурашки. Пытали... просто так? Просто чтобы выведать информацию, которой не было? Спас ситуацию Март. Откашлявшись, он попросил:
- Может, кто-нибудь введет меня в курс дела?
Аластр глянул на повариху и махнул ей рукой, чтобы она покинула кухню. Та смиренно поклонилась и ушла. Только после этого граф тяжело вздохнул, уселся за стол, откинулся на спинку стула и буркнул:
- Не во что вводить, ваша светлость. Ничего мы не выяснили.
- Почему же, вполне выяснили, - утешил его Карл. - Убийца пришел, дал денег скупцу и велел выметаться, если жить не надоело. Пока убийца пытался стянуть Марта и Леду - кстати, мы так и не поняли, зачем последнюю - барон паковал в мешок свои сокровища из подвала. Кстати их оказалось на удивление мало, плохо, видать, копил. Ну и кто за все это заплатил, мы не выяснили.
- Мы бы узнали об этом, если бы ты не прирезал вчера ночью того убийцу, - пробурчал Аластр.
- А какая разница? - развел руками Карл, и в его улыбке Леда заметила какую-то хитринку. - Мы знаем, что есть шпион. Этот шпион может быть кем угодно, однако Языка мог нанять только человек с деньгами. С большими деньгами. А почему именно украсть, а не убить, мы не знаем. Скорее всего это должно было выглядеть так, будто Март ушел ночью сам, прихватив с собой Леду, а барон уехал по делам. Специально подстроили все так, чтобы оставить нас с носом. Другой вопрос - кому понадобился живой Март?
- Бросайте уже трепаться о таких важных делах посреди дома, - нахмурился Аластр. - Слуги могут работать на кого угодно. Поговорим лучше в карете.
- Хорошо, - кивнул Карл. - Двинемся дальше по тракту. Черт с ней с бурей. Будем чаще менять лошадей.
- Господин, мне бы переодеться, - скромно сказала Леда.
Она куталась в плащ, пытаясь прикрыть свою сорочку, и ей стыдно было бы в таком виде показаться на людях. У нее даже не было зеркала и гребня, чтобы привести в порядок волосы.
- Мы спрашивали у слуг, - сказал чуть расстроено Карл. - Нет у Гедла одежды нормальной. Ни женской, ни мужской. Так что в ближайшем городе сходим к портнихе и сообразим тебе что-нибудь. Идет?
- Хорошо, - вздохнула Леда, смирившись со своей судьбой.
Часть 4. Ворон, пес и кот. Глава 7
На улице бушевала метель. Огромные хлопья снега метались в воздухи как вытряхнутая из шубы моль. Ветер гнул деревья, надувал одежды и всячески пытался насолить. Леда недоумевала - куда в такую погоду Карл собирается их везти, а главное - как. Ведь дороги замело, и сбиться с пути было легче легкого. Однако охотнику на разбойников, казалось, такая погода была нипочем. Потому они преодолели с трудом расстояние до кареты и двинулись в путь. Леде пришлось сесть рядом с Аластром, из-за чего она испытывала какое-то до этого незнакомое смущение. К тому же граф явно был не в духе.
- Итак, а теперь о главном, - сказал Карл, потирая руки.
- О том, как мы собираемся ехать? - ввинтился саркастически Март. - Наконец-то я узнаю ваш секрет. Каким образом мы собираемся продираться через эту пургу?
- Недолго придется продираться, дружище, - отмахнулся Карл. - Уж часа два лошадки и люди выдержат.
- Часа два? - удивился Аластр. - В двух часах отсюда по северному тракту что в одну, что в другую сторону ничего нет. Я часто ездил к королю, успел уже выучить...
- Планы изменились, - усмехнулся Карл. - Свернем с тракта и будем ехать некоторое время на запад. Если кто-то прознал про то, что мы везем тут...
- Точнее кого, - перебил его Март. - Не забывайте о том, что я - живой человек.
Леда нахмурилась. Она понимала его отчасти. Когда Аластр и Карл начинали говорить о своих делах, она обыкновенно чувствовала себя не живым человеком, а мебелью, которой и добавить-то нечего. Март же явно с таким положением вещей мириться не собирался. Однако его встревания казались ей немного... не свойственными богу что ли. Скорее они подошли бы капризному мальчишке.
- Простите, ваша светлость, - кивнул Аластр. - Карл, продолжай.
- А. ну так вот, - почесал в затылке охотник на бандитов. - Если это стало известно, то за нами могут еще где-то поохотиться. Засаду там устроить. Северный тракт - самая быстрая дорога до владений герцога Лока, и, разумеется, на ней нас могут поджидать. Потому нам лучше свернуть. Да, мы будем ехать дня на три дольше, но зато безопаснее. Не было бы еще бурана...
- Он уймется через пару часов, - сказал Март. - Скорее всего это - дело рук Январь. Сейчас какой месяц?
- Февраль, - ответил на его вопрос Аластр.
- Значит она слаба, и не сможет поддерживать бурю дольше трех-четырех часов, - пожал плечами Март. - Потом ей нужно будет отлежаться, и все начнется сначала.
- Отличная новость, - сказал Карл. - Будем ехать в промежутках. Как думаешь, дружище, как долго она будет это все делать?
- Зная ее упрямство - до тех пор, пока ей не принесут весть о нашей смерти, - поморщился Март.
Собравшиеся притихли. Карета свернула с тракта, ощутимо качнувшись, и поехала дальше куда-то влево. Леда плотнее закуталась в свой плащ, с опаской посмотрев на болтающуюся на потолке тепловую лампу.
- Итак, - сказал Аластр, прерывая молчание. - Не хотите ли вы, ваша светлость Март, рассказать нам о том, что же случилось семьсот лет назад?
- Не хочу, - честно ответил бог. - Однако две вещи все же поясню, чтобы вам было спокойнее. Во-первых, я никого не убивал. Богов вообще убить невозможно. Заточить как меня - можно, но не лишить жизни.
- Получается, боги живы? - оживилась Леда. - И их можно освободить как вас?
- Вполне, только не так же как меня, со мной все сложнее, - посмотрел на нее с какой-то приятной нежностью Март. - На самом деле чтобы остальные вернулись к жизни достаточно доставить меня в замок богов.
- Зачем тебе было их пленять, если теперь вы решили их освободить? - поморщился Карл. - Я один вижу в твоих действиях противоречие?
- Во-вторых, - упрямо сказал Март. - Я никого не пленял. Это сделала Январь. Зачем... что ж, есть у меня парочка идей, почему она это сделала, но они непроверенные.
- Парень, мы не такие дураки, как ты думаешь, - ухмыльнулся к недовольству Аластра Карл. - Хочешь сказать, что Январь тебя подставила? Тогда почему их она заточила десятерых одним образом, а тебя - другим? Почему их оставила в замке богов, а тебя - сбросила на землю? Мы хотим знать подробности.
- Как я могу рассказать вам подробности, если я сам их не знаю? - нахмурился Март. - Я вернулся с земли, куда отлучался по делам, вошел в замок - а там огромная ледяная глыба, в которую вмерзли десять из одиннадцати моих друзей. А помимо этого - сидящая на троне Январь. Довольная собой, как переевшая сметаны кошка. Вся из себя радостная, и предлагающая мне править вместе с ней миром. Разумеется, я отказался, разозлился и решил с ней драться. Но она быстро меня схватила. Дальше - только мои предположения. Так как я сам по себе очень горячий заточить меня в лед как прочих она не смогла, потому, чтобы уменьшить силу, разделила душу с телом. Но и это, видно, не помогло, и потому она поместила мое тело в кристалл и даже убрала из замка богов, чтобы исходящий от меня жар не растопил сковывающий моих друзей лед. Опять же - я не знаю, как все было на самом деле, это всего лишь мои предположения, так как я не помню ничего, что случилось после драки с ней.
- Неужели не было никаких предпосылок ко всему этому? - удивился Аластр. - Она не вела себя странно?
- Нет, - пожал плечами Март. - Пусть она была довольно жестокой порой, но не она одна. Не знаю уж, как люди сейчас рисуют богов, но раньше они стремились все приукрасить. Например Апрель во всех легендах изображали как героиню, но на самом деле она очень жестоко убивала бандитов, некоторые из которых и сами были бы рады свернуть с этого пути, да не могли. И Декабрь? Меньше ли он забрал людей на тот свет, чем Январь? Вряд ли. Такая уж у них работа, такая участь. Не всем же проповедовать любовь и процветание.