— Нашла подарочную коробку рядом со своей комнатой, — заявила мне голосом победительницы, хоть я не соревновалась с ней за главный приз этого Отбора. — Это Рион… Принц подарил мне ожерелье, как знак своего особого расположения! Наверное, хочет, чтобы я надела его на сегодняшний бал.
Мелина выглядела так, словно вместо медовой настойки хлебнула скисшего молока.
— А записка была? — поинтересовалась практичная Лилли, на что Сисса тут же заявила, что ей и без записки ясно, от кого этот подарок.
— Не думаю, что Сисса читала Гериона, — шепнула я Лилли. — У нее и без чтения все прекрасно!
Лилли пожала плечами.
— Признаюсь, такого я не ожидала, — заявила мне, когда мы, еще немного послушав охи Сиссы и фальшивые уверения остальных, что ожерелье ей очень даже к лицу, шли по длинному коридору, увешанному портретами томных красавиц и суровых кавалеров, к нашим покоям. — По всем моим прикидкам выходило, что жениться он все-таки должен на тебе. И не надо сразу же в штыки! — упрекнула меня Лилли раньше, чем я успела возразить. — Вы отлично друг другу подходите, такие же упертые! Но теперь, — взглянула на меня, — судя по твоему виду, сделать ему это будет крайне затруднительно.
— Ты хотела сказать, невозможно, — поправила я. — Но это было невозможно с самого начала Отбора.
Если такая вероятность и существовала — помню, в детстве папа, воодушевленный перспективой мирного и дружеского сосуществования с Улайдом, пару раз с энтузиазмом упоминал о нашем с Рионом браке, — то она развеялась вместе с пеплом погребальных костров моих родителей.
На это Лилли снова пожала плечами, заявив, что очень скоро все прояснится.
За обедом девушки говорили преимущественно о следующем испытании. Завтра нас ждал смотр талантов, на котором избранницы собирались либо петь, либо танцевать, либо услаждать слух принца игрой на клавесине. Я же мстительно думала сказать Риону, что Пращур талантам меня обделил, поэтому участвовать в испытании я не стану. Не с чем.
И у Риона появится преотличная причина наконец-таки вышвырнуть меня с Отбора!
Зато Лилли планировала задержаться — правда, ее интересовал исключительно младший брат принца. Она надеялась, что архимаг Видар Брант будет присутствовать на испытании и увидит ее феерическое магическое выступление. К тому же Лилли решила его еще и усложнить — ну, чтобы уж наверняка произвести неизгладимое впечатление на самого молодого архимага в истории Улайда! Поэтому после обеда мы отправились в библиотеку, где и скоротали время до вечера, обложившись древними манускриптами.
Лилли что-то увлеченно читала под одобрительным взглядом магистра Торма, я же попыталась разыскать свитки, описывающие действие Сердца Дракона, с которым была знакома крайне поверхностно. В библиотеке Савори книг было мало, и все они — на вес золота.
Но ничего особо путного я не обнаружила и во вверенном магистру Торму хозяйстве, потому что, как оказалось, большую часть библиотеки увезли в Ализею, когда обитатели в спешке покидали Старый Замок.
Но почему в спешке? Что здесь произошло три столетия назад?
Этого магистр Торм не знал или же не стал мне говорить, забормотав, что на все воля Пращура-Дракона. Но я все-таки нашла по нужной теме один свиток и древнюю как мир книга, страницы которой было боязно листать — казалось, что ветхий пергамент вот-вот рассыплется от моих прикосновений. В ней речь шла о том, что Сердце Дракона — это связующий артефакт, поддерживающий равновесие в мире, подаренный нашим предкам самим Пращуром.
Артефакт оказался довольно хрупким — наверное, такой же, как и эта книга, — поэтому Драконий Бог завещал хранить его как самое дорогое сокровище. Что и делали королевские маги, пока один из них по неосмотрительности не уронил камень, отколов от него небольшой кусок. Это вызвало крайне разрушительные последствия.
Тут я вытаращила глаза и, не удержавшись, пробормотала:
— Ну надо же!
Выходило, что девять столетий назад после разрушения части артефакта открылся портал, из которого в наш мир пришли демоны, сразу же заявившие права на Север Драконьей Империи. Им удалось отвоевать приличный кусок земель, где они и образовали свое государство, которое назвали Лофраем.
Это заставило меня серьезно и надолго задуматься, потому что ничему подобному в Савори нас не учили. Демоны были демонами, тумы — отколовшаяся часть от их племени, смешавшаяся с людьми, и мы никогда не задавались вопросом, кто они такие и каким образом появились в нашем мире.
Знали, что пришли из другого, но не связывали это с Сердцем Дракона.
Хотела было обсудить это с магистром Тормом, но тот меня явно не жаловал. Перевела взгляд на сосредоточенную Лилли, покрывающую аккуратными буквами лист пергамента. Подруга была полностью погружена в подготовку к завтрашнему испытанию, и я решила ее не беспокоить.
К тому же, чем больше я думала о прочитанном, тем меньше собиралась этому верить. Потому что Сердце Дракона было полностью уничтожено три столетия назад, но наш мир все еще стоит, непоколебимый и неизмененный. Я не слышала ни о новых племенах, ни о новых войнах, кроме обычных междоусобиц, когда сосед шел на соседа из-за застарелой вражды или жажды наживы.
Никаких странностей, разве что заброшенный три сотни лет назад Старый Замок, до этого верой и правдой прослуживший династии Брант множество столетий, да непонятные слухи, о которых говорила Илси, когда мы тряслись в карете по горным дорогам. Кажется, речь шла о невиданных зверях и людях, сходивших с ума в Сундарских Скалах.
Но стоило ли обращать на слухи внимание?
Подумав, я решила, что не стоит.
Потянулась к свитку, описывающему притяжение, возникающее в Истинных Парах. Но и в нем сведения оказались слишком уж поверхностными. Выходило, что первыми присутствие второй половины ощущают звериные ипостаси. Драконы, чья сущность не замутнена человеческими проблемами, тянутся друг к другу, после чего невероятную силу привлекательности, которой невозможно противостоять, чувствует уже человек.
Это тоже меня озадачило. Особенно когда я вспомнила, как вела себя Луна в присутствии Риона Бранта. Но нет же, нет!.. Сердце Дракона и Истинные Пары тут совершенно ни при чем! Луна, которая в Несмайре воплощалась каждый день, просто-напросто соскучилась по небу и ветру, потому что в Улайде мне приходилось держать драконицу взаперти. К тому же я исправно ненавидела принца Улайда, и ничто не могло поколебать моей решимости вернуться домой как можно скорее.
Но Несмайр был далеко, а вечер становился все ближе и ближе, пока не накрыл Старый Замок темным покрывалом, принеся с собой звезды на ночном небе, громкие трели сверчков в саду, разноцветные магические огни над замком и встревоженных слуг, готовящих Центральное Крыло к вот-вот начинающемуся балу.
Оставшиеся избранницы давно уже разошлись по своим комнатам примерять наряды, и очень скоро должны были прибыть гости из Ализеи. Включая короля и королеву Улайда.
Мне же идти на бал совершенно не хотелось. Снова выслушивать лживые речи и терпеть фальшивые улыбки представителей династии Брантов? В Ализее я чувствовала себя обмазанной липкой патокой, на которую вот-вот слетятся жужжавшие вокруг навозные мухи…
Но мне все пришлось туда пойти. Не явись я, так за мной пришлют. Скажись больной, нашлют толпу магов, которые примутся меня лечить. А еще, того хуже, заявится и сам любитель пирожков!..
Перспектива выдержать присутствие Риона Бранта в собственных покоях показалась мне куда неприятнее, чем общаться с принцем в переполненном Бальном Зале, где можно затеряться в толпе гостей. Поэтому я все-таки стала собираться, размышляя, что, по большому счету, волноваться мне не о чем. Мало ли, что наговорил мне принц этим утром в саду? Ведь он заинтересовался пирожками дочери главы Северо-Западного торгового союза, а затем даже подарил ей дорогущее ожерелье, тем самым выказав свою симпатию.
Все шло к тому, что однажды у Улайда будет новая, пусть и довольно глупенькая, королева.
Зато завтра я откажусь от третьего испытания, сославшись на отсутствие талантов, и мы с Патриком будем свободны. Что же касается интереса младшего брата к Илси Риис, то у него будет целый вечер, чтобы привлечь внимание девушки и проверить, не ошибся ли он в своих чувствах.
А потом, глядишь, мы пришлем сватов…
Попросив служанок уложить мои волосы в высокую прическу, выбрала бордовое платье с золотистой отделкой, квадратным вырезом и пышной парчовой юбкой. Затем долго рассматривала украшения. Перебирала их, перекладывая их из одной маленькой шкатулки в другую. Понимала, что тяну время и уже опаздываю — из распахнутого окна до меня долетали звуки музыки и громкие голоса. Затем в дверь постучали, и леди Истрим холодно поинтересовалась, много ли времени мне понадобится на сборы.
Пришлось ей сказать, что скоро буду готова.
Затем все-таки выбрала колье и рубиновую диадему, после чего прошла по опустевшему Девичьему Крылу и проследовала через сад, где меня и поджидала леди Истрим. Всю оставшуюся дорогу до Центрального Крыла мы провели в молчании, но я чувствовала, как витает в воздухе ее невысказанное недовольство из-за моего опоздания. Наконец возле входа в Центральное Крыло строгая директриса все же выдавила из себя комплимент, заявив, что принцесса Несмайра сегодня выглядит обворожительно.
Поблагодарив ее, поднялась по массивной мраморной лестнице на второй этаж и вошла в Бальный Зал. Никем не замеченная, спустилась с небольшого возвышения — три ступени на входе, — и огляделась. Не сказать, что Бальный Зал был переполнен — избранниц на Отборе оставалось всего лишь восемь, а гостей из Ализеи, судя по всему, пожаловало не так уж много. Кто-то танцевал — я видела, как кружатся под музыку незнакомые пары, — кто-то угощался возле накрытых столов, где стояли огромные емкости с горячим фруктовым вином.
Затем нашла и знакомую — раскрасневшуюся Мелину в кокетливых завитках светлых волос и ярко-желтом платье, которую вел в танце молодой, привлекательный придворный в серебристом наряде. А потом заметила и наследного принца.