- А как остальные?.. – негромко спросила Карианна, кивнув в сторону трупов, которые девушки успели оттащить за кусты, чтобы не мозолили глаза.
- Те, кто был на острове, все вышли, – сообщила ей. – Больше никого не осталось! Только Черныш мой где-то потерялся… Но он вернется, обязательно! Этот пройдоха все время прячется, когда становится жарко.
А затем я тоже пошла на пляж и долго смотрела на море. Очень долго.
Вернувшаяся Эльга принесла мне воду в кувшине, прихваченном из хижины. Сказала, что по дороге на холм они нашли и обезвредили несколько глупых магических ловушек. Уговаривала меня поесть, но мне не хотелось. Мне ничего больше не хотелось!..
Откуда-то прибежал Черныш. Ластился, заглядывая мне в глаза, махал хвостом, словно он во всем виноват.
Но я знала, что виноват не он. Во всем виноваты люди! Те, кто называли себя Светлыми, но жили с ненавистью в сердце к нам, Темным.
А затем был корабль, и много народа, и встревоженные голоса. Меня искали, звали. Подходили, пытались куда-то увести, но я не далась. Сказала, что если кто-то меня тронет, то останется на этом острове навсегда, разделив участь фанатиков из «Карающей Длани».
Так и сидела на берегу. Ждала того, кто сможет вернуть мне душевное равновесие, потому что самой у меня не получалось.
Дождалась.
Но сперва подошел Бартен Мунсен, сел рядом на золотистый песок. Темный архимаг тоже что-то говорил, обещал... Заверил меня, что умрут все, кто причастен к заговору, причем от его собственной руки. Затем встряхнул меня за плечи, заявив, что пора уже возвращаться к жизни.
Но я не хотела… Вяло его оттолкнула, заявив, чтобы он катился к Темным чертям.
Разозлился. Сорвал с пальца кольцо, сунул мне в ладонь. Я смотрела на черный опал, чувствуя, как едва уловимое магическое излучение колет руку. Надо же, а я так и не научилась заговаривать камни!..
Тут архимаг заявил, что так дело не пойдет. Надел мне кольцо на палец, сказав, что таким образом он всегда узнает, если я снова вляпаюсь в неприятности. Хотел добавить что-то еще, но вместо этого почему-то поднялся и ушел и даже не попрощался.
Оказалось, его место занял тот, кого я так долго ждала. И меня тут же притянули к себе, а я счастливо вздохнула, уткнувшись в крепкое мужское плечо.
- Это были самые страшные два часа в моей жизни! – признался Айдар, сильнее и сильнее прижимая меня к себе, делая больно. – Когда мне сказали, что кто-то из Избранниц ранен, а кто-то может быть убит, то… Я все время думал о тебе, Лиррит! И картинки, которые рисовало мне сознание…
- Глупый! – покачала я головой, улыбнувшись его подмышке. – Ты ведь знаешь, что меня так просто не убить.
Но он обнял меня еще крепче.
- Я многое успел передумать за эти два часа. Очень многое!.. И понял одно – мне все равно, кто ты такая, Лиррит Стенстед! Светлая или Темная, травница или дочь лорда Смарен…
Тут я все же выпуталась из его объятий, краем глаза заметив, как неподалеку промелькнуло темное платье Йорунды.
- Ни та, ни другая, – сказала Айдару. Хотела назвать свое настоящее имя, но не смогла, потому что сейчас меня волновало совсем другое. – Зато есть люди, которым далеко не все равно... Которые считают, что Темные – пыль под их ногами. Плесень, которую надо уничтожить. Выжечь магическим Огнем или же расплющить Молотом Ведьм… Потому что одно лишь наше присутствие отравляет святую землю Астора.
- Лиррит!
- Что?
- Я так не считаю, Лиррит! – мягко произнес Айдар. - Не считал и никогда не буду считать, и ничто на свете не сможет изменить мое мнение. – Тут он взял меня за плечи и хорошенько так встряхнул. – Ты мне веришь? Посмотри на меня! Ну же, Лиррит!..
И я посмотрела. Глядела завороженно в серые глаза и чувствовала, как под его взглядом мой мир – Светлое и Темное – приходит в равновесие.
Но принц меня не отпускал, ждал ответа. И мне почему-то показалось, в его вопросе скрыто намного большее…
- Верю! – наконец, сказала ему. – Я тебе верю!
- Вот и хорошо, – улыбнулся он.
А потом привлек меня к себе, и его губы коснулись моих.
Глава 13
Следующим утром меня разбудили.
Странное дело – обычно я просыпалась сама, причем сразу же после рассвета, после чего проводила долгое время в размышлениях, занятиях магией и молитвах. Но на этот раз кто-то осторожно коснулся моей руки, и я открыла глаза.
Надо мной склонилась Тея.
- Доброе утро, госпожа! – улыбнулась молоденькая служанка. – Пора уже просыпаться, а то опоздаете к завтраку! А ведь еще надо сделать парадную прическу…
- Прическу? – пробормотала я. – Какую еще, к чертям, прическу?
Села, откинув одеяло. Тряхнула головой, и две косички, которые заплетала мне на ночь Тея, упали на грудь. Оказалось, за окном давно уже разыгралось утро, а я все еще…
Как же я так заспалась-то?!
Впрочем, причину я тут же вспомнила – вчера вечером, по возвращению во дворец, после скомканного ужина, за которым почти никто не ел, Торстейн прислал мне записку. Вернее, целое пространное письмо, в котором речь шла о том, насколько сильно архимаг шокирован произошедшим на острове и как искренне он сочувствовал тому, что мне пришлось столкнуться с неприкрытой агрессией фанатиков. Затем шла похвала моим магическим способностям и благодарность за спасение жизней Темных Избранниц.
К записке прилагалась небольшая склянка с успокоительной настойкой.
Я долго к ней принюхивалась, пытаясь разобрать, что именно там намешано. Затем по вибрациям все же разобрала состав. Внутри были лишь безобидные травки – мелисса, зверобой, мята, корень валерианы – и никакой Светлой Магии! Поэтому настойку я все же выпила, решив, что немного покоя мне все-таки не помешает, после чего проспала без сновидений до утра.
- Сразу после завтрака будут объявлены результаты вчерашнего испытания, – доложила мне Эстель, и я уставилась на нее с удивлением. Меня всегда поражала осведомленность слуг. – И еще на нем будет присутствовать Его Высочество принц Айдар!
Тея тем временем доставала из гардеробной светло-серое платье, лиф и подол которого были расшиты маленькими белоснежными бутончиками роз. Я же попыталась собраться со все еще сонными мыслями.
Значит, после завтрака объявят результаты третьего испытания... Впрочем, они и так были мне прекрасно известны: пятеро убитых из «Карающей Длани» и трое погибших Светлых магов, которые должны были присматривать за Избранницами на острове! Но фанатики выследили и прикончили их по одному как раз перед нашим прибытием. После этого они аккуратно испортили Сеть, чтобы Темные не смогли вызвать подмогу, и стали поджидать своих жертв.
Только все пошло совсем не так, как они планировали!
Впрочем, я была уверена в том, что Айдар найдет причастных к заговору. А еще в том, что Светлые Избранницы знали о готовящемся нападении! Пусть не все, но кто-то из них точно знал... Знал и с наслаждением смаковал сей факт, дожидаясь нашей гибели.
Я подозревала Тессу, и Эльга была со мной полностью согласна. Только вот наша «королева», судя по тому, с каким видом она сидела во главе стола по возвращению в Астор, отделалась лишь легким испугом и испорченным настроением от несбывшихся ожиданий. И все потому, что Светлые Избранницы в один голос заявили, будто бы они ничего не знали! Понятия не имели о нападении, и им, судя по всему, поверили. Впрочем, ни у меня, ни у Эльги не было ни единого доказательства, одни лишь подозрения.
Я рассказала о них Айдару еще на острове, и он пообещал во всем разобраться.
Разбирался принц с размахом – все причастные к организации третьего испытания были взяты под стражу, и уже вечером начались допросы. Досталось и Бартену Мунсену, но, насколько я знала – Восточное Крыло гудело от слухов, – Темного архимага быстро выпустили, не найдя доказательств его вины. После этого была записка от Торстейна, успокоительная настойка, мягкая перина и крепкий сон…
Зато сейчас через окно лился солнечный свет – Эстель отодвинула тяжелые ночные гардины – виляющий хвостом Черныш лез целоваться, а еще… Меня никто больше не убивал!
Сладко потянулась, радуясь началу нового дня. Вчерашний принес с собой много смертей, всплеск ненависти, а еще – мой первый поцелуй. Легкое, нежное касание губ, мое изумление, бешеный стук сердца, а затем наслаждение узнавания…
Но… Почему? Почему он меня поцеловал?! Неужели я ему настолько нравлюсь? Или же Айдар так сильно проникся сочувствием к Лиррит Стенстед, которой порядком досталось от Светлых фанатиков, что решил успокоить ее таким вот незамысловатым образом? Или же… Быть может, он уже перецеловал всех своих невест, и осталась лишь одна я такая, нецелованная, вот он и исправил оплошность?
Я и еще Эльга, она бы мне сказала…
Но спросить у Айдара на острове у меня не получилось. Не успела – к нам направлялось несколько магов с явными намерениями получить дальнейшие указания от принца. И Айдар, разжав объятия, пообещал, что мы обязательно поговорим позже.
Позже…
Какое же это все-таки странное слово! Оно могло значить что угодно – и через минуту, и… Когда угодно! Но, оказалось, принц уже приходил ко мне вчера вечером.
- Вы так сладко спали, госпожа, – заговорщически сообщила мне Тея, – что принц не стал вас будить. Оставил вам записку и подарок. И не только он…
По ее словам, после ухода Айдара в мою комнату заглядывал еще и лорд Смарен, но и мой фальшивый отец тоже не удосужился поднять меня с кровати. И он тоже оставил мне записку!
Выходило, вчера в моей комнате образовался целый проходной двор, а я проспала все на свете. Чертова успокоительная настойка архимага Торстейна!
«Ты выглядела такой милой и беззащитной во сне, и я не решился тебя потревожить, – писал мне Айдар. – Поговорим об этом завтра. – Выходило, уже сегодня. – Оставляю тебе небольшой подарок. Надеюсь, он поможет хоть немного скрасить твои воспоминания о произошедшем на острове».
К записке прилагалась небольшая бархатная коробочка, а в ней – изумительной красоты бриллиантовой браслет и сережки. Налюбовавшись на игру света на его многочисленных гранях, я попросила Тею защелкнуть маленькую застежку. Надела сережки, встала с кровати и отправилась к туалетному столику.