Мой голос раскатами улетел куда-то в глубины подвального мира, слабо отразился от неизвестных дальних стен и вернулся лишь шепотком. Странно, но этот самый шепоток основательно перепугал вампиров-лакеев, кучера, который кот, и даже навь. Она побелела, слившись по цвету с духами-горничными. О зомби-садовниках говорить тяжело, после гибели серебристого дуба все трое впали в депрессию и перестали проявлять признаки «жизни». Наверху что-то упало и разбилось, по жутко скрипящей лестнице прогрохотали шаги, затем, судя по шороху, стена за моей спиной медленно отъехала, и разъяренный голос коснулся ушей.
– Вот вы где!
Мне бы испугаться и, как остальные, шарахнуться в сторону, но радость и восторг заполонили все мое существо и уничтожили всякое чувство самосохранения.
– Соро, смотрите! – Я стремительно обернулась к разъяренному магу. – Это самый редкий, самый уникальный ядовитый представитель лютиковых…
Главнокомандующий, завидев в моих руках цветок, отступил. Хорошо отступил, стена решила, что он уже закончил свой визит, и попыталась закрыться. Конечно, он ей этого не позволил, но сам факт не остался незамеченным.
– Быстро учитесь, – похвалила я. – Однако тут бояться нечего. Безымянник вполне безобиден, пока не напился воды.
– Лиллиан!
Я подавила вздох раздражения, с немым укором посмотрела на нарушителя спокойствия. И тяжело ему было порадоваться вместе со мной? Впрочем, наверное, тяжело. Столкновение с кустами барбариса не прошло без потерь, на и без того помятом лице главнокомандующего появились новые царапины и ссадины. И куда его бес, то бишь личный доктор, смотрит, почему до сих пор не обработал?
Ответ на вопрос обнаружился за спиной главнокомандующего. Несчастный обладатель пятачка был магическими петлями привязан к стене трофейной галереи, из которой вела лестница в подвал. Его чемоданчик размещался рядом, между головой стального вепря и ехидной мордой оскалившейся нагорной лисы. И не понять, бес в наше убежище спешил или пытался оказать профессиональные услуги, за что поплатился, став частью выставочной стены.
– Доктор, вы живы? – спросила, не надеясь услышать ответ. Судя по пыли, украсившей синий сюртук, бес там висит давно.
– Трудно сказать… я пытался помочь… затем бежать… – долетел до меня невнятный лепет. – Передайте жене… я ее любил.
– Соро, ну вы и…
– Тихо! – оборвал он мои обвинения на полуслове и обвел всех присутствующих строгим взглядом. – Я бы сказал ранее, но возможность выдалась только сейчас, – страшная пауза, – из королевского дворца доставили ящик, – еще одно жестокое промедление, – он немного повредился, в отличие от кареты доставки, но… бутылки остались целы.
– Терпкое бирюзовое тридцать пятого года?! – выдохнул Даниэль, мгновенно оказавшись перед магом.
– Именно, – ответил Соро и, дав личу скрыться, обратил свой взгляд на притаившуюся в углах прислугу: – В доме произошли некоторые изменения, в парке так же, – холодно и отрешенно сообщил он. – Не могли бы вы вспомнить о своих обязанностях и..?
Не договорил, горничные, садовники, лакеи, повариха и кучер незамедлительно покинули подвал. Так что на растерзание остались только я, цветы и советник Волль – последняя преграда на пути к моей ни в чем не повинной персоне. Верно, подумав о том же, главнокомандующий жестко обратился к нему:
– Тебя уже несколько часов ожидает король.
По велению его руки в стене открылся пространственный переход в королевский замок.
– Но… – попытался Волль остаться, заметив, каким взглядом маг смерил меня.
– Слова о двухдневном отгуле не принимаются. Ты единственный, кто может без конца спорить с Палачом по темным эльфам. Это, во-первых… а во-вторых, у меня тут намечаются разборки с агентом.
– И все же…
– Да не убью я ее! – Мы с советником одновременно и многозначительно уставились на все еще висящего беса. Соро фыркнул: – И не покалечу.
В раздражении щелкнул пальцами, петли опали. Бес почти встретился с полом, когда я ахнула, и что-то невидимое подхватило доктора и его чемоданчик и вынесло из галереи. Хотелось бы вздохнуть с облегчением, но не получилось.
– Итак? – Всем своим видом главнокомандующий торопил советника отбыть.
– Итак, – повторил тот, коснувшись моей руки. Оторвать ее от безымянника, дабы поцеловать кисть поверх тонкой перчатки, ему не удалось. Я слишком крепко держалась за стебелек, боясь выпустить бесценный подарок. – Мне было невообразимо приятно познакомиться с вами, юная леди, – продолжил Волль. – Надеюсь, мои цветы… – тут он замялся, вспомнив, что мы столь долго и нудно перебирали, – конфеты… – и опять остановился на полуслове. – Книги, – нашелся через короткое мгновенье, – книги вас порадуют. Пришлете мне список желанных изданий?
– Конечно!
И не успела я поверить, что мечты способны исполняться одна за другой, Соро втолкнул советника в портал и напоследок ехидно заметил:
– После слета обязательно.
– Она участвует?
– Я участвую? – Два вопроса слились в унисон и остались без ответа.
– Идемте, Горэ, вас ждут.
Глава 7
Пока меня вели к месту ожидаемой встречи, я в полной мере оценила «некоторые изменения», произошедшие в доме главнокомандующего. Здание лишилось пары-тройки внутренних стен, с десятка окон и более половины меблировки. Кабинет, видимо, также был разгромлен, поэтому, открыв в него двери, мы через действующий портал шагнули прямиком в чужую гостиную. Выполненная в сине-зеленых красках, она дурманяще пахла цикорием и, казалось, сплошь состояла из сундуков. Тяжелые кованые сундуки в радужных узорах здесь были под стульями, под столом, у стен, между кадками с цветами и даже на полках книжного шкафа. Расписные, они отвлекали внимание от хозяина комнаты, имевшегося здесь же – сухопарого седовласого дедули лет восьмидесяти на вид, а может, и всех девяноста.
Одетый в синий шелковый халат поверх зелено-золотого пижамного костюма, он дремал на низком диванчике среди парчовых подушек. В одной руке дедок удерживал планшетку с листами, сплошь покрытыми узором из черточек и спиралек, в другой – стальное перо с тонкой гравировкой и знакомой печатью мага-изготовителя. Я с прищуром присмотрелась к хозяину гостиной. А не так-то прост дедок, что обладает артефактом вечной подписи. Это перо не то что чернилам не позволяет исчезнуть, а всему документу сгинуть не дает. Если им что-то подписано, то на вечность, и не спалить, кислотой не выжечь, водой не растворить, ядом не вытравить, магией не прикрыть.
Помнится, бабку моего супруга чуть удар не хватил, когда она узнала, что наши брачные клятвы подписаны таким же пером. И мезальянс меж простой девчонкой и хоть и изгнанным, но из знатного рода эльфом теперь ни расторжению, ни аннуляции не подлежит. В общем, за перо вечной подписи все столичные судьи и главы гильдий готовы жизнь отдать, а этот им каракули рисует, то есть увековечивает.
– Ольф Каволлада, мы прибыли, – громко возвестил Соро.
Дедок вздрогнул, распахнул глаза и улыбнулся, с ходу сбросив два десятка лет. Тусклые седые волосы заискрились, как снег на солнце, морщины разгладились, тело распрямилось, и я нутром ощутила потоки энергии, исходящие от него.
Бывший пятнадцатый герцог?! Лорд K?
Забираю свои слова назад. Пусть он и дальше увековечивает каракули хоть в бумаге, хоть в камне, хоть как. Ему можно. Ему все можно! Последний представитель прославленного рода K, бывший советник прошлого короля и частично нынешнего. Своими консультациями он позволил королевству Грен выйти из тени, укрепить свои позиции и границы, подвинуть поднебесных эльфов на площадке мирового господства и подружиться с темными. Будь воля короля, он бы его с поста советника до самой смерти не снял, но трагедия в семье вынудила Коваллада вначале убрать знак герцогства со своих владений, а затем и вовсе передать свой пост Палачу.
Лично я не видела трагедии в том, что его внебрачная дочь сбежала, не оставив в доме следующего наследника. Сбежала и сбежала, главное, жива. Не зря же говорят, что «псы» короля, отправленные следом, нашли девчонку в добром здравии и в объятиях какого-то пижона. Ясное дело, пижону наподдали, девчонку отобрали, но домой ее отчего-то не привезли. Интересно, отчего?
– Это она?
– Да. Позвольте представить, Ольф Каволлада и Лиллиан… теперь тоже Каволлада. Пятнадцатый герцог и его до поры до времени тщательно скрываемая внучка. Как я и говорил, появление наследницы вернет вам титул, а вашему герцогству право участия в слете невест.
Я с трудом поймала выпавший из моих рук бесценный стебелек, затравленно покосилась на Соро, держащего меня под локоть, затем на лорда K. Первый – абсолютно серьезный, второй – слегка заинтересованный. Скользнув по мне взглядом, Каволлада подтянул выше планшетку и, закусив нижнюю губу, продолжил рисовать узоры.
– А расскажите, зачем вы ее к этому делу привлекли?
– Еще раз? – Мне послышалось едва уловимое разочарование в голосе Соро. Но он быстро взял себя в руки. – Потому что в последних покушениях на членов королевской семьи использовались неизвестные нам органические вещества со свойствами артефактов. Время, затраченное на уничтожение действий этих веществ, позволило нападающим уйти. Прошлый главнокомандующий генерал Эр Доу Лиш устроил несколько облав и ловушек. Но агенты, вступавшие в бой со шпионами, как по команде теряли волю, словно бы попадали под действие артефакта подчинения.
Выходит, меня обрызгали тем же. Вот только совсем уж безвольной я не была. Возможно ли, что это из-за моей невосприимчивости к низшим ядам?
– …ни щиты, ни коконы отражения не спасали от действия этих веществ, – подвел неутешительные итоги Соро. – Один мудрый человек предложил барону Нигье приблизить ко двору специалистов, они могли бы на месте определить состав, которым пользуются шпионы. Нигье отобрал пятнадцать агентов, разделив их на группы по трое: артефактор, травник и маг.
– Хорошая идея! – похвалил лорд K.