ем ахе. Не удержались даже дворецкий и две горничные, что должны были меня в комнату проводить. А затем раздалось шипение, в коем я легко различила «дочь шлюхи, шалавы, шлендры, швали, шалашовки и ш-шуки». В последнем не уверена, но общий смысл поняла, впрочем, поняла я и то, что спокойным слет не будет. Ну и демоны с ним! Это в Подземелье я не знала, что мне жизнь готовит, а здесь и сейчас можно легко представить масштаб западни и всевозможные исходы.
– Приятно познакомиться со всеми вами. Удивлена столь «высокой» оценкой ваших матерей, и надеюсь, впредь вы будете к ним более снисходительны. Как говорится, молодо-зелено.
Колокольчик выпал из рук матроны, с тихим звоном покатился по полу, прерывая наступившую после моих слов гробовую тишину. Взгляды из ненавидящих стали убивающими. Самое время назваться.
– Я – Лиллиан Каволлада, единственная внучка герцога Ольфа Каволлады, рада приветствовать всех вас на слете невест. Цвет королевства, цвет герцогских семей. И пусть нас призвали для увеселения иностранных послов, я надеюсь на честное соперничество и увлекательную борьбу за первенство.
Открытое выступление, капелька лести и признание планов должны были изменить обстановку, но не сделали этого. Уж не знаю, чем им сбежавшая дочь лорда насолила, но, глядя на лица присутствующих, я остро пожалела о том, что не ношу при себе оружия и не могу вытащить из-под юбки какой-нибудь магострел. Он бы мне сейчас очень пригодился для обороны, потому что выудить иглы я вряд ли успею, а сбежать мне не дадут. Краем глаза заметила, как слуги отступают к кухне, а матрона с неясными намерениями тянется к защелке на входной двери…
В это мгновение мое желание жить было столь сильным, а посыл к высшим силам столь громким, что магострел явился сам. Военной поступью вышел из портала, вспыхнувшего в центре холла, поздоровался с изумленной леди N, вручил дворецкому небольшой чемодан, после чего обнял меня и абсолютно по-свойски поцеловал в висок.
– Лилли, прости, не успел тебя встретить и передать документы. Твой дедушка, как всегда, забывчив, а я весь в делах. Уже познакомились? Тебя хорошо приняли? – спросил с участием, почти как старший брат.
Таким Соро я еще не видела. Поэтому молчала, старательно не давая челюсти упасть, а глазам удивленно округлиться. Судя по дрогнувшим уголкам губ, он это оценил. Пригладил мои вставшие дыбом волосы, посмотрел на застывших у лестницы девушек и широко улыбнулся.
– Я прервал пижамную вечеринку?
Занятые мыслями о моем смертоубийстве, невесты забыли о собственном внешнем виде. Кто-то спустился вниз с мелкими бигуди в волосах, кто-то в маске для сна, третья в халате, натянутом лишь на одно обнаженное плечо, трое в тапочках и пижамах, а вот остальные в очень смелом ночном белье. Смелом и прозрачном. Именно они, подняв визг, первыми ринулись вверх по лестнице, создавая панику в полуодетом строю. И только две участницы слета уходили, не торопясь. Надменная блондинка в пижаме и брюнетка в халате длиной в пол. До появления Соро халат был очень даже скромным и закрытым, черный, с рисунком хризантем. Я хорошо его разглядела, так как его обладательница остро желала придушить меня и стояла в первых рядах. Теперь же, уходя, халат отчего-то распахнулся на высокой груди, приобрел разрезы по бокам, дабы открыть изящные руки и ноги.
Двигалась девица завораживающе. И совершенно зря, главнокомандующий смотрел на леди N. И та в ответ тихонечко бледнела.
– Мне поручено с особой внимательностью приглядывать за Лилли. Надеюсь, ее никто не обижал? – вдруг вкрадчиво спросил он.
– Не успели, – потерянно ответила баронесса сущую правду. Перевела взгляд с него на улыбающуюся меня и быстро взяла себя в руки. – Нет! Никто.
– Уверены?
– Да. – Во время заверяющего кивка матрона чуть не потеряла парик. – Но если она еще раз опоздает!..
– Вы наложите вето на ее участие? – невинно спросил Соро, вызывая во мне волну уважения и нервный тик у леди N. – А разве я не предупредил, что Лилли оказалась в числе отравленных и плохо чувствует себя после бала?
– Я… я… – попыталась леди оправдаться, но была остановлена непримиримым:
– Вы свободны.
Дама скрылась из виду. А я прикусила губу, заинтересованно посмотрела на главнокомандующего снизу вверх. И ведь может быть хорошим, даже лучшим, если о драконовских ящерах не вспоминать.
– Что? – с опасением спросил он и отодвинулся.
Из вредности решила быть исключительно честной.
– Кажется, еще немного, и я влюблюсь.
– Если это произойдет, я застрелюсь, – без обиняков сообщил он и указал мне на лестницу. – Маленьким девочкам пора ложиться спать.
– Кто бы знал, что от вас так легко отделаться… – хмыкнула я.
На этом мне пожелали добрых снов, поцеловали в макушку и отпустили в комнату, чтобы через неполную минуту встретить меня в этой же комнате.
Я опешила, увидев главнокомандующего в кресле, с початой бутылкой и бокалом вина, внимательно высматривающего что-то за окном. Дворецкий и горничные в упор не замечали гостя. Первый принес чемодан и пообещал распорядиться насчет ужина, вторые две споро расстелили кровать и разложили мои вещи на полках. Ну, как сказать, мои… у меня в гардеробе отродясь не было шелка и парчи, а тут вдруг заимелись.
– Эдей сшил их сегодня, – правильно понял мое замешательство Соро, дождался ухода слуг и с осуждением заявил: – После вашего поцелуя портной ни на минуту не отрывается от иголки. Даже в период моего… гнева не изъявил желания уйти из мастерской.
Точно. Рыжий феникс не прятался с нами в подвале, цветы не перебирал и не вздрагивал от грохота, долетавшего с поверхности.
– Он цел? – спросила я. В памяти все еще живо было видение беса, привязанного к стене трофеев. Вот уж кому не повезло, так не повезло.
– Шьет бальное платье, – по-своему ответил главнокомандующий.
Значит, феникс цел, но, вполне возможно, один или два раза горел. Хорошо, что не по моей вине, очередной выговор я бы не вынесла. Соро налил себе еще вина в бокал и поспешил сменить тему.
– Завтра утром в Грен прибывают послы семи королевств. По этому случаю вас доставят во дворец. Будет небольшой пикник и знакомство с женихом.
– Так все герцогские дочери с ним знакомы, – не смогла не заметить я. – А если вспомнить слухи, некоторые знакомы близко, я бы даже сказала, тесно.
– Традиции, – ответил главнокомандующий. – И, согласно традициям, вам уже подкололи булавку с порчей на обязательную завтра шляпку, обрызгали постельное белье магической кислиной и подмешали слезные капли в молоко.
– А если я не пью молоко на ночь.
– Они это предусмотрели…
И, словно по заказу, в дверь постучались, и хорошенький лакей лет восемнадцати внес в спальню поднос с моим ужином. Легкий салат, кашу на молоке и булочки с изюмом к ароматно пахнущему какао. Подвинув вазочку с цветами, он водрузил поднос на чайный столик и с поклоном удалился. Едва дверь за парнишкой закрылась, все поверхности в комнате засияли тонкими золотыми плетениями, которые предусмотрительный Соро, оказывается, выпустил заранее. В следующий миг мой ужин самоуничтожился, постель задымилась, а в шкафу что-то ярко полыхнуло. Наверное, та самая булавка.
– Хорошо, что вы – маг, – заметила я с благодарностью. – У меня на поиск «подарочков» ушла бы вся ночь. Или вся жизнь. Порчу не так-то просто снять.
– Не стоит…
Отчего-то главнокомандующий нахмурился, запустил по комнате поисковое плетение. И оно почти сразу же тревожно звякнуло.
– Хм, а это уже что-то новенькое.
Соро отложил бутылку и бокал и, перегнувшись через кресло, потянулся к вазе. По шевелению его пальцев от гладкого бока фарфорового изделия вверх взмыло несколько мелких плетений. Я успела различить руну шепота и скрипа, а главнокомандующий подметил что-то, весьма его насторожившее.
– Я вас здесь не оставлю.
– Вообще?
– Ночевать, – ответил он и поднялся. – Не надейтесь на быстрое освобождение, вы еще не выполнили своей задачи.
– Наконец-то мы подошли к вопросу: «Чего ради вы меня сюда приволокли?» – Я уперла руки в бока.
– Приволок потому, что один мудрый человек предложил барону Нигье приблизить ко двору специалистов, чтобы они могли на месте определить состав, которым пользуются шпионы, – повторил главнокомандующий слова, что были уже произнесены при бывшем советнике Каволладе.
Растворив в воздухе бутылку и бокал, Соро потянул из букета одно тонкое плетение, нащупал его главную нить, пассом руки уплотнил ее до состояния материальной и пошел искать, где у этой нити начало или конец. Подошел ко второму окну, затем к трюмо на изящных ножках, внимательно осмотрел ящики и отправился к противоположной стене.
Я следила за его передвижениями и искренне недоумевала:
– Но из запланированной вами агентской тройки я единственная оказалась тут и в рабочем состоянии. Словом, план не сработал. Почему бы меня не отпустить?
– Есть вероятность, что двое других с радостью вызовутся сами. Подержите… – Он протянул мне нить и, опустившись на корточки возле платяного шкафа, глухо добавил: – И мне не придется еще раз закладывать душу.
– А было что закладывать? – спросила с сомнением. В ответ получила прищур глаз, полный неодобрения и даже угрозы. – Просто удивлена, что другой валютой с вас плату не взяли.
Неудачное оправдание. Маг скрипнул зубами, а я отчетливо поняла, что крылатый транспорт за мной закрепят на веки вечные. И чем дольше Соро молчал, тем понятливее я становилась.
– Не в прямом смысле слова. Мне пришлось поступиться собственными принципами, – буркнул он наконец и отвлекся на нить.
От шкафа она уходила в пол, а затем взмывала под потолок, где прятала себя под люстрой. Соро, что-то просчитав, тихо хмыкнул. Вернулся к вазе, ухватил нить другого плетения и по ней в скором времени дошел до двери в ванную комнату, а затем и до чугунной ванны с королевским вензелем на медном боку. Подергав за нить, крепко вцепившуюся в кран, подающий воду, маг нахмурился. Ну а когда он проверил третье и четвертое плетения, то с неудовольствием постановил, что комната наводнена ловушками, и все они сработают, если выключить свет. Правда, не сразу, придется подождать.