– То есть? – не понял и слегка оскорбился Игорь, его задело сравнение с педерастом.
– Ну, вы более респектабельная версия той же самой ситуации, – пояснил Олег. – Ниже зама отдела вы уже не упадете, потому что держитесь хорошо, несмотря на то, что на вас разом навалилось. У вас более хорошая, так сказать, стартовая позиция.
У Игоря закралось подозрение, не специально ли это все разом на него навалили, не было ли это каким-нибудь стресс-тестом? Однако если убийство женщины и ребенка было частично на совести начальства, то уж уход жены с сыном они подстроить не могли, а реакцию на их уход – тем более. «Да уж», – подумал Игорь и с отвращением вспомнил про всю свою мягкотелую рефлексию, которая в любой момент могла накатить с новой силой. Упоминания его устойчивости к стрессу начали Игоря несколько раздражать – он знал, что уже дошел до ручки, а намеки на его психологическую непробиваемость и возможность отойти в здравом уме от любого ужаса предполагали, что может последовать новый ужас, сильнее тех, что он уже видел. Кто у них в дальнейших планах? Ребенок? Раковый больной? Инвалид? Панда?
– Не знаю, как насчет стартовой позиции и того, что вы сейчас говорили, – вздохнул Игорь, – но вы ведь в курсе, скажите, кто у нас в планах дальше?
– Скажем так, ничего страшнее того, с чем вы уже столкнулись – не будет, – уклончиво ответил Олег.
– А поточнее нельзя? – попросил Игорь.
– Поточнее нельзя.
– И последний вопрос, – сказал Игорь, найдя вежливый способ намекнуть, что пора завязывать с разговором, от которого он начал уже уставать, поскольку Олег все равно уклонялся от прямых ответов. – Раз уж я заместитель Сергея Сергеевича, нельзя ли пояснить мне или хотя бы намекнуть, для чего все это делается?
Олег честно рассмеялся.
– Нельзя намекнуть. Я лично не против рассказать все как есть, но решать Сергею Сергеевичу. Если вы станете главой отдела, то я вам обязательно открою этот секрет. А вообще, наберитесь терпения: Сергей Сергеевич каждый раз дает зарок, что будет оставлять сотрудников в неведении, и его всегда что-то подталкивает к тому, чтобы правду поведать людям. Он уже давно не срывался, так что думаю, уже близок к тому, чтобы расколоться. Он же вроде бы и сам вам это говорил?
– Да, да, – торопливо сказал Игорь. – И еще, тогда самый последний вопрос. А где все те люди, что работали до нас? Я так понял, что с советских времен эта история тянется?
– Ну, как где? – сказал Олег. – Некоторые на пенсию вышли. Некоторые погибли. Вы не ищите, пожалуйста, теорию заговора там, где ее нет. Вы полагали, что мы свидетелей нашей деятельности убираем, что ли? Просто так совпало, что этому набору сотрудников два года, но тот же Игорь Васильевич из ветеранов, и, как видите, жив-здоров. А он, между прочим, еще на закладке Голливуда присутствовал.
Олег замолчал, не бросая трубку, видимо, из вежливости.
– Я хотя бы немного удовлетворил ваше любопытство? – спросил он, потому что Игорь замолк, несколько увлекшись перевариванием услышанного.
– Да, да, – встрепенулся Игорь, – до свидания?
– До свидания, – сказал Олег и положил трубку, как показалось Игорю, медленно и с достоинством.
«Нужно спросить у кого-нибудь, что он собой представляет, этот Олег», – подумал Игорь, потому что находиться под наблюдением было неприятно, а находиться под наблюдением и началом человека, представлявшегося темной фигурой – тягостно вдвойне.
Телефон еще хранил тепло руки, а Игорь уже набирал номер Фила.
– Ты далеко там еще? – спросил Игорь.
– Минут через тридцать буду, – сказал Фил. – У вас лифт не сломан?
– Вроде нет, – пытаясь вспомнить, когда последний раз ломался лифт, сказал Игорь.
– Мы просто вроде в новостройке жили, а лифт накрывался чуть ли не каждую неделю, – пояснил Фил. – Это, вообще, раздражало.
Покуда истекали минуты до прихода Фила, Игорь торопливо освобождал для него место, убирал в стирку белье из детской, менял постельное белье на кровати в спальной, куда, по задумке Игоря, должен был заселиться Фил. Игорю самому не нравилась эта нездоровая суета, потому что походила на подготовку к свиданию, но она затягивала его как-то сама собой. Не успел Игорь отдышаться и успокоиться, как в дверь позвонили. Все так же суетясь, Игорь кинулся открывать, будто Фил мог передумать, если бы его впустили на несколько секунд позже.
– Извини, я уж без цветов, – с серьезной миной сказал Фил, в руках у него была только одна спортивная сумка – Игорю почему-то подумалось «сума».
От шутки этой почему-то Игорю стало спокойно, будто он был не дома, а на работе, и что странно, сама работа сводила его с ума, а вот атмосфера вечных издевательств и шуток при перенесении на домашнюю почву почему-то обросла терапевтическим эффектом.
– Там ты не мальчика пытаешься протащить? – спросил в ответ Игорь.
Фил зачем-то покосился на сумку и сказал:
– Ага. Надувного, – и втянул носом воздух. – Ни хрена ты фанат чистоты. Мы еду, надеюсь, без хлорки будем готовить?
Фил стал развязывать шнурки и продолжил.
– Я все думал, откуда хлоркой пахнет и чистящими средствами, туалет-то уже починили. А это, оказывается, от тебя. Тебя неврозом накрыло на почве последних событий?
– Что-то типа того, – кивнул Игорь.
Было понятно, что Фил развязен и шутлив от собственного стеснения. Игорь и сам был смущен, поэтому помог Филу снять пальто и повесил его на вешалку. Фил сделал вид, что не заметил этого.
– И где я буду жить? – поинтересовался Фил, оглядываясь и принюхиваясь.
– О, я тебе нашу бывшую спальню приготовил, – сказал Игорь. – Пойдем. Вот тут, короче, налево от ванной.
– А сам где будешь? На диванчике в гостиной? – в голосе Фила слышалось, что он уже готовился всячески расшаркиваться и предлагать Игорю то, что, по его мнению, было удобнее.
– Миша, не глупи, – сказал Игорь, – я могу и у сына спать, и в гостиной. Меня пока и диван устраивает, а ты, я думаю, уже на диване наспался.
– Это да, – согласился Фил, – но ты, если что… Хотя, я думаю, до этого времени уже съеду.
– Пока я настроен настолько позитивно, что живи, сколько понадобится, – сказал Игорь. – У меня в данный момент все настолько весело, что я даже мышь прикормил, чтобы совсем одному не быть.
Фил понимающе покивал.
– Я еще могу паука завести, – предложил Фил с полуулыбкой. – Будем, как в средневековой темнице, дрессировать питомцев.
– Ну ладно, – вздохнул Игорь, – располагайся, я пока чего-нибудь разогрею.
– Я, кстати, бутылку принес, – сказал Фил. – Я почти не пью, но в честь такого дела могу немного.
Игорь подумал про алкоголь без обычного отвращения.
– У меня и у самого есть, – признался Игорь, – осталось после новогодних праздников. Мы, считай, на работе квасили, а домашние запасы нетронутыми простояли.
Пока Игорь подогревал суп, Фил успел разложить вещи, вымыться, разместить свои бритву, пену для бритья и зубную щетку на полке в ванной и открыть форточку в спальной. «А еще мог бы успеть убить человек пять и спрятать их тела», – почему-то решил Игорь.
Без синего комбинезона, в гражданской одежде, а именно в джинсах и красном свитере, Фил настолько разительно отличался от себя на работе, что Игорь, если бы встретил его на улице – не узнал бы. Фил даже двигался по-другому, более уверенно, а в отделе он только и делал, что сидел постоянно, хотя и у всех на виду, но всё в уголке. Игорь не сдержался и высказал свое замечание.
– Я про тебя то же самое могу сказать, – сказал Фил, широко улыбаясь, и поставил на стол бутылку коньяка. – Ну, что. Перейдем к неофициальной части?
Всего-то треть бутылки они осилили, когда решили перейти на водку, непочато стоявшую в холодильнике. «Под твой борщ хорошо пойдет», – высказался Фил. За пару часов приговорили половину объема в ноль семь литра, после чего решили остановиться, потому что следующий день был понедельник. За это время они успели о многом поговорить.
Фил поведал, как его выставила жена, причем рассказывал так задорно, что Игорь, пытаясь сначала казаться сочувствующим, постепенно начал подфыркивать от смеха, а под конец рассказа уже ржал в голос.
– Что ты ржешь? – притворно возмущался Фил. – Ты бы знал, как я тогда трагично все это переживал, руки на себя хотел наложить. У меня морда была такая, как у тебя сейчас на работе постоянно. Как у кота, которого все время шугают.
Он изобразил Игорево уныние на лице так похоже, что Игорь так и лег на стол.
– Но ты же сам виноват, – стал защищаться Игорь. – Тебя же никто не просил с пацаном переписываться. Нашелся тоже, древний эллин.
– Ну, тут уж извини, – ржал Фил в ответ. – Ориентацию никуда не денешь. Он первый начал.
– Да ладно тебе, – не поверил Игорь, – все так говорят. Особенно приезжие: «Она меня спровоцировала тем, что без хиджаба ходила».
Фил погрозил пальцем.
– Нет, серьезно, – сказал он, – я бы не стал ему и слова писать, если бы он первый не начал. Он ведь сразу с несколькими мужиками переписку вел, я даже сохранил кое-что, если ты не веришь.
– И что? – сказал Игорь. – Со мной что-то дети не переписываются. Меня и в социальных сетях нет. Подсадная утка оказалась? От этих современных борцов со всем на свете? Я от тебя такой наивности не ожидал, Миша. Ты же работник органов.
– Я работник всяких органов, – засмеялся Фил, – но тут совсем другое. Его, короче, мать спалила, что он такими вещами в Интернете балуется, ну и полетели головы. Моя голова в отдел закатилась, а нескольких пенсионеров просто пожурили, молодежь на заметку поставили.
– Да я помню, слышал, – сказал Игорь.
– Так еще глупо получилось, – снова заржал Фил, – оказалось, многие с ним в реальной жизни пересекались неоднократно, он на веб-камеру всякие шоу устраивал чуть ли не лет с восьми, короче, богатой жизнью жил паренек. И все ведь прямым текстом заявляли, что они хотят с ним сделать и, бля, в какой позе, но их пронесло. А я такой, самому стыдно, божий одуванчик, романтическую переписку вел, ни намека, ничего, сериалы обсуждал, как дурак, какие-то книжки советовал прочитать. Короче, вдвойне стыдища. А сам на его фотку пляжную дрочил, как подросток прыщавый.