Прошло несколько часов, задушевных посиделок и пора было уже проверять улов. От души захмелевшие друзья с горем по полам натянули на ноги сапоги, сушившиеся рядом и снова в трусах и майках пошли в воду. После несколько часового пикника на берегу, вода казалось еще холоднее. Но Василий и Степан не сдаваясь шли к назначенной цели. Хотя и шли они очень петляя то в одну, то в другую сторону. И вот заветная цель достигнута. Дергая сетку, сразу было понятно, что кое какой улов уже есть, снасть то и дело подергивалась.
— Так давай, снимаем ее и на берегу уже разберемся — скомандовал Степка.
— Давай — еле вымолвил Василий.
Они начали, снимать сеть с разных концов, идя на встречу друг другу. Василий Иванович то и дело скрывался с головой под воду. Сложив снасть они потихоньку начали двигаться к берегу, как услышали в рупор:
— Так, граждане браконьеры, остаемся на местах!
Глядя друг на друга, рыболовы задергались.
— Твою китайскую бабушку! Рыбнадзор — выдал Степка.
— Да ты что? Правда? Абориген хренов, я ж тебе говорил!
Достаточно быстро протрезвев, от страха, горе рыболовы стояли по грудь в воде, у каждого в руках был свой конец сетки.
— Бросаем ее? А?
— Куда уже, стой спокойно, будем договариваться — очень тихо сказал Степан.
Лодка с рыбнадзором подплыла к нашим браконьерам. В лодке сидел мужчина, весь одетый в армейский камуфляж. На вид мужчине было лет пятьдесят пять, он был гладко выбрит, в зубах была сигарета. Именно в зубах, и от этого оскал рыбнадзора казался прямо волчьим. Лодка остановилась прямо перед рыбаками. И мужчина выплюнув сигарету заговорил:
— Степка! Твою маковку! Что в лоб тебе, что полбу, я ж тебе говорил до середины июня, чтоб не браконьерил.
Степан смотрел на мужика и потихоньку, как заводится старый автомобиль начинал медленно смеяться. Василий смотрел на него и ничего не понимал. Тут Степка, сквозь смех заговорил:
— Михалыч!
Степка вошел в раж и громко смеялся.
— Михалыч! Ты не поверишь, как я рад тебя видеть.
Мужик в лодке, заулыбался, закачал головой и сказал:
— Давайте, цыпляйтесь, то замерзли не иначе?
— Согласимся — подхватил Степа.
— Давай, сеть в лодку кидайте.
Степан с Василием закинули сетку в лодку рыбнадзору, сами схватились за борта, мужик завел мотор и потихоньку притащил рыбаков к берегу. Они пришвартовались и оказавшись все втроем на берегу мужик из лодки протянул руку Василию и сказал:
— Ну, Алексей Михайлович, можно просто, Михалыч.
— Василий Иванович, можно просто…
Не успел Василий договорить, как его перебил Степка:
— Да — это Васька, друг мой с детства, мы с ним с горшков еще здесь рыбачили.
— Да я вижу — ухмыляясь промолвил Михалыч.
— Это Михалыч — Степка не унимался — наш новый рыбнадзор, вот такой мужик.
Степа поднял большой палец к верху.
— Ну, ладно тебе не вгоняй меня в краску.
— Это дело надо отметить, Михалыч у тебя кстати ни чего нету, а то мы все выпили!?
— Вообще то — это с тебя причитается, был бы не я, то попал бы ты, на копеечку.
— Это да, согласимся.
— Так может тогда, к нам домой переместимся — добавил Василий Иванович.
— А что? Идея хорошая — согласился рыбнадзор.
— Вот и чудненько давайте тогда, через пару часиков у нас — крикнул Степка.
— У нас? — раздраженно спросил Вася — я думаю у меня, а то Раиса тебе устроит.
— Это да, согласимся!
— Ну так, что? — Переспросил рыбнадзор.
— Давай через два часа, у меня, мой дом следующий после Степкиного, баньку затопим!
— Ну и рыбу забирайте, уху сварите!
— Договорились, мы тогда пошли, ждем вас — начал Вася.
— Да, только не вас, а тебя, договорились?
— Конечно!
— Вот и ладненько, давай сетку забираем и полетели, там еще воды в баню надо будет! — бормотал Степка.
Василий и Степан выковыряли рыбу из сетки, саму снасть комком сложили в рюкзак. Потом оделись и пошли к дому. А рыбнадзор Михалыч завел мотор и удалился по водной глади, на которую не так давно смотрели и ностальгировали старые друзья.
ГЛАВА 4
Путь домой, был не так наполнен воспоминаниями, как путь на речку. И любование местными красотами сменилось, придирками и упреками в адрес Степана. Он же в свою очередь, был тих и покладист. Степа сам прекрасно понимал, что если бы не Михалыч был в лодке, а скажем его сменщик, то за ту сумму штрафа, который им бы выписали, Раиса бы его изжила со свету.
Уже подходя к дому Василий спросил за Михалыча:
— Так, а когда он стал рыбнадзором то? Я помню до него другой был, дед старый, ух противный был мужик.
— Почему был? Он и есть, я тебе про него и говорил, что если бы мы попали на него, а не на Михалыча, все закончилось бы печальней.
— Да уж! А сейчас прям веселье, незнакомого мужика в баню вести, да и поить его.
— Ладно не причитай! Что ты как Райка, ей богу! Михалыч, мужик хороший, заодно и поближе познакомитесь, как ни как должностное лицо, к тому же он бывший мент, в общем полезный знакомый.
— Так, а когда его поставили то? Я его даже в прошлом году не помню.
— Так его осенью и поставили — отвечал Степан — Я говорю, мужик нормальный, работал в полиции, майор в отставке, год как на пенсию вышел, скучно стало. Сначала дом здесь купили, в конце прошлого лета, с женой, а потом и пристроился к этому, как ты говоришь противному мужику. Ему как раз, сменщик нужен был. Я думал может мне пойти в рыбнадзор, так как поля родные без Степки то, в итоге Михалыч и устроился.
— Я представляю, какой из тебя инспектор бы получился — улыбаясь продолжил Василий — оборотень бы получился, еще тот!
— Ну явно, что то интересное из этого получилось бы — добавил Степан.
И они расхохотались. Страх перед рыб охраной, понемногу улетучивался. Подойдя к дому Василия, Степан решил все же в начале, зайти к себе и отметиться перед женой. Благо, хмель почти весь вышел, от купаний и переживаний. Они не стали прощаться И Вася сказал другу:
— Давай, отметишься на таможне подходи, я пока насос подключу, баню закачаю.
— Сейчас, я быстро — сказал Степан и скрылся за калиткой.
Василий Иванович начал подготовку к приезду гостя очень рьяно. Вообще он всегда так работал, если что то нужно было сделать, то Василий всегда подходил к вопросу очень серьезно. Так же, как и сейчас, он не стал дожидаться прихода Степана, а начал все делать сам. Первым делом Василий достал длинный садовый шланг и насос. Потом подсоединил одно к другому и опустив насос в колодец, пошел в баню, тащя за собой шланг. И дело пошло. Вася, запустив шланг в бак, сидел в мойке на скамейке и тяжело вздыхал. У него перед глазами, всплывала картина сегодняшней рыбалки. В уме он разговаривал сам с собой — "как все таки хорошо, что сегодня дежурил Михалыч, ведь если бы не он, ой, страшно подумать. Один штраф за сетку, очень приличный, второй за каждую рыбку в этой сетке. Благо рыбы было немного. Попалась одна щучка, что то около килограмма и с десяток окуней. Но все равно по расценкам государства, рыбка была бы не дешевой." Василий Иванович сидел и качал головой, как услышал, что с бака вода полилась через край. Он подхватил шланг и засунул его в бочку.
А сам обратно уселся на лавочку и опять начал мыслить наедине с собой: " — как в бане хорошо, даже не в протопленной. Такая тишина, загадочность". В общем тишину нарушал, только звук воды, льющейся в бочку. Василий посидел, подумал еще минут пять и бочка наполнилась, чистой колодезной водой. Он вытащил шланг на улицу и бросил на землю. А сам взяв сегодняшний улов, сел на банный приступочек и принялся чистить добычу. Не успел он дочистить и первую рыбину, как пришел Степка.
— Бог в помощь — начал Степан.
— И вам не хворать.
— Что? Ушицу сварим?
— Ну должна же быть от сегодняшней рыбалки польза, сварим и под стопочку будет самое то.
— Согласимся, вот я тут взял на зуб маненько.
Степка вытащил из кармана несколько луковиц, кусочек сала, завернутый в газету и половинку черного хлеба. И сказал:
— Вот, а с горючим проблема. Заначка была последняя, а к Райке с этим вопросом, я под угрозой ядерной войны не пойду. Может у тебя есть в долг? А я потом отдам, а?
Степа жалостливо смотрел на Василия.
— Отдаст он, как же — забормотал Вася.
— Да отдам, честно!
— Ладно, есть у меня последний килограмм.
Василий всучил нож, которым чистил рыбу, другу, а сам удалился в дом. Вышел через пару минут, с бутылкой водки в руке и крикнул:
— Ты давай, не расслабляйся, уха сама себя не сварит!
Степка кивнул головой и занял место на приступочке.
Один занимался рыбой и уже было почти все готово, оставалось только поставить кастрюлю на огонь. А другой затопил баню и оставалось только дождаться Михалыча. Друзья взяли кастрюлю и пошли в дом.
Перед очередными посиделками, хоть и в бане Василий Иванович решил пообщаться с женой. Он сел на крыльцо своего дома и позвонил. Галина Витальевна долго не снимала телефон, и наконец раздалось заветное — "Алло". Разговор получился не долгим. Жена Василия, перед поездкой в деревню заканчивала свои дела в школе и в данный момент была очень занята и весь разговор свелся к тому, что они узнали как друг у друга дела, не пьет ли Василий и то, что она позвонит ему вечером когда придет домой. Положив трубку, Вася остался крайне недоволен данным разговором и буркнул, что то матерное под нос. Оно было и понятно, никакого особого секрета здесь не было. Василий понимал, что супруга может перезвонить в самый неподходящий момент и что попросту сможет его изловить в алкогольном опьянении. Он надеялся этим звонком на сегодня закончить связь с большой землей и насладиться вдоволь банными процедурами и всем тем, что после них последует. Василий сидел на крыльце и жмурился от уже уходящего солнца. К его дому подъехала белая "Нива" и из нее вышел всеми ожидаемый Михалыч. Он вышел из машины, взял с заднего сиденья пакет и очень мощный дубовый веник и подошел к калитке: