– Они все лежали вне дома, всё было сперто или со двора, или с крыльца, или с подоконников, или из беседок садовых, – сказал алькальд. – В дома никто не залезал. У Марты, когда они вместе с мужем, дочкой и зятем абрикосовкой крепко укушались и в саду спали, дом-то открыт стоял, двери нараспашку. Но ничего в доме не взяли.
– Хм… Наши сапоги тоже сперли не из помещения, – сказал Жоан. – Мы рыбу ловили, сом большой попался, пришлось разуться и в воду лезть. Ну, потом мы надевать не стали, так спать и легли. А утром – сапог нет как нет. Всё остальное на месте.
Робертино взял у него список украденных вещей и перечитал. И медленно поднял голову:
– Я, кажется, понял. Сеньор Антонио… сдается мне, дело как раз по нашей части. Только нам будет нужна помощь.
Алькальд встрепенулся:
– Что? Неужто все-таки фейри?
– Нет, конечно. Фейри бы не стал красть железные вещи, – напомнил ему Робертино. – И не маг-иллюзионист. Вот смотрите: все вещи украдены с улицы. В дома, как вы и сказали, никто не залезал. Это первое. А второе – ни одной вещи из серебра или с серебряными частями. Ни одной со священными символами. А после того как священник село с иконами обошел – какое-то время было тихо. Хотя, как по мне, надо было молитвенное шествие по всем правилам устроить. Ну да ладно. Думаю, мы справимся.
– Так что это, черт подери, такое? – алькальд взлохматил и без того лохматую шевелюру.
Робертино вздохнул:
– Бесформенный демон, видимо. Которого кто-то подчинил и заставляет красть. Демон не может зайти в дом без приглашения. Не может прикоснуться к серебру. Не может прикоснуться к священным символам или освященным предметам. А животные на задних ногах – так это он просто вселяется в них. Бесформенный демон не способен вселяться в людей, разве что пьяных до умопомрачения, но всё равно ему это непросто. А животные и покойники ему вполне подходят.
– Черт, то-то та черная корова на нас так смотрела странно, – вспомнил Оливио. – И собака управляющего. И кошка, которая тут на подоконнике сидела.
– Точно! – Жоан даже к окну подошел, открыл его и выглянул во двор. Черная кошка, сидевшая на заборе напротив окна, тут же спрыгнула с него и удрала.
– Может, переловим тогда всех черных котов, коз и собак со свиньями? – предложил алькальд.
– Не поможет, демон с легкостью меняет тела. Да и не обязательно черные, это он просто, видимо, по привычке или предпочтению, ведь собака Минелли – не черная, – сказал Оливио.
– А как тогда ловить будем? – алькальд оживился. Теперь, когда появилось внятное и понятное объяснение загадочных событий, появился и шанс поймать вора. Не демона, а того, кому он служит.
– На приманку, – сказал Оливио. – Устроим ужин с выпивкой во дворе, чтоб на столе было побольше дорогой посуды, сами как бы упьемся и завалимся спать в доме. Но на самом деле спать не будем, конечно. И… даже не так, пожалуй. Думаю, второй раз нас обокрасть демон не рискнет. Все-таки мы паладины. Надо, чтобы это были посторонние люди, а мы туда тихонько придем и спрячемся.
– Да как тихонько, вас же в ваших красных мундирах издалека видать, – развел руками алькальд.
– На этот счет не волнуйтесь, глаза нас отводить уже научили, да мы и вечером будем идти на дело, – сказал Робертино. – И переодеться нам ничто не мешает, вообще-то. Самое трудное – не незамеченным остаться, а демона потом допросить… Если поймаем. Мы-то ведь совсем недавно младшими паладинами сделались, мы еще мало что умеем.
Алькальд с недоверием посмотрел на них:
– А может, я лучше запрос в вашу канцелярию отправлю?
– Нет, сами справимся, – решительно сказал Жоан. Перспектива выслушивать нотации насчет сапог сначала от Кавалли, потом от дедули его не устраивала совершенно.
– А я вот подумал… – Оливио почесал кончик носа. – А может, не будем демона ловить, а последим за ним? Он и приведет нас к вору. Куда-то же он краденое носит!
Жоан покачал головой:
– Боюсь, не получится. Дедуля мне похожую историю рассказывал как-то. Только там фейри был, лепрехун. И он просто краденое прятал в разных местах, а воры потом его забирали. Так что сначала надо все-таки попробовать демона поймать. Если не получится поймать, то хотя бы в Демонис изгоним. Но это вопрос с кражами не решит, ведь если демона кто-то призвал раз, то может призвать и второй.
– Понятно, – вздохнул алькальд. – Тогда вечером к соседнему дому, там лекарь живет, приходите. Там на задах роскошные заросли сирени, и вид отличный как раз на беседку при летней кухне. А мы в беседке попойку устроим.
Перед тем, как вернуться в усадьбу, паладины прошлись по селу, как бы просто из любопытства. Заглянули в сельскую лавку и купили там кулек местных пряников и жареных тыквенных семечек, потом зашли в церковь, после чего пошли в усадьбу мимо лекарского дома, но с другой стороны.
– Действительно, роскошная сирень, – сказал Жоан, разглядывая буйные зеленые заросли. – Есть где спрятаться. Как завечереет, мы и явимся…
В усадьбе их как раз поджидал обед: суп из соминой головы, жареная сомятина с овощами, пирожки с сомятиной же и абрикосовый компот. Из летней кухни доносились ароматы коптящейся рыбы.
После обеда ничего не хотелось делать, так что паладины, прихватив подушки, улеглись спать в саду под яблонями на деревянных топчанах. Выспаться нужно было хорошо и основательно, раз ночью предстояло такое важное дело. Было бы неплохо и помолиться, но это оставили на вечер вместо ужина.
А после молитвы начали собираться на дело. Робертино полез в свою сумку и достал цивильный камзол по столичной моде, надел и в карманы распихал всё, что могло понадобиться. Жоан тоже прихватил цивильную одежду. А вот Оливио, как выяснилось, не озаботился. На вопрос, как же он так, развел руками:
– А у меня нет. Костюм, в котором я приехал в Корпус вступать, я давно выкинул – да и мал он на меня стал. А покупать было как-то незачем… Да ладно, сниму мундирный камзол, пойду в рубашке и штанах.
– Не годится, в глаза бросаться будет, – покачал головой Робертино и вытряхнул свою сумку на свободную кровать, поворошил вещи и достал черный камзол без рукавов:
– Держи. Всё лучше, чем ничего.
Жоан же вытащил из своей сумки цивильный плащ:
– И плащ вот накинешь. По-моему, сойдет для сельской местности. К тому же еще в отведении глаз попрактикуемся. Мечи-то на дело взять надо, а вот чтоб их кто заметил – совсем не нужно…
На выходе их перехватили кухарка и Ассунта, и позвали на ужин. Еле от них удалось отбиться, и только когда Робертино признался, что они идут ловить воров и у Ассунты есть шанс вернуть утюг с огнекамешками и старинный кофейник, их отпустили, насовав полные карманы пирожков.
Пока пробирались по селу, старались держаться в тени и всем встречным отводить глаза. Даже устали немного, пока наконец добрались до дома лекаря. Забрались в сиреневые кусты и устроились так, чтобы видеть летнюю беседку. В беседке как раз шла пирушка: алькальд, лекарь и еще двое мужчин и пожилая тетка были уже навеселе. Бутыль абрикосовки, стоявшая посреди стола, стремительно пустела, голоса становились громче и бессвязнее.
– Хоть бы они и вправду не ужрались в хлам, – обеспокоенно сказал Жоан.
Наблюдательный Робертино усмехнулся:
– Притворяются. Вон, гляди, тетка стакан на землю выплеснула… а лекарь в вазон с базиликом вылил.
Между тем совсем стемнело. В беседке засветили два фонаря со светошариками, но света они давали немного, освещена была только сама беседка. Так что паладинам пришлось прибегнуть к мистическому зрению. Это давалось им не так-то просто, сказывался недостаток опыта.
В беседке, видимо, решили, что представление пора заканчивать. Пошатываясь, двое мужчин поднялись и побрели, горланя непристойные песни, к калитке. Тетка сползла на скамейку и развалилась на ней, раскатисто захрапела. Лекарь попытался встать из-за стола, но не смог, опустил голову на сложенные руки и тоже захрапел. Алькальд махнул рукой и растянулся на полу, подложив под голову руку.
– Хорошо притворяются, – сказал Жоан. – Очень достоверно. Ты уверен, Робертино, что только притворяются?
– Теперь не уверен, – пробормотал Робертино. – Но наше дело – смотреть в оба и чуть демон явится… если явится – сразу на него сеть силы набросить. Сможем, как думаешь?
– Она у нас пока слабенькая, – вздохнул Жоан. – Как бы не удрал…
– Три сети должны его удержать, – Оливио тронул Жоана за рукав. – Смотри, кажется, это он. Чувствуешь?
И верно, через забор метнулась черная тень, и сразу потянуло легким запахом серы – верный признак демонического присутствия. Раньше паладины не замечали только из-за неопытности, но теперь они знали, что искать и куда смотреть, так что почуяли.
Тень встала на задние ноги и прокралась к беседке. Это была черная коза со слегка загнутыми рогами и розовым дряблым выменем. В зубах она держала объемистый мешок.
Паладинам было жутко интересно, что именно демон попытается украсть на этот раз, но ждать было некогда – вдруг не успеют. Да и люди в беседке могли помешать правильному наложению сетей. Так что все трое разом махнули руками, призывая божественную силу. Демон взвизгнул совсем не по-козьему, когда на него упали три мерцающие сети, и отпрыгнул, выронив мешок. Точно в цель попала только Жоанова сеть. Сеть Оливио накрыла заднюю часть козы, а Робертино вообще промахнулся, зацепил только козьи рога. Лекарь, тетка и алькальд тут же вскочили, а паладины выломились из сиреневых кустов.
– Порази меня гром, это же моя Нерита!!! – воскликнула тетка.
Демон на это только презрительно мемекнул, взбрыкнул задними ногами, сбрасывая сеть Оливио, и замотал башкой, пытаясь стряхнуть остальное. Одна сеть для него была слабовата, она только чуток убавила у него прыти.
– Черт, промахнулся! – Робертино поднял руку, сплетая еще одну сеть, и бросил ее на демона. Но коза отпрыгнула, сеть пролетела мимо и упала на лекаря. Тот с маху сел наземь и разразился непристойной бранью. А коза, яростно тряся башкой и пытаясь сбросить сеть с рогов, заскакала по всему двору. Оливио швырнул в нее Длань Девы, коза увернулась и Длань только мазнула ее по задранному хвосту. Коза возмущенно мемекнула и отпрыгнула на какие-то грядки, где принялась бодать пугало, видимо, надеясь, что так ей удастся снять сеть силы.