горели, в голове пульсировала боль, а зрение затуманилось. Уже готовая провалиться в темноту, она внезапно сбоку от себя уловила какое-то движение, и чья-то сильная рука схватила ее и потащила в сторону, выдергивая из небытия. Яна снова могла дышать, и это дало ей возможность сопротивляться, сражаться с невидимым противником. Слева от нее с грохотом обвалился лестничный пролет. Она покачнулась, и сквозь шум ей послышался чей-то голос. Он казался знакомым и настойчиво звал ее по имени.
– Яна! Яна! Очнись!
В одно мгновение все стихло, и Яна открыла глаза. Кто-то крепко прижимал ее к груди и осторожно гладил по волосам. Вокруг было тихо, дом не рушился, пол под ногами был крепким и холодил босые ноги. Она судорожно всхлипывала, сердце колотилось где-то в горле, мешая нормально дышать. Яна, наконец, узнала голос, который все еще повторял ее имя, и онемевшими губами еле слышно произнесла:
– Марк? Что случилось?
Марк чуть отстранился, но из рук ее не выпустил, внимательно заглядывая ей в лицо, спросил:
– Ты в порядке?
– Кажется, да, но я не понимаю, что произошло. Дом не рушится?
– Дом? Нет, с ним все в порядке, – Марк непонимающе смотрел на нее. – Пойдем, тебе нужно согреться, ты вся дрожишь.
Только сейчас Яна поняла, что ее трясет. Ноги онемели от холода, а тело сотрясала дрожь, от которой стучали зубы. Марк провел ее на кухню, усадил на стул и включил чайник. Потом принес откуда-то плед и закутал Яну с ног до головы. Ее все еще сильно трясло, но сердечный ритм приходил в норму, слезы высохли, и она, наконец, смогла выдохнуть с облегчением, осознавая, что находится в безопасности.
Марк поставил перед ней большую чашку чая, себе сварил кофе, устроился напротив и выжидающе смотрел на девушку. Яна обхватила чашку обеими руками, ощущая, как тепло постепенно расползается от кончиков пальцев по всему телу.
– Марк, мне кажется, я схожу с ума, – она подняла на него глаза, в которых снова стояли слезы.
– Давай, для начала ты все расскажешь, а потом мы решим, что делать дальше.
И Яна, не задумываясь, как это прозвучит, выложила ему все, начиная от спиритического сеанса и заканчивая тем, как босиком бежала в ночь от призрака девушки, рыдающей у изножья ее кровати.
– Но с домом все в порядке, – Яна указала рукой на совершенно целые стены, – он не рушится, а значит, это все было у меня в голове. Я просто сошла с ума!
Слезы уже лились по ее щекам, девушка снова начала дрожать и в попытке успокоится сделала глоток обжигающего чая.
Марк, до этого молча слушавший ее историю, встал и подошел ближе. Он протянул руку, и Яна инстинктивно отшатнулась.
– Я не причиню тебе вреда, – Марк успокаивающе поднял руки, и Яна кивнула, позволяя ему убрать плед и отвести в сторону волосы, закрывающие ее шею. От прикосновения его пальцев она снова вздрогнула, кожа покрылась мурашками, а Марк, словно ничего не замечая, наклонился еще ближе, рассматривая то, что привлекло его внимание.
– Я слышал, что в редких случаях наш мозг создает настолько мощные иллюзии, что на теле появляются вполне реальные следы. Так можно было бы объяснить след у тебя на шее. Ты говорила, что не могла дышать, и для тебя это было настолько реальным, что на коже остались следы удушения. – Марк сделал паузу и вернулся на место. – Но это не объясняет другого.
– Чего? – хрипло спросила Яна.
– Того, что я тоже слышал стук.
– Но ты не видел, что дом рушится?
– Нет, но я верю тебе. Я видел, что ты задыхаешься, и пытался тебе помочь, но ты была словно где-то в другом месте, в другой реальности. Я испугался, что у меня не получится до тебя достучаться.
– Ты на самом деле мне веришь?
– Да, – просто подтвердил Марк, будто сталкивался с таким всю жизнь. – Яна, ты не сумасшедшая. Я скорее склонен верить в то, что в соседней квартире действительно обитает призрак, чем в то, что ты внезапно настолько сильно повредилась рассудком.
– Спасибо.
– И, раз уж ты мне честно обо всем рассказала, я тоже буду откровенен. В прошлый раз, когда мы оба слышали стук в стену, кто-то схватил меня за руку в коридоре. Так что, если мы оба сошли с ума, то так тому и быть.
– Симона хочет, чтобы ее освободили. Но я не представляю, как это сделать. И не понимаю, зачем она так меня… мучает.
– Я думаю, она хочет тебе что-то рассказать. Возможно, дать подсказку, как она умерла и как ее освободить.
– Но она меня чуть не убила! – Яна со стуком поставила на стол чашку, расплескав ее содержимое.
– Ты знаешь, как она умерла?
– Нет, Елена Львовна сказала, что от несчастной любви. Я решила, что она покончила жизнь самоубийством.
– Значит, след на шее может быть подсказкой, и Симона повесилась. Поэтому ты задыхалась, она показывала тебе, как умерла.
– Но до этого мне снилось, что кто-то меня душит!
– Яна, я бы очень хотел тебе помочь, но я не знаю как. – Вздохнул Марк. – Похоже, нам стоит обратиться к специалисту. – Яна вопросительно на него посмотрела, не понимая, к чему тот клонит. – Ты же работаешь в магическом магазине! Твоя хозяйка наверняка может нам помочь.
Последнее, чего хотелось Яне – так это обращаться за помощью к Маргарите. Она до сих пор вздрагивала от воспоминаний о том, как дрожащая Лика вся в слезах заявилась к ней в магазин, и насколько трудно было ее переубедить в том, что выкидыш никак не связан с приворотом, который якобы делала Маргарита. Но Марк был прав. В данный момент она была единственным человеком, который способен был разобраться в происходящем. Что ж, завтра она подумает, как завести с Маргаритой разговор на такую необычную тему.
После всплеска адреналина Яна почувствовала страшную усталость, глаза начали закрываться, и она огромным усилием пыталась удержаться от того, чтобы отключиться прямо за столом. Марк это заметил, убрал чашки и протянул Яне руку.
– Пойдем, постелю тебе на диване.
Яна хотела было возразить, но он решительно повел ее в сторону гостиной, а сопротивляться у нее не было никаких сил.
Глава 14
Яну разбудил аромат кофе. Она открыла глаза и не сразу поняла, где находится, но события прошедшей ночи живо всплыли в ее памяти, и она порадовалась, что ей все же не пришлось ночевать в подъезде или, что еще хуже, в одной комнате в рыдающей Симоной.
Она тихонько выскользнула из комнаты и двинулась в направлении кухни, откуда доносился звон тарелок и шум закипающего чайника. В прошлый раз, когда она была у Марка, ей было не до разглядывания его дома, сейчас же она с любопытством озиралась по сторонам.
Если бы ее спросили, кому принадлежит эта квартира, она никогда бы не подумала, что в ней может жить молодой человек. Казалось, что время здесь остановилось еще в начале прошлого века: темная мебель из красного дерева, кожаные диваны, тяжелые портьеры, картины в золоченых рамах. Здесь было тихо и сумрачно, ковры поглощали звук ее шагов, поэтому Марк не слышал, как она вошла в кухню.
– Ты внук Льва Яковлевича Яновского? – выпалила Яна вместо приветствия. Марк вздрогнул и чуть не выронил лопатку, которой переворачивал на сковороде оладьи.
– И тебе доброе утро!
– Извини, доброе утро. Просто я увидела фотографии в коридоре и удивилась, узнав на них профессора Яновского. Я прочла все его работы! Он был моим кумиром, когда я училась в университете!
– Именно поэтому я стараюсь не упоминать о своем родстве с дедом, когда знакомлюсь с девушками. Они моментально теряют ко мне всякий интерес, – с улыбкой ответил Марк. – Но да, ты права. Я его внук, а это его квартира.
– Невероятно, я бы очень хотела с ним познакомиться.
– Ты бы ему понравилась, – серьезно сказал Марк. – В особенности по той причине, что тебе удалось увидеть настоящего призрака, в отличие от него.
– Да, я знаю, что он в своих работах часто допускал, что суеверия не так уж и беспочвенны, как привыкли думать образованные люди.
– В последние годы он был одержим этой темой. Связывался со всякими шарлатанами, которые обещали ему охоту на призраков, ездил к шаманам, экстрасенсам, но так и не нашел того, что искал. Кто же знал, что все, за чем он гонялся, было буквально в двух шагах от него.
– Мне кажется, он мог бы нам даже помочь с этим разобраться.
– Давай пока не будем тревожить его дух. Оставим этот вариант на крайний случай. – Фраза задумывалась, как шутка, но Яна даже не улыбнулась.
– Я всегда стремилась опровергнуть существование духов. Доказать, что все суеверия – результат непросвещенности и недостатка знаний о мире, но, как оказалось, в древности люди были гораздо умнее нас. Они допускали существование иного мира, и это давало им преимущество – они могли защитить себя, знали, как задобрить духов, как спастись. Я же, несмотря на все свои дипломы, ума не приложу, что делать дальше.
– Не переживай, я вчера сказал, что помогу тебе со всем разобраться, и слово свое сдержу. Тебе не придется решать эту проблему в одиночку.
– Но это не меняет факта, что нам буквально не за что ухватиться. Если ее душа осталась здесь, то значит, ее держит на земле какое-то неоконченное дело, но как узнать, какое именно? Единственный человек, который мог бы с этим помочь, о Симоне говорить отказывается.
– Ты о Елене Львовне? Ее я беру на себя. Она была дружна с дедом, будем надеяться, что ее благосклонность распространится и на меня. Пусть я и значительно уступаю ему в глазах женщин.
– Да ладно тебе! Наверняка от невест отбою нет.
Яна так и не поняла, почему ее слова так задели Марка, но он моментально помрачнел, резко встал из-за стола, убрал тарелку с недоеденным завтраком и холодно произнес:
– Тебе уже пора на работу, пойдем, провожу тебя.
Яна смутилась, торопливо поблагодарила за все и твердо отказалась от сопровождения – не хватало еще, чтобы соседи начали распускать слухи. Марк за ней не пошел, но стоял на лестнице до тех пор, пока в глубине соседской квартиры не хлопнула дверь. Только тогда он вернулся домой, коря себя за грубость.