– Осторожнее, – сказал Марк, помогая Яне восстановить равновесие после того, как она врезалась в него, не глядя шагнув за порог.
– Извини, мне просто показалось…
– Ты видела Симону?
– Да! – живо отозвалась Яна. – Она стояла прямо здесь, – Яна указала рукой туда, где еще несколько мгновений назад видела призрачный силуэт Симоны. Марк проследил за ее рукой, но, разумеется, никого там уже не было. – Она звала меня и улыбалась. Но так… недобро.
– Надо поскорее с этим заканчивать. Не нравится мне этот злобный призрак. Лика договорилась о встрече со своим приятелем?
– Да, на завтра.
– Надеюсь, он поможет нам найти портрет, и мы отправим эту вредную девчонку туда, где ее уже давно ждут.
– Кстати, об этом. А как мы собираемся ее освободить вообще?
Марк на секунду задумался, а потом уверенно произнес:
– В портрете заключена часть ее энергии, так? – Яна кивнула, – Логично предположить, что для того, чтобы ее высвободить, портрет нужно будет уничтожить?
– Разрезать?
– Или сжечь. Чтобы ни клочка от него не осталось.
Глава 22
Лика ждала Яну у входа в ресторан. С утра она позвонила подруге и предупредила, что одеться нужно шикарно, поэтому Яна осторожно вышагивала на высоченных каблуках, стараясь не угодить острой шпилькой в щель между плитками, которыми был вымощен тротуар.
– Отлично выглядишь, – одобрительно произнесла Лика, подхватила подругу под руку и повела в сторону огромных сверкающих дверей ресторана.
Яна старалась держаться уверенно, хотя в таких заведениях была от силы пару раз и то по приглашению Лики. Но та чувствовала себя в дорогих ресторанах как рыба в воде, поэтому не обращала внимания на роскошь, окружавшую их.
Их проводили к столику, за которым уже сидел ее приятель – Антон. При виде девушек он встал, церемонно поклонился и, к величайшему удивлению Яны, легонько коснулся губами ее руки в знак приветствия.
После быстрого знакомства Лика сразу перешла к делу.
– Антош, нам нужна одна картина.
– Дорогая, для тебя любой каприз, ты же знаешь, – слащаво улыбнулся Антон. – Гоген? Ренуар?
– Нет, ничего подобного. И сразу говорю: задачка не из легких. – Антон моментально заинтересовался и даже наклонился ближе к Лике, чтобы не упустить ни одной детали. – В советское время был такой художник, Натан Рахлис. Известен был в узких кругах, возможно, даже слишком узких. И мне нужна одна его картина. На ней изображена обнаженная девушка. – Лика через стол протянула копию газетной статьи, обнаруженной Яной в архиве. – В девяностые ее приобрел неизвестный покупатель. Нам нужно знать, где эта картина сейчас и выкупить ее. Деньги не проблема, как ты понимаешь.
Антон долго крутил в руках заметку, а потом задумчиво произнес:
– Ликусь, может, подберем что-то более изысканное? Девушка на картине, конечно, хороша, но уверен, Вадим с большим удовольствием рассматривал бы твой портрет в стиле ню… Кстати, есть у меня один художник, невероятно талантливый, если согласишься ему позировать обнаженной…
– Антон, – перебила его Лика. – Мне нужна эта картина. Только она.
– Я понял, – разочарованно протянул Антон. – Но, если надумаешь позировать – только скажи.
Лика заверила, что обязательно поразмышляет об этом на досуге, Антон приободрился и весело сказал:
– Знаете, вообще-то, данные о покупателях предметов искусства держатся в тайне, но, как вы понимаете, нет ничего невозможного. Особенно для меня. Думаю, найти владельца не составит труда, а уж договориться о цене и подавно. Натан Рахлис – это вам не Айвазовский и не Левитан, владелец будет только рад продать картину такого малоизвестного художника, особенно если ему популярно объяснить, что ценности она не представляет. А я, без ложной скромности, обладаю невероятным даром убеждения. – Он противно захихикал и продолжил: – Надеюсь только, что картина все еще существует, а не сгнила где-нибудь в сыром подвале.
– Точно нет, – заверила его молчавшая все это время Яна.
– Тогда не будем терять времени. – Антон поднялся из-за стола. – Приятно было познакомиться, – он поклонился Яне, – Лика, а с тобой мы потом обсудим вознаграждение, – он подмигнул девушке.
– Напиши мне, – кокетливо улыбнулась Лика и, попрощавшись с Антоном, подозвала официанта.
– Лик, мне показалось или он не просто твой приятель?
– Слушай, это было всего пару раз. У Вадима как раз начались эти странные командировки, я злилась на него, а тут Антоша заехал с какими-то коробками для него. Ну и оно как-то само все получилось.
– Лика, Вадим тебя убьет, если узнает! – Яна в ужасе округлила глаза.
– Но он же не узнает, правда? – серьезно спросила подруга.
– От меня точно нет, но ты доверяешь этому Антону?
– Ян, он от Вадима получает столько бабла, что даже под пытками не признается, что у него была интрижка с его женой. В чем можно быть абсолютно уверенной, так это в том, что больше всего на свете Антон любит деньги.
– Но все равно будь осторожна.
– За меня не волнуйся, – улыбнулась Лика. – Ты лучше скажи, как сегодня твой призрак?
– Сегодня ночь прошла относительно спокойно: я опять что-то искала, но, к счастью, на этот раз меня никто не душил.
– Не переживай, Антон свое дело знает. Уверена, уже вечером мы будем знать имя и фамилию того, кто приобрел тот злополучный портрет.
Лика оказалась права. Едва Яна переступила порог квартиры Марка, как ее телефон зажужжал и на экране высветилось уведомление о сообщении от незнакомого отправителя. Сообразив, что подруга дала ее номер Антону, Яна, не раздумывая, открыла письмо и застыла в изумлении.
– Плохие новости? – озабоченно спросил Марк. – Ты как-то побледнела.
– Ерунда какая-то… – пробормотала озабоченно Яна и протянула Марку телефон, чтобы тот сам прочитал сообщение.
– Но этого не может быть! Может, этот парень ошибся?
– Не думаю. Ниже прикреплен скрин из базы данных.
– Яна, но ты же понимаешь, что это значит?
Яна уверенно кивнула. Пусть покупатель остался неизвестным, картину доставили по очень хорошо знакомому им обоим адресу, что могло значить только одно: приобрел ее Лев Яковлевич Яновский – дед Марка. Глава 23
– Ума не приложу, зачем ему это было нужно? – Марк сидел за столом и, уставившись в пустоту, в задумчивости ерошил волосы.
Яна сидела напротив и крутила в руках кружку с остывшим чаем. – Слушай, они были знакомы. Возможно, дружили. И в память об этом твой дед и купил картину.
– Но почему анонимно?
– Может, не хотел, чтобы кто-то узнал о том, что он купил портрет обнаженной девушки? Он к тому времени уже стал профессором, был известным ученым – такие покупки могли навредить его репутации.
– Ладно, согласен. Но где она теперь?
Яна развела руками. Ей точно было неизвестно, где Лев Яковлевич мог спрятать картину, но она все же осмелилась высказать версию:
– Если предположить, что картину он приобрел для себя, чтобы, не знаю, предаваться воспоминаниям о прошлом, но не хотел, чтобы ее видел кто-то, кроме него, где он мог ее спрятать?
– На даче, – не задумываясь ответил Марк.
Дача Яновских располагалась в ближайшем Подмосковье. По пустому в столь поздний час шоссе они довольно быстро добрались до поселка, но, едва свернули на грунтовую дорогу, на крышу автомобиля упали первые тяжелые капли дождя. Яна приоткрыла окно, и салон наполнился шелестом листвы, шорохом дождя и ароматом леса. Освещенная трасса осталась далеко позади, ночную тьму разрезал только свет автомобильных фар, но Марк уверенно вел машину по извилистой проселочной дороге, и уже совсем скоро Яна разглядела покосившийся от времени штакетник, огораживающий дачный участок Яновских. Марк остановил машину и коротко бросил: «Приехали».
В тусклом свете фар Яна не могла разглядеть дом, стоявший где-то в глубине сада, мешал еще усиливающийся с каждой минутой дождь, превращающий окружающий пейзаж в размытое пятно. Марк нашарил в кармане ключи от дома и, повернувшись к Яне, спросил:
– Готова?
Яна уверенно кивнула, и они как по команде выбрались из машины и побежали под ледяными струями дождя в сторону калитки. Марк схватил Яну за руку и потащил в сторону дома. Глаза никак не могли привыкнуть к темноте, и Яна полностью доверилась Марку, который прекрасно ориентировался даже в такой кромешной мгле.
– Ступеньки, – предупредил Марк за секунду до того, как Яна зацепилась ногой за что-то твердое и едва не растянулась на скользком от дождя крыльце. К счастью, Марк успел подхватить ее, и уже через секунду девушка стояла под навесом, ожидая, пока ее спутник отопрет дверь.
– Посвети, пожалуйста. – Яна включила фонарик на телефоне и направила луч света на дверь. Замок заело, и Марку пришлось приложить немало усилий, чтобы, наконец, попасть внутрь.
Света не было. Марк безуспешно щелкал выключателем, но дом все так же утопал в темноте.
– Ничего, такое часто бывает во время дождя. Но где-то должны быть свечи, а если повезет, еще и работающий фонарь.
Яна стояла, прислонившись к стене, и напряженно прислушивалась. Она слышала, как Марк выдвигал и задвигал ящики, где-то вдалеке скакал луч его фонарика, который он включил на телефоне. За окном барабанил дождь, ветер становился сильнее, и старый деревянный дом жалобно скрипел под его натиском.
Спустя какое-то время появился Марк и повел ее в комнату, в которой горели свечи, а в печи потрескивал огонь.
– Чудо, что в поленнице остались дрова. Давай немного обсохнем, а потом начнем поиски.
Яна не стала возражать и села поближе к огню прямо на пыльный пол.
– Сейчас бы горячего какао, – мечтательно протянула она.
– Или хотя бы чаю, – со вздохом согласился Марк, устраиваясь рядом с ней у печки. Они выезжали в такой спешке, что даже не подумали о том, чтобы взять с собой что-нибудь перекусить.
– Будем надеяться, что мы быстро отыщем портрет и вернемся в город.