еть, не особо они за ее состояние и волновались-то…
— Думала она, — сердито цыкнула светленькая, сердито забирая щедро смоченную в нашатыре ватку, — А если бы она в аварию по дороге попала, отвечать кому бы пришлось? Нам!
— Да ладно, — фыркнула ее напарница, склоняясь над кушеткой и легонько похлопывая девушку по щекам, пока вторая водила кусочком ватки перед носом рыжей, — За стенами универа мы ответственности за студентов не несем. Так, не морщись! Давай, давай, открывай глаза, чего ты размякла, как кисейная барышня?
— Скорее как таракан, которого плющит под морилкой, — хрипло отозвалась Солнцева и, не выдержав, отпихнула от себя руки обоих медсестер, — Да уберите вы эту гадость, воняет же!
Услышав это, Исаев тихо хмыкнул, закрывая лицо ладонью и невольно покачав головой. Да уж… Кажется, эта рыжая неприятность даже не пороге смерти язвить не перестанет!
Впрочем, очухалась и слава богу. Осталось только удостовериться, что свою драгоценную голову она действительно не разбила и можно отсюда убираться. На сегодня с него приключений хватит.
— Как ты себя чувствуешь? — практически с неподдельным волнением в голосе спросила блондинка, глядя, как девушка, отчаянно морщась, пытается сесть на кушетке, — В жар не бросает? Голова не кружится, в глазах не двоится, не тошнит?
— Нет, — скупо ответила Солнцева и, неожиданно закашлявшись, хриплым до невозможности голосом кое-как выдавила из себя, — Пить…
— Ой, сейчас! — всплеснула руками светленькая, торопливо оглядываясь по сторонам. Не найдя ничего подходящего, она растерянно обратилась к напарнице, — Блин, мы всю воду на чай извели, а кран так до сих пор не починили… Ася, у тебя минералки нет?
— Нет, — отозвалась вторая медсестра и, подойдя ближе, потрогала лоб пациентки, а затем протянула градусник, который Солнцева, приняв-таки сидячее положение, покорно засунула себе под футболку, — Демьян, будь другом, сбегай за водой до кафетерия, а я пока «скорую» вызову.
— На кой черт? — удивилась рыжая, возмущенно сопя заложенным носом, — Я что, в инвалиды записалась? Сама до дому доеду, не сахарная, не развалюсь!
— Не развалишься, — хмыкнул в ответ на это Демьян, поднимаясь со стула, — Скорее всего, просто снова стечешь лужицей где-нибудь посреди коридора. Второй раз я тебя никуда не понесу, учти.
— Нехристь спасала мне жизнь… — растерянно, но с сарказмом выдавила из себя девушка, глядя на Исаева, смотрящего на нее сверху вниз, — Кому рассказать, хрен поверят!
— А ты молчи, — усмехнулся шатен, направляясь к двери, — Целее будешь.
— Как это мило… — донеслось ему ехидное вслед.
Покачав головой, наследник GRT-групп покинул кабинет медицинского персонала. Ничего другого он в свой адрес услышать и не ожидал, как, собственно, и не сомневался в отсутствии хоть какой-то благодарности с ее стороны. И по-хорошему, стоило бы сейчас проигнорировать просьбу медсестры и не стоить из себя мальчика на побегушках…
Но Демьян Исаев был из тех людей, что привык доводить начатое до конца. И теперь, пока он лично не удостоверится в том, что эту рыжую неприятность забрала карета скорой медицинской помощи он, увы, нормально себя чувствовать не будет. И не столько из-за болезни Солнцевой или ее обморока, сколько из-за ее разбитого лобешника.
Мало ли что с ее мозгами случилось на самом деле, а камеры наблюдения, что безусловно, засняли все произошедшее, вряд ли смогут кому-то и что-то доказать, реши рыжая подать на него в суд за нанесение ей телесных повреждений. Конечно, подобное вряд ли случиться, но рисковать все-таки не стоило.
Да и оправдываться перед Липницким за его пострадавшую подружку Демьяну хотелось меньше всего.
Однако, когда шатен, успокоив себя таким образом, вернулся в медпункт с бутылкой негазированной минералки, он понял, что во избежание каких-либо последствий, ему изначально не стоило затевать всю эту кутерьму с работниками системы здравоохранения. А лучше вообще не стоило подходить к этой маленькой, наглой, хамоватой рыжей неприятности.
Ибо эта сумасшедшая девчонка, пока он ходил за водой, а медсестры отлучились одна за жаропонижающим в соседнюю комнату, вторая в соседний кабинет за телефоном, попросту сбежала из медпункта и универа вообще!
Нет, ну и как ее после этого называть?
— Оторва ненормальная, — только и выдохнул Исаев, падая на ранее занимаемый им же стул.
Больше добавить было нечего.
Глава 6
— Ща сдохну, — честно предупредила саму себя вслух, глядя в зеркало заднего вида. Что, в принципе, было само по себе делом глупым и бесполезным, ибо отражение мое было… краше в гроб кладут!
Конечно, с температурой в тридцать девять и два пока откинуть тапки мне не грозило, но и добраться живой до дома было делом весьма проблематичным. Ладно, боль в горле и жуткий насморк. Фиг с ним, с дикой головной болью при малейшем движении и раздирающим легкие кашле. Да черт бы с ней, с ломотой в теле, но вот что мне делать с закрывающимися глазами?
Я ж так до первого столба только доеду, и не факт, что дальше!
Собственно, потому эти две наседки и хотели карету скорой помощи вызвать для моей сопливой персоны. В чем-то они были правы, конечно… Но! Во-первых, к врачам мне нельзя обращаться по определенным причинам. А во-вторых, я лучше впишусь на скорости во встречный «Камаз», чем позволю медикам увезти меня в больницу на глазах всего универа!
Так что да, пришлось спешно делать ноги, удачно пользуясь всеобщим отсутствием.
И если с этим, что называется, мне прокатило, то вопрос о том, что делать дальше, встал ребром. Хотя, кажется, уже не встал… В трех кварталах отсюда есть платная стоянка — до туда я уж как-нибудь докачусь. А уже там вызову такси до дома… гениально, черт побери! Главное, собрать сейчас глаза в кучу…
Вздохнув, потерла переносицу и, мельком взглянув на приборную панель, открыла настежь дверь и достала из бардачка сигареты с зажигалкой. Машине требовалось еще пара минут на прогрев, так что подымить я еще вполне успею, главное только не отключится в процессе потребления никотина. А это будет непросто… очень непросто!
И видимо, я все-таки не рассчитала своих сил — в себя я пришла резко, едва не подскочив на месте. Спустя долгую секунду, до меня дошло, что я просто заснула, сидя в машине, а еще спустя две, что я заснула с сигаретой в руках! Блин!
Резко повернула голову, которая тут же отозвалась парочкой гвоздей, забивающих кем-то в мой череп, и поняла, что, кажется, температура стала еще выше. Иначе как мне объяснить галлюцинации в виде Богдана Полонского, что сидел на корточках, опираясь локтем на открытую дверь моей машины, и спокойно докуривая мою же сигарету?
— Так и знал, что не стоит оставлять тебя одну, — на удивление спокойно произнес парень, смотря на меня снизу вверх из-под длинных, тонких прядей челки. Выглядел он просто невероятно невозмутимо… В то время как я пребывала в состоянии полноценного ступора. Однако сил на ответ все-таки наскребла, хотя и с трудом разлепила пересохшие губы, оторвав, кажется, от одной приличный кусок кожи:
— Да я вроде, в порядке…
— Да я вроде вижу, — невозмутимо хмыкнул Богдан и, затушив окурок об асфальт, поднялся на ноги, бросив мне все таким же спокойным тоном, — Двигайся.
И я подвинулась. Скрипя суставами и морщась при каждом движении, я все-таки перебралась на пассажирское место, а мое тут же занял Полонский, причем с такой уверенностью, словно он тут же не раз бывал. Отрегулировал сидение, проверил и поправил зеркала, примерился к педалям…
— Куда? — только и спросил, аккуратно выезжая задним ходом с парковки. И только лишь спустя несколько минут, уже на выезде с территории студенческого городка, убедившись, что водит Полонский вполне спокойно и с немалым опытом (не за себя я волновалась, а за малыша!), выдохнула, устало откидываясь на сидение:
— Жилой комплекс «Серебряные росы».
Ответом мне стал короткий взгляд, брошенный искоса. Я только хмыкнула, с трудом пристегнув ремень и пристроив макушку на подголовнике:
— Не спрашивай. Знаешь, где это?
— Конечно, — последовал лаконичный ответ. И все — вопросов Богдан больше не задавал.
Ну и слава всем, кого обычно благодарят в подобных случаях: объяснять, что такая как я, забыла в таком месте, как то, у меня не было ни сил, ни желания. В том, что Полонский уже давно пребывает в курсе моего истинного статуса и принадлежности к среднему классу, я не сомневалась ни на йоту. И он не мог не заинтересоваться, как же бюджетница типа меня, оплачивает аренду элитного жилья, типа «Серебряные росы».
История, кстати, забавная и интересная… но не для подобных обстоятельств. Тишина, царившая в салоне, не давила на уши, ее разбавляла ненавязчивая музыка, лившаяся из динамиков, вмонтированных в двери. Музыкальная подборка какой-то радиостанции, выбранной парнем наугад, погружала меня в состояние долгожданной полудремы, но окончательно меня добила неспешная, плавная и размеренная манера езды Богдана. Не дотерпев даже до середины маршрута, я вырубилась.
Вот так просто и чуть-чуть банально.
М-да…
Мельком взглянув на заснувшую девушку, Богдан усмехнулся и, бросив взгляд в боковое зеркало, перестроил машину в другой ряд, прибавив скорость — машина послушалась беспрекословно.
Ему понравилось это авто. Достаточно мощное, в идеальном состоянии, с уютным ухоженным салоном… а еще, в нем чувствовалась сила. Тяжесть настоящего металла, не малая длина кузова, мощность хорошего старого мотора — это была полноценная машина, и все это ощущалось каждой клеточкой его тела. Именно машина, а не новомодная легкая игрушка, которые сейчас стоили много, но по сути, ничего хорошего из себя не представляли. Легкое развлечение, не более того.
На ум почему-то пришло сравнение с девушками…
Посмотрев еще раз на спящую Солнцеву, Полонский хмыкнул еще раз и прибавил газу, не нарушая, впрочем, правила дорожного движения, которые накладывали определенные ограничения на скорость передвижения по городу. Не столько из соображения безопасности, сколько из уважения к понравившемуся ему автомобилю и его хозяйке. Хотя, по-честному, именно из-за нее стоило как раз поторопиться.