И принялся выводить столбик формул в моей тетради, четким, красивым крупным почерком. Объяснял Исаев кратко и понятно, делая соответствующие пометки, но мне, заткнув внутренний голос, пришлось навалиться на стол локтями в любимой позе созвездия рака, боком прижавшись к парню вплотную, чтобы хоть что-то расслышать среди гогота, гулявшего по админке. Не, ну а чего? Не на коленки же к нему усаживаться! Мне одного раза хватило по самую маковку.
А нехристь-то, оказывается, не даром звание лучшего студента носит… За каких-то полчаса я узнала больше, чем за всю прошлую лекцию! И ведь все, вот прям всё поняла!
Совершенно забыв о вчерашнем, я захлопнула тетрадку, на радостях стиснула шею парня в коротких благодарных обнимашках, и в ритме сальсы протанцевала на выход. Распахнула дверь в бокс… И присела, вздрогнув от неожиданности. На улице громыхнуло так, что взвыли машины, припаркованные по ту сторону дороги возле офисного здания!
— Оппачки, — ошарашено пробормотала, выходя через бокс на улицу, переменившуюся за пару часов до неузнаваемости. Солнце окончательно спряталось, на улице почти стемнело, а небо заволокло тяжелыми, свинцовыми, чернющими тучами. Резкие порывы ледяного ветра гоняли по дороге мусор, бросая в лицо пригоршни колючего песка, а спустя какую-то минуту с неба хлынуло сплошной стеной!
Очередной громовой раскат заглушил стоны работников, которые как раз заканчивали помывку осточертевших им машин. Мд-а…
Понимаю. Вся работа насмарку.
— Да ладно вам, — вернувшись обратно, ткнула пальцем в большую красную кнопку, закрывая ворота, чтобы водой не залило уже помытые машины. Фыркнув, закурила, глядя на все больше мрачнеющих работничков, — Зато хоть ночью поспим. Все, давайте доделывайте и по домам. Ночные мои старожилы, на вас, естественно, сей приказ не распространяется!
Через полчаса мойка опустела. За окном грохотало, в боксе стояли машины, ожидая своих владельцев, а сами владельцы, пережидая, пока гроза хоть чуть-чуть сбавит обороты, азартно резались в невесть откуда взявшиеся замусоленные карты. Не участвовала в этом бедламе только я, с видом примерной первоклашки усердно доделывающая статистику… Закончить которую, кажется, сегодня было не судьба, не смотря на помощь, оказанную бла-а-а-агородным Демьяном Исаевым.
Я уже дописывала последний пример, когда после очередного громового раската свет в админке потускнел, мигнул, а затем окончательно погас.
Небольшое помещение мгновенно погрузилось в кромешную тьму!
— Какой интимый полумрак! — радостно пробасили откуда-то из темноты голосом Олега и вдохновенно так, многозначительно поинтересовались. — Рыж, а ты где?
— Отринь надежды, старый прелюбодей, — насмешливо отозвалась, поднимаясь и начиная аккуратно пробираться по стеночке к выходу. Замелькавшие яркими пятнами экраны мобильников здорово облегчили задачу, — Лучше, глянь на улице, там всех отрубило или только нам так повезло? Эльфенок, будь другом, залезь в соседний бокс с заменой масел, посмотри, может там автомат вырубило? А я тут гляну.
Ребята, отчаянно ругаясь и наталкиваясь друг на друга, подсвечивая себе телефонами, принялись выполнять поручения, а я-таки выползла в бокс. Освещая себе дорогу тусклым светом почти севшей мобилки, опираясь одной рукой на стенку, аккуратно ступая по разбросанным шлангам отбойников, добралась до угла. В боксе, благодаря наличию окон, были хоть что-то видно, это да. Смутные силуэты, блики хрома на соседушкиной бибике, смутные очертания чего большого возле окон… но не более того. Прям как у негра в энном месте!
Едва не вписавшись лбом в жестяной короб электросчетчика, открыла его, оглядела разноцветные рычажки в их привычном состоянии и ругнулась. Нецензурно ругнулась! Они были в порядке, нетронуты, девственны и чисты. Значит, не мстительные суслики похихикать над нами захотели, а на подстанции что-то приключилось из-за грозы.
Внезапно позади меня раздался шорох. Вздрогнув и подпрыгнув от неожиданности, теряя сердце в пятках, я резко развернулась, попутно стукнувшись кистью руки об угол распахнутой дверцы щитка. Телефон, резанув светом по глазам, выпал и отлетел куда-то в кромешную тьму, ознаменовав свое приземление громким стуком пластика о бетонный пол. От резкого контраста я на миг ослепла, и тут…
На мой затылок под волосами быстро легла чья-то ладонь, заставляя поднять голову. И до того, как я успела вскрикнуть, чьи-то теплые, сильные губы накрыли мои.
Я испугалась, честно. Но… Едва я вздрогнула, как на спину легла ладонь, привлекла меня к крепкому телу, а поцелуй приобрел внезапную глубину и чувственность.
Я едва не застонала, чувствуя, как по плечам прокатилась горячая волна, оставшись приятным томлением где-то в груди. Глаза закрылись как-то сами собой, собственная лапка легла на мужское предплечье… и я ответила.
Так меня еще не целовали. Уверенно, неторопливо, умело пробуя на вкус и давая понять, что мне не причинят вреда. Невыносимо медленно, с капелькой затаенной нежности. А еще в прикосновении этих губ чувствовалась властность. От этого непередаваемого коктейля на полном серьёзе кружилась голова, напрочь сбивая дыхание. Я поймала себя на мысли, что останавливаться не хочется, но из админки кто-то громко позвал меня по имени. Поцелуй тут же прекратился.
В кромешной тьме снова мелькнула фигура, но я даже не поняла, в какую сторону она направилась — поцелуй длился всего ничего, и глаза привыкнуть к темноте банально не успели. Без теплых рук и губ разу стало как-то холодно…
На удивление, вопить и матюгаться в темноту, вопрошая, кто же это был, я не стала. Достав из заднего кармана сигареты, медленно опустилась на корточки и, закурив, с помощью зажигалки отыскала развалившийся на корпус, панель и батарею мобильник. Собрала. Запихала в карман.
И все-таки выругалась, чувствуя, как до сих пор дрожат коленки.
Помедлив, дотронулась пальцами до чуть опухших губ… И только тогда застонала вслух. Мне действительно не показалось!
Это ж… У кого такого умного наглости хватило, а? Какому гению заняться-то нечем было в столь интимной атмосфере? Постебаться надо мной захотелось? Шутники херовы, так ведь можно и инфаркт получить!
И ведь черта с два теперь поймешь, кто это был. Рост у покусившегося на меня автомоечного маньяка намного выше моего, а фигура хорошая. Не ахти, какие приметы, но под это описание все мои сегодняшние гости подходят! Парфюм… Снова мимо, мы все там в небольшом помещении запахом кофе, курицы и картошки-фри дружно провоняли, в том числе и я. Что ж еще?.. Так, кажется, под пальцами я почувствовала рукав футболки… О, точно! На нем была футболка!
Угу. Как и на всех присутствующих в админке, в том числе и на снявшем косуху Олеге, вновь прибывшем Сашке и стянувшем толстовку Липницком!
Во имя великого Ктулху, какому ж китайскому дракону фейерверк в одно место жахнул, подав в бумажную голову гениальную идею поиздеваться над моей нервной системой?!
Хотя не-е-ет. Издевательством там и не пахло. А вот с трудом сдерживаемым желанием еще как. И немалым опытом — должна признать, не смотря на всю ситуацию, это был самый шикарный в моей жизни поцелуй, с привкусом крепкого табака и пряной спелой вишни…
Вишни?!
— Ах ты ж мерлиновы подштанники! — выпучив глаза, громко выругалась обалдевшая от внезапного осознания жертва таинственного маньяка в моем единственном и неповторимом лице.
Вишня!!! Сигареты со вкусом вишни, как я сразу не догадалась-то?
Выбрасывала окурок я уже на ходу, несясь в админку сломя голову, пылая праведным гневом, ориентируясь на свет мобильников, мелькающий в открытой двери и громкие мужские голоса. Чуть не убилась по дороге восемь раз, но когда меня такие мелочи могли остановить? Я чуть Мишкин «Хаммер» по дороге не снесла, и ничего!
Остановил меня только застывший на пороге Липницкий, в которого я и врезалась, едва не расквасив об него свой нос. Точнее не об всего него, а о его крепкую грудь. Грудь под тонкой синей футболкой…
Но самым главным было совсем не это!
— Игорь, — задирая голову, тихо спросила я, нервно сглатывая, чувствуя, как дрожат обвисшие ручки вместе с упавшим голоском. — А-а-а… Почему от тебя вишней пахнет?
— Рыж, ты чего? — недоуменно спросил Игорек, освещая мое лицо фонариком на своем телефоне. — Тебя током шваркнуло, что ли?
— Просто ответь, — тихо, но настойчиво попросила, вытирая вспотевшие ладони о собственные вельветовые штанишки.
— Ань, у всех курево давно закончилось. Мы уже час как всей толпой сигареты Полонского смолим, — явно не понимая, что на меня нашло, ответил нахмурившийся Игорек.
Не выдержав, я разочаровано застонала вслух.
Мой дедуктивный метод раскрытия таинственной личности собственного автомоечного маньяка изволил скончаться в адских муках.
Глава 14
— Забирай меня скорей, увози за сто морей… — раздавалось из динамиков над танцполом, будоража и без того разгоряченную толпу отрывающихся студиозов.
— И получишь десять лет, восемнадцати мне нет! — жизнерадостно добила я.
— Извращенка, — хмыкнув, прокомментировала Краснова без малейшей тени улыбки на лице. Моя уязвленная личность от услышанного впала в некое подобие ступора… ну, на пару секунд.
— Лен, вот честно, — фыркнула я, пристраивая лапки на круглые хромированные перила балкончика, помешивая трубочкой лед в высоком стакане. — У вас, золотой молодежи, детства вообще не было? Эту добивку песенки Жукова каждый дурак знает!
— Смотря что ты подразумеваешь под детством, — пожала плечами староста старост, обхватывая губами соломинку, устремляя взгляд со второго этажа, где мы с ней стояли на балконе, на бушующий народ внизу.
— Бросать шифер в костер, есть сухой «Инвайт», меняться вкладышами жвачек «Турбо», носить топик с «Титаником», — машинально перечислила я самые запоминающиеся моменты. — Денди, сега, фишки с покемонами…
— Сега была, — хмыкнула Краснова и уточнила. — Лет на пять раньше, чем у остальных.