– Нет, – Отрада покачала головой.
– Ну, у вас все впереди. А платье выбрала?
– Ищу.
– У меня есть один свадебный салон на примете, я у них в показе как-то участвовала, там просто обалденные платья. Можем с тобой туда сгонять.
– Да, было бы здорово.
– Тогда в субботу я за тобой заеду. Хотя нет, в пятницу. В субботу у меня корпоративчик.
– Ладно. Договорились.
– Пойдемте в дом, – Сергей взял Алёнку за руку, пропуская Татку и Ивана вперед, – Тамара там уже, наверное, накрыла.
Остаток вечера прошел в приятной дружеской компании. Алёнке нравилось наблюдать за Таткой, она была настолько живой и непосредственной.
– Мои хорошие, – Азарина поднялась со стула с бокалом красного вина в руке, – так здорово, что мы сегодня встретились, люблю спонтанность. Вот вообще не верю, что мой Серега решил жениться. Тебе осталось только подобреть, понял?
– И подарить тебе машину.
– Конечно, видишь, ты все и так знаешь.
– Обойдешься.
– Вот, Алёна, мотай на ус, какой он бяка.
Азарина вытянула руку, и в комнате послышался звон стекла. Сделав глоток, Татка присела, а мужчины вышли на улицу.
– Что это за машина? – Отрада облокотилась на спинку стула, закинув ногу на ногу, они с Таткой остались вдвоем. Сквозь тишину дома было слышно, как потрескивает камин.
– Я не совсем в курсе, но, кажется, ее у Сережи угнали. А Ванька вернул, ну ты же знаешь, где он работает.
– Знаю, – кивнула, – угнали…
– Ага. Все в порядке? Ты как-то погрустнела.
– Нет, все хорошо. Просто устала, наша сегодняшняя поездка меня вымотала.
– Ой, я сама такая. Время десять, а меня уже в сон клонит. Вообще не представляю, как буду в туре выживать.
– Ты летишь в тур?
– Да, через день после вашей свадьбы. Поженю вас и свалю на три месяца.
– А Ваня? Вы же вместе, он долго к этому привыкал?
– Он всегда знал, какая я и чего хочу. Мы с ним очень давно знакомы. Я увидела его, когда мне было пятнадцать, увидела и влюбилась.
– Здорово.
– Ну да, – Татка печально взглянула на свой бокал, – столько всего было, – смахнула выступившую слезинку со щеки, – прости.
– Все хорошо, извини, если спросила что-то не то.
– Не заморачивайся. Слушай, я пойду лягу, ладно?
– Конечно.
– Не скучай.
Татка вышла из-за стола и, быстро перебирая ногами, поднялась в комнату. Отрада озадаченно смотрела в ее спину, вздрогнув от Сережиного прикосновения к своему плечу.
– Напугал.
– Куда певичка наша пропала?
– Спать пошла.
– Спать?
Токман моментально скрылся следом за Азариной, но Алёна этого даже не заметила.
– Сереж, а машина во дворе та самая?
– Да.
– Я все хотела спросить, но не решалась. Что по итогу с Шиловым?
– Он сел, – Азарин передернул плечами, говоря это сквозь зубы, не самая благоприятная тема, – надолго. На этом закроем тему.
– Ладно. Не думай, что я за него переживаю. Просто мне нужно быть уверенной, что он поплатился за все, что сделал со мной. Так мне будто бы становится легче. Он понес ответственность за содеянное…
– Он получил сполна.
Глава 21
Месяц прошел в какой-то вечной суматохе и заботах. Поэтому сейчас, сидя перед ростовым зеркалом с подсветкой, Алёна никак не могла поверить, что день ее свадьбы настал, – он реален.
Алиска, стоящая над душой визажиста, в очередной раз глубоко и громко вздохнула, сложив руки на груди.
– Ну вы не видите? Губы нужно поярче.
– Алиса, – Отрада шикнула, но Краснова даже и не думала униматься.
– А что я? Ну ты посмотри, что она тут понамазала? Тебя не видно! Давай красненьким, а?
– Так, все, успокойся и постой в стороночке. Будешь выходить замуж, с головой красной краской залейся. А меня все и так утраивает. Спасибо, Ксения.
– Ну ладно, как хочешь. Где у нас жених?
– В соседнем здании.
Для свадьбы Азарин снял целый парк-отель за городом, так чтобы можно было разместить всех гостей, провести выездную церемонию в парке, а если вдруг погода подведет, перенести все в огромный зал ресторана.
– Алёна, я закончила, – девушка-визажист робко улыбнулась, глядя на Алису, начиная медленно собирать кисти.
– Спасибо, мне все очень нравится.
– Я рада.
– Кстати, когда будешь сегодня бросать букет, обязательно целься в меня, – Краснова сделала глоток шампанского и поставила бокал на круглый белый столик на узкой высокой ножке.
– Как? Спиной?
– Именно. Но букетик мне нужен. Обязательно.
– Я постараюсь, – Алёна хохотнула, а дверь гостиничного номера распахнулась.
– Дай я на тебя посмотрю, – Агата медленно прошла в люкс, прижимая ладони друг к другу, прямо перед грудью, – красота, – вздохнула, качнув головой.
Отрада заметила выступившие на женском лице слезы и сама чуть не расплакалась, это был слишком сентиментальный день.
– А ты не верила, помнишь? Я же сказала, что ты выйдешь замуж за моего Сережку. Агату нужно слушать, Агата плохого не посоветует.
Ковальская улыбнулась и нырнула рукой в сумочку, маленькую, черную, с бархатными вставками, выуживая оттуда красную коробочку.
– Вот, моя дорогая, это тебе. Фамильное кольцо.
– Боже, какая красота, – Отрада замерла в моменте, рассматривая огромный бриллиант, а после медленно перевела взгляд к Агате, – это очень дорогая вещь, я не могу при…
– Конечно можешь, что за глупости! Прекрати быть такой скромницей. Сколько учить нужно?!
– Спасибо.
– На здоровье, моя хорошая, на здоровье.
Она, как и всегда, была неподражаема: длинное алое платье с ярко выраженной талией, идеальный маникюр, макияж, прическа. Для своих лет эта милая старушка выглядела просто очаровательно.
Аги в присущей ей манере вытянула шею, немного вздернув подбородок, и торопливо пошагала прочь, чтобы не разрыдаться. Насколько бы боевой ни была закалка Ковальской, сегодня ее так и тянуло всплакнуть. Порадоваться за племянника, да и вообще любила она свадьбы. Все ее собственные церемонии всегда проходили торжественно, даже помпезно.
Девушки проводили Ковальскую взглядами, и под шумок Краснова налила себе еще шампанского.
– Ты вырубишься быстрее, чем меня замуж выдашь.
– Ой, ты не веришь в мои способности? Я очень живучая, совместное существование с Дёмой яркий тому пример.
– Алиса. Блин, я не верю, смотрю на себя, и чувство, что все это не со мной.
– С тобой! Я так за тебя рада, – Краснова полезла с обнимашками, пуская слезу.
– Ну ты хоть не реви. Меня уже трясет. Где там Серёжа?
– А он придет? А как же встреча у алтаря?
– Какой алтарь? Нет, он должен меня забрать отсюда. Не хочу я всей этой киношности. Скорей бы уже началась банкетная часть и внимания к нашим персонам стало поменьше.
– А вот и Азарин, – Краснова выглянула в окно и, круто развернувшись, посмотрела на дверь, – можно засекать минуты.
Алёна поднялась со стула, вытянулась в полный рост, рассматривая свое белоснежное платье, сшитое по канонам пятидесятых годов. Подчеркнутый приталенный крой, сформированный лифом-бюстье и пышным подолом миди, которые разделял широкий атласный пояс. Дополнением всему образу была прическа, открывающая изящную шею и ключицы. Отрада изначально хотела сделать на этом акцент, зная, что Сережа обязательно обратит внимание на подобные мелочи.
В дверь раздалось два коротких стука, и Краснова быстренько ретировалась, сразу как Сергей прошел внутрь номера.
– Готова? – сжал Алёнкину ладонь.
– Да, остались только туфли.
– Впрыгивай и пошли.
– Ты такой красивый, – скользнула пальцами по лацканам Азаринского пиджака. Сережа, как и всегда, был на высоте, сдержанный элегантный стиль без всяческих излишеств.
– Алёна, – аккуратно поцеловал ее в губы, чтобы не испортить макияж. Его до сих пор поражало, с какой легкостью она говорила ему комплименты. – Тебя там мама, кстати, искала.
– Да? У меня будет пять минут?
– Думаю, да, – коснулся глазами ролексов, – я тебя провожу.
Они вышли в просторный коридор гостиницы, почти сразу сталкиваясь с идущей навстречу Ренатой Валентиновной. Женщина улыбнулась, кивнула Сергею и, сжав руку дочери, отвела немного в сторону.
– Алёночка, я так за тебя рада. Правда рада, ты меня не слушай, я же все это не со зла говорю, просто никак не могу свыкнуться, что ты взрослая, что можешь сама решать, как тебе жить. Сергей – хороший человек, это видно. Я очень хочу, чтобы вы были счастливы, не так, как я с твоим отцом, а по-настоящему.
– Мама, – Отрада нырнула в женские объятия, шмыгая носом.
– Не плачь, моя девочка. Сегодня такой день, ты должна радоваться.
– Спасибо тебе. Мне это было очень нужно.
Алёна расцвела на глазах, блестящие слезы быстро высохли, и дышать вмиг стало легче.
– Ну иди. Иди.
Женщина коснулась плеча дочки, и та шагнула к будущему мужу. Когда они уходили, Сергей обернулся к теще, еле заметно ухмыльнувшись, давая тем самым понять, что она все сделала правильно. Ему не понравилась поездка в ту дыру и реакции Алёнкиной матери тоже. Отрада вернулась домой слишком расстроенной, а он жутко не любил, когда она грустила, особенно если это было связано с конкретным человеком. Поэтому два дня назад он повторил визит к теще, но уже лично. Хотел поговорить начистоту, и, к его удивлению, женщина схватывала все на лету. Он умел убеждать.
Но сейчас его насторожила ее искренность и забота, стало даже интересно – правда или же притворство? Рената Валентиновна любила удивлять.
– Ты знаешь, я боюсь уронить кольцо.
Алёна сказала это, когда они почти подошли к арке. Да-да, Алиска убедила Отраду заказать эту обвитую цветами штуку.
– Почему?
– Плохая примета.
– Я не верю в приметы.
Они шли медленно, собирая на себе взгляды гостей, сидящих в несколько рядов, по обе стороны от идущих молодоженов.
Регистратор очень долго говорила речь, которую Алёна уже слышала в качестве невесты. Но тогда все было иначе, сердце не выпрыгивало из груди от одного только взгляда на человека, которого любишь. Наверное, Алёна лишь сейчас, здесь, в момент своей свадьбы, осознавала, что они никогда не говорили о любви. Сходили друг по другу с ума, но так сторонились этого «люблю».