– Арч, – прошептала я с заметной дрожью в голосе. – Не надо.
Он смотрел на меня довольно долго. Взгляд его темных глаз переместился ниже, остановился на моей шее. Он нахмурился, рассматривая ее. Сначала я не понимала, почему, пока мои воспоминания не вернули меня на узкую улочку Киркхейвена. Губы Камило, посасывающие мою шею. Сильно. Интенсивно. Чарующе. Я медленно провела пальцами по чувствительному месту под ухом. Я ничего не смогла нащупать, но знала, что там наверняка красовался яркий засос.
И Арчи отвернулся. Он медленно подошел к Мерлину, наклонил голову, напряг взгляд. Его пальцы изогнулись, а губы искривились от огромного усилия, которое стоило ему всего, а затем…
Мерлин рухнул. Он кричал во все горло, так, что мороз шел по коже. Юный Андерсон запрокинул голову, из глаз от невероятной боли текли слезы.
И у меня тоже. Соленые дорожки проложили путь по моим щекам. Плечи затряслись. Мурашки покрыли тело. Я прикусила нижнюю губу. Больше всего мне хотелось зажать уши ладонями и не слышать его мучительных криков. Одновременно с этим хотелось прижать руки к глазам, чтобы не видеть ни Фриды, ни Эмилля, которые спокойными взглядами смотрели на Мерлина. И меньше всего Арчи, выполнявшего заклинание так, будто это была обычная профессиональная рутина. Который перерезал Мерлину нервы, необходимые для зачатия ребенка и получения удовольствия от секса.
В какой-то момент Мерлин замолчал. Я посмотрела на него в панике. Он лежал на полу, его глаза были широко открыты, смотрели в никуда. Мерлин больше не издал ни единого звука, но мне достаточно было взглянуть на него, чтобы услышать, как сильно кричит его душа. И моя тоже. Потому что в тот момент я поняла – Эмилль был прав. Мы являлись народом Света, но были ничуть не лучше темных.
Мы просто притворялись.
Эмилль
Во мне пульсировало какое-то неудовлетворение. Все это время оно было там, и я думал, что с наказанием Мерлина оно исчезнет. Но нет. Это продолжалось все время, даже сейчас, когда я быстрым шагом пересекал кованые ворота поместья Бернеттов. Камрин в своем кошачьем обличье следовала за мной через мрачный двор. Настроение, витавшее между нами, было странным, но мы все еще являлись азлатами. Воинами. Она встретила меня по дороге сюда и сразу почувствовала – что-то не так, поэтому осталась. Мужчина в черном кожаном костюме и его белая спутница. Тьма и свет. Какой странный состав из двух человек.
Но что удивило меня гораздо больше, так это Хелена и Тираэль, которые ждали нас вместе в тени большой плакучей ивы. Я послал каждому из них свой собственный шепот ветра.
– Ну и ну, какой сюрприз, – сказал я, когда мы добрались до них. – Вы двое сидите рядом, не пытаясь разбить друг другу головы? Не думал, что увижу такое снова.
Парень сделал шаг вперед. Его распущенные волосы развевались на ветру. Кожа была известково-белой, под глазами залегли глубокие тени, скулы четко выделялись, однако он все равно умудрялся доминировать среди всех нас.
– Что там такого важного, Эм?
– Я знаю, где слепая женщина.
Ти застыл. Я услышал, как он перестал дышать. На лбу Хелены, напротив, залегли глубокие морщины.
– Слепая женщина? – Она взглянула на Тираэля. – Она… ее здесь больше нет?
Он едва пошевелил головой, чтобы возразить.
– Это была Иверсен, – сказал я, не отрывая взгляда от Ти.
– Та, которая… – я колебался, – ну, ты и так знаешь.
– Я рассказал Хель о проклятии, – сказал он.
– О, хорошо. Это… да. – Я глубоко вздохнул. – Ти, нам нужно торопиться. – Я нервно провел рукой по волосам. – Весь клан сплотился вокруг девушки. Понятия не имею, чем они занимаются, но после того, что они с тобой сделали, это не может сулить ничего хорошего.
Он кивнул, а после свистнул.
– Где они?
– Недалеко отсюда. На скалах Стонхейвена. В замке Даннотар.
– Остальные знают?
– Дидре, да. Она заберет Силеас и Изобель, а также сообщит остальным, что, вероятно, у замка Даннотар состоится битва и они должны следить за местностью. На всякий случай.
Тираэль нахмурился.
– Я сомневаюсь, что Силеас будет в восторге.
После этого Камрин издала протестующий звук, прежде чем внезапно превратиться. Всего лишь мгновение спустя темно-русые пряди уже обрамляли ее зеленые кошачьи глаза.
– Силеас никогда не позволила бы мне отправиться туда в одиночку. И она знает, что я сражаюсь на вашей стороне. – Кам подарила мне маленькую неуверенную улыбку. – Даже если ты разбил мне сердце, Вудворд. Мы все – одна команда.
– Подожди минутку… Что? – Хелена нахмурилась. Она переводила взгляд с меня на Камрин и обратно. – Между… между вами двумя что-то было?
– Неважно, – сказал Тираэль.
– Боже мой, вовсе нет! – Хелена распахнула глаза. – Это жизненно важно, Фин! – Она ошеломленно уставилась на меня. – Когда это произошло? И почему я этого не заметила?
Ти зарычал.
– Сейчас не время для этого, Хель.
– О, клянусь богами. – Хелена на мгновение закрыла глаза, прежде чем сказать: – Пожалуйста, пойдемте уже, пока я не свернула тебе шею, Эм.
И мы пошли. Приземлили наших летающих драконов возле поросшего зеленью холма, на котором стояли остальные, в том числе и Силеас вопреки ожиданиям. Обе ее щеки украшали две черные черточки копоти. Близнец Эверстоун была склонна к воинственному драматизму.
– Как раз вовремя! – воскликнула она. Ее черное пальто для верховой езды закрывало колени. – Дидре сказала, что все должно быть сделано быстро, и где вы, черт возьми, пропадали? Устроили раунд с воронами Бабы Грир или как?
– Было бы неплохо, – пробормотала Хелена, беспокойно переводя взгляд с меня на Камрин и на Изобель. Я отчетливо слышал, как она скрипнула зубами, но больше от нее не последовало никакой реакции. Она знала, что это было не ее дело.
Взгляд Камрин устремился вдаль.
– Итак, предполагается, что слепая женщина находится там? В замке Даннотар. – Она посмотрела на меня в упор. – Откуда такая уверенность?
– Мы видели это, – сказала Иззи. И при этом ответе Камрин едва заметно напряглась. Мы видели это. Наедине. Вместе. Кам сжала челюсти, но Иззи невозмутимо продолжила: – Послушайте, этот клан могущественен. Я хочу, чтобы каждый из вас знал, во что ввязывается, прежде чем мы отправимся туда.
Мой взгляд прошелся по кругу.
– Мы с Ти не осудим никого из вас, если вы сейчас уйдете, понимаете?
Силеас фыркнула.
– Ты думаешь, мы позволим вам действовать в одиночку?
– Sea ka zterak, Эмилль. – Хелена заплела свои отныне короткие волосы в косу. – Мы войдем туда вместе и выйдем тоже вместе.
– И никто из нас не умрет, – сказала Камрин. Она посмотрела на всех с грустной улыбкой. – Иначе я сверну вам всем шеи, понятно?
– Тебя это касается в первую очередь, – ответила Силеас с ухмылкой на лице.
– Я тоже пойду с вами, – сказала Дидре. Она впервые заговорила со мной после истории с Мерлином. Даже после того, как я предложил ей прийти сюда вместе с остальными, она только кивнула. Дидре убрала руку с дракона Иззи, которого только что гладила по шее, и осмотрела руины. – Я чувствую, как энергия проникает внутрь меня. Там что-то есть, и оно зовет меня.
– Тогда единогласно, – сказал Тираэль. – Мы отправляемся.
Все это время в его глазах что-то горело. Он выглядел как одержимый, почти жаждущий наконец штурмовать эти руины. Преисполненный решимости, Ти протянул Хелене руку. Она склонила голову, подарив ему такую теплую улыбку, что я покалыванием на своей коже почувствовал, как между ними возникла связь. Хелена переплела свои пальцы с пальцами Тираэля. Я пошел вперед, прямо рядом с ними, в то время как остальные последовали за нами. В небе сгущались серые тучи, заливая нагорье мрачным светом.
– Ты боишься? – услышал я тихий вопрос Тираэля. Эта фраза казалась настолько нетипичной для него, настолько неуместной, что я почти поверил, будто ослышался. Но Хелена выросла не с нами. Ее страхи никто не укрощал ударами кнута. Тем не менее она покачала головой.
– Нет. Я скорее… нервничаю. – Я искоса глянул на Хелену и увидел, что она слабо улыбнулась. – Я имею в виду, эти женщины – часть моей семьи, не так ли?
– Дальние родственники, – сказал Тираэль. – Очень, очень дальние, Хель.
– И это ничего не меняет, – добавил я. – Иметь одну и ту же кровь не означает автоматически принадлежать друг другу.
Чем ближе мы подходили к руинам, тем напряженнее становился Тираэль. Время от времени он запускал пальцы в волосы или шумно вздыхал. Когда я внезапно услышал позади себя хриплый возглас, он снова это сделал. Возглас принадлежал Изобель.
– Дидре! – выдохнула она. – Что с тобой?
Мы все обернулись. И когда я понял, что имела в виду Иззи, мой рот так и остался открытым. Нога Дидре… казалось, просто растворилась! Бедро стало прозрачным, как голограмма, сквозь которую можно было видеть окружающую среду. Силеас прижала одну руку ко рту, другой обхватила руку Дидре, будто ей нужно было убедиться, что она все еще там.
– Все в порядке. – Дидре сжала губы, прищурившись и осматривая свою ногу. Через несколько секунд ее состояние вернулось в норму. Девушка с облегчением выдохнула и выругалась. – В последнее время это происходит все чаще.
– А кто говорил, что мне померещилось? – спросил Тираэль.
– Что, простите? – Хелена переводила взгляд с Ти на Дидре и обратно. – Вы уже сталкивались с этим раньше и ничего не сделали?
– Все в порядке, – повторила Дидре, прежде чем Ти успел ответить. Преисполненная решимости, она обернула свое пальто вокруг тела и шагнула вперед. Пройдя несколько метров, Дидре бросила на нас сверкающий взгляд через плечо. – Вы идете дальше или нет?
– Кто ты? – спросил я с удивлением в голосе, а затем мы снова начали двигаться. – И что сделала с Дидре?
– Этот мир убил ее, – просто сказала она. – Хелена знает, о чем я говорю.
– Черт возьми, девочка. – Силеас тихо присвистнула. – Мне нравится твой огонь.