ра беря в руки вещи, чтобы разглядеть их. – Вы с Тираэлем дерзкие юнцы и, откровенно говоря, большую часть времени ведете себя чрезмерно глупо. Но даже вы не оказались бы покинуты всеми добрыми богами и не принялись бы искать Безграничную силу.
– Тем не менее это правда.
Баба Грир посмотрела на медный кувшин, в котором слабо тлела свеча. Она положила его обратно на туалетный столик Жислен. Внезапно пол завибрировал. Картина упала со стены, стекло разбилось.
Баба Грир нахмурилась.
– Подожди здесь. – Не сказав больше ни слова, она исчезла из комнаты.
Я сел в кресло с подголовником в углу, на красной коже которого уже было несколько трещин, и выполнил ее просьбу. Мозговые волны незнакомой женщины заставляли меня нервничать. Они были вялыми, в некотором смысле нормальными, но в то же время ненормальными. Что-то в этих движениях казалось неестественно искаженным. Как скрытая ошибка в уравнении, допущенная для того, чтобы никто никогда не заметил. Я продолжал продвигаться вперед, копаясь в отдельных нервных волокнах, но никакое воспоминание не позволяло мне проникнуть вглубь. Это было не только странно, но и чрезвычайно тревожно. Но, прежде чем я смог продолжить копаться в ее непостижимых мозгах, дверь снова открылась, и я отключился от головы незнакомки. Вошла Баба Грир, держа в руках…
– Ты это серьезно?
Она посмотрела на меня в упор.
– Чего?
– Я думал, ты пойдешь и посмотришь, что вызвало здесь такое землетрясение!
Она взмахнула свободной рукой в воздухе.
– В Тихом Ручье постоянно что-то происходит.
Я уставился на нее.
– Где ты ее взяла?
Баба Грир подняла мертвую ворону. Общипанное птичье тело болталось в воздухе.
– В моей кладовой.
– Почему в твоей кладовой вороны?
– Почему бы и нет? – Она пожала плечами, села на стул перед туалетным столиком и дернула животное за бедро. Лапа с хрустом оторвалась. Старуха достала палку из латунного ведра, стоявшего рядом с камином, наколола на нее мясо и начала жарить птицу в пламени.
– Итак. – Она повернула свою добычу. – Что за дела с этой девушкой на самом деле?
– Грир. – Я наклонился вперед. – Клянусь богиней Бригит: я говорю правду.
Старуха подняла взгляд. Он впился в мой, а затем она вытащила палку и вонзила остатки своих зубов в плоть вороны. Та была почти сырой.
– Давай начнем все сначала. Ты пытаешься меня убедить, что вы столкнулись с Ixod Veritas? – Она подняла седую бровь. – В Тихом Ручье?
Я кивнул. Она фыркнула. Кусочек вороны вылетел из ее рта на пол.
– Эти существа охраняют пути к древу Авалона. С чего бы им разгуливать по такому городу, как этот?
– Он не разгуливал здесь! – Я содрогнулся при мысли о том, как клещ исчез вместе с Корой в разбитом олене. – Старая карусель была узловым пунктом.
– Узловой пункт? – В тоне ее голоса нельзя было не услышать недоверия.
– Да.
– В карусели?
– Да.
Старуха посмотрела на меня. Затем она наклонилась, перекусила сухожилие и спросила:
– Кто его открыл?
– Что?
– Барьер. – Увидев мое растерянное выражение лица, она в считаные секунды схватила подсвечник с туалетного столика. Он полетел через комнату. Я был так сбит с толку, что только в последнюю секунду поднял руку и ловко отбросил его воздухом. Латунный кувшин упал на пол.
– Ты что, спятила? – Я уставился на нее. – Какого дьявола?
Баба Грир проигнорировала меня.
– Чем ты занимался на уроках истории в старших классах, Вудворд?
О, я точно помнил, чем занимался. Я регулярно обменивался взглядами с самыми красивыми и умными азлатскими девушками из иностранных кланов.
Заметив мою озорную ухмылку, Баба Бернетт закатила глаза.
– Узлы древа Авалона – это не садовые ворота! Только очень могущественные азлаты способны взломать магические алгоритмы.
Я насторожился.
Грир положила свою ороговевшую босую ногу на бедро и принялась царапать желтый ноготь на пальце ноги.
– Итак?
Я изо всех сил старался не отводить взгляда от ее лица.
– Я пришел слишком поздно и не знаю этого.
– Кто из вас был там?
– Тираэль, – быстро сказал я. Когда всплывало его имя, уже не было ничего невозможного. – И другие.
– Хелена тоже?
– Да.
Она прищурила глаза до узких щелочек.
– Ты что-то от меня скрываешь.
Я колебался. Голос Тираэля эхом отозвался у меня в голове. Расскажи ей все. Я доверял немногим людям, и уж точно не Бабе Грир, но Тираэль был моим самым близким другом. Он был мне как брат. Последний кусочек семьи, который у меня остался. Если он доверял этой старухе, то и я мог. Я скрестил руки и уставился на свои пальцы.
– Элин.
– Ах, вот и наше жаркое подоспело.
На моей челюсти дернулся мускул.
– Не говори так о моей дочери.
Грир обошла меня. Она бросила обглоданное бедрышко птицы на землю и теперь посвятила себя крылу.
– Я полагаю, Тираэль заслужил ответ Ixod Veritas?
– Да.
– Ну конечно. И он хотел знать, где можно отыскать Безграничную силу?
– Да.
Жир стекал с узких губ Грир.
– И это, должно быть, никого из вас не удивило?
– Отнюдь. – Я скрипнул зубами. – Всех нас. Но…
– Предположим, я тебе поверю. – Она вытерла свою столь же жирную руку о ночную рубашку с высоким воротом. – Предположим, вы действительно настолько утомлены жизнью, что отправились на поиски священного артефакта. Чего вы от меня хотите?
– Этот вопрос тебе следует задать Ти.
Ее взгляд блуждал по незнакомой женщине. Внезапно она бросила на пол свою обглоданную ворону, встала и неторопливо подошла к кровати.
– Что-то с ней не так.
Я кивнул.
– Я тоже это уже заметил. Ее мозг…
– Я чувствую сильную магию. – Грир скривила лицо. – Что-то глубокое.
– Ты думаешь, что Ixod Veritas сказал правду? Думаешь… ты думаешь, в ней дремлет Безграничная сила?
– Этим клещам суждено сказать правду, Вудворд. – Она колебалась. – Однако надо помнить о том, что они искажают ее. – Старуха посмотрела на меня в упор. – Кто стал его жертвой?
– Что?
– Кого забрал клещ, idiodoro!
– Не называй меня идиотом.
– Если он потерпел поражение, ему необходимо использовать чью-то жизнь, чтобы явить истину. Итак, кто?
Я колебался. Что было ошибкой, поскольку в следующую секунду мои пальцы искривились от боли. Нервы в подошве моей ноги горели, пульсировали и покалывали. Я резко втянул воздух.
– Я очень нетерпеливая азлатка. Говори, мальчик.
– Ко… – У меня сбилось дыхание. – Кораэль.
Внезапно боль исчезла. Глаза Бабы Грир расширились. Ее рука опустилась вниз.
– Что?
– Тираэль хочет вернуть ее. – Тяжело дыша, я поднялся с кресла. – С помощью Безграничной силы.
– Мой внук – дурак, если думает, что сможет заполучить в свои грязные руки самый могущественный артефакт азлатов! – Она фыркнула и указала на кровать. – Принесла ли эта девушка с собой еще какую-нибудь жертву?
Я молчал. Грир зарычала.
– Вудворд…
– Хелена.
Грир поменялась в лице. Это был один из немногих моментов, когда ее черты освободились от какой-либо резкости. Удивление и шок сменили печаль.
– Где она?
– В Круачейне.
– Что?
– Тираэль отдал ее Ваалу. В обмен на девушку.
– Что?
– Он…
Я прервался, когда дверь открылась. Узкое лицо с парой голубых, как океан, глаз заглянуло внутрь. Красно-рыжие волосы Изобель стали пепельно-седыми. Несколько шрамов украшали ее лицо. Она выглядела расстроенной и буквально ввалилась в комнату. Очень нетипичное поведение для Изобель.
– Простите. Я… – Она посмотрела на меня почти с отчаянием, на что я нахмурился.
– Все в порядке, Иззи?
– Это… я… – Она потерла лоб, покачала головой. Ее взгляд переместился на Бабу Бернетт. – Меня послала Эльсбет. Пожалуйста, пройдите в салон.
Грир прищелкнула языком.
– Скажи моей дочери, что все, чего она хочет, может подождать.
– Это не может. – Она машинально потерла грудь, из-за чего рубашка Иззи соскользнула. При виде ее обнаженной кожи под разорванным университетским топом что-то внутри меня дернулось. – Речь идет о Тираэле. Эльсбет сказала, что ты ей нужна.
– Что с ним? – Я оттолкнулся от стены и бросился вперед, но чья-то рука дернула меня назад. Когда я обернулся, увидел трезвую маску на лице Грир.
– Ты останешься здесь, Вудворд. Я позабочусь об этом.
– Но Ти…
– Кто-то должен остаться с девушкой. Охраняй ее.
Я неохотно поджал губы, но кивнул. Она была права. Тираэль приказал мне отправиться в это место. И, черт возьми, он же был самим Тираэлем. Этот парень выдержал бы даже заклинание Морриган. Держу пари.
Баба Грир пришла в движение. Ее босые ноги зашаркали по паркету. Проходя мимо Иззи, она шмыгнула носом.
– Тебе следует помыться, Андерсон. Твое тело воняет кровью.
При звуке щелчка замка на двери Изобель вздрогнула. Она посмотрела на меня почти нерешительно.
– Ну и?
– Что «и»?
– Ты в порядке?
– Конечно, я в порядке. – Пауза. – Но мне кажется, гораздо более важный вопрос, все ли в порядке с тобой?
– Да.
– Не ври.
Иззи выдохнула, посмотрела в сторону, прикусила нижнюю губу.
– Иззи?
– Это из-за мамы. – Она посмотрела на меня. Ее тонкие пальцы вцепились в подол рубашки. – Только что произошло странное нападение, и она была ранена. Рэйвен сейчас занимается ею, но рана выглядела действительно плохо. Я не знаю… – Изобель на мгновение зажмурила глаза. – У нас никогда не было хороших отношений друг с другом, но я не хочу, чтобы она оставляла нас. – В ее глазах застыли слезы. – В конце концов, она все еще моя мама, верно?
– Эй. – Я быстро подошел к ней и заключил в объятия. – Все будет хорошо, Рыжик. Твоя мать тверда, как сталь. – Я нежно погладил ее по волосам. – Фрида Андерсон не была бы Фридой Андерсон, если бы позволила темному себя убить.
– Это был не темный. – Она медленно отстранилась от меня. Глаза Изобель все еще были огромными, в них виднелись красные прожилки. – На нас напал какой-то демон.