Дочь вернулась домой. “Сделала лицо”. Извинилась. Хамские выходки прекратились. Вести стала себя показательно правильно. Попросила перечень своих обязанностей. Выполняет четко: готовит три раза в неделю ужин, по вторникам и пятницам на ней мытье посуды. Недавно я случайно увидела, что она читает ваш аккаунт!!! По ее лицу поняла, что ей не нравится то, что она читает. Потом, видимо, вы ее заблокировали (вы же предупреждаете всегда, что пишущих хейт “баните”). Однажды она попросила мой телефон, чтобы выйти на ваш аккаунт. Я отказала, аргументируя тем, что не хочу из-за нее оказаться у вас в “бане”.
И тут вдруг моя дочь задает вопрос:
– Мама, а если бы я тогда ушла и перекрыла все доступы к вам с папой, и перестала бы общаться, и выключила вас, ты бы реально меня считала потерянной или мертвой, как в той притче о блудном сыне?
Вопрос прозвучал неожиданно и как-то по-особенному: я уже несколько лет не слышала таких настоящих человеческих ноток в голосе дочки. Я почувствовала, как близко расположены слезные каналы у меня. Стараясь говорить спокойно, я задала ей встречный вопрос:
– А у меня был бы выбор?
Дочь помолчала. А потом продолжила:
– То есть ты бы не стала меня искать, выклянчивать прощение за все то, в чем я вас с папой обвиняла… Не стала бы?
– А был бы смысл? Такое мое поведение поменяло бы твое сердце?
– Нет, – согласилась дочка. – Мне нравилось вас во всем винить! Я верила всей этой чуши!!!
И тут дочка порывисто обняла меня, слезы у нас полились одновременно:
– Мама, и ты бы проходила Долину скорби… и папа бы проходил Долину скорби. И сейчас я вижу, как вам тяжело со мной.
– Нет, дочка, нам тяжело не с тобой, а от ожидания, какой твой выбор будет дальше. Потому что от этого зависит, ждет ли нас Долина скорби…
В общем, сейчас дочка перестала быть отличницей, потому что она стала отчаянной спорщицей со многими преподавателями в своем учебном заведении. Но мы с мужем рады. Почему-то именно теперь, когда у нее пошли тройки по некоторым практическим предметам, мы уверены, что из нее получится неплохой психолог…»
В истории Галины счастливый конец. К сожалению, не во всех семьях он бывает таким. Многим родителям приходится проходить Долину скорби, потому что не все «блудные дети» «приходят в себя», и не все переживают прекрасные метаморфозы «был мертв и ожил, был потерян и нашелся». Есть и такие, которые так всю жизнь и сидят «у свиного корыта», утопая в собственном превосходстве сепарированных детей с претензиями к родителям.
Родители, у которых ребенок «теряется», «умирает» или «блудит», вступают в Долину скорби. Переживание горя имеет свои законы, независимо от того, какую потерю перенес человек: потерю дома, смерть супруга или «блудного взрослого ребенка». Есть много теорий по переживанию горя, но все они сходятся в том, что у горевания есть свои этапы. Количество этапов может разниться от теории к теории, но суть не меняется.
Пока горе не пережито, пока все этапы не пройдены, человек не может продолжать жить полноценно.
Разберем эти этапы в Долине скорби родителей по «блудным» детям.
Этап первый. ОТРИЦАНИЕ.
Существует три разновидности этого этапа.
1. Родители могут отрицать случившееся.
«Да нет же! Не может быть, чтобы мой мальчик, всегда такой внимательный и любящий, отказался приехать к папе на юбилей! Это, наверное, его жена подговорила, которая только и делает, что твердит про сепарацию!»
«Дочь просто в поиске, она много работает, ей плохо из-за развода, она не хочет нас расстраивать, поэтому не звонит, не приходит, в больнице маму не навестила после операции…»
Оправдание блудных детей или попытки логически объяснить их поведение обстоятельствами или чьим-то влиянием – занятие тупиковое и лукавое. Демонстративный игнор традиций, которые в вашей семье являются проявлением любви и внимания к родным людям, – это сознательный выбор выросшего ребенка «умереть для родителей» или «потеряться, дабы родные не нашли». При этом не важно, чем этот выбор мотивирован: настроением жены/мужа, посещением специалиста по «детским травмам» или нежеланием тратить свое время на «условности».
2. Родители ищут какую-то разумную сделку.
«Раз для дочери / сына так важно, чтобы мы повинились в своей «токсичности» / в том, что недодали любви/что в детстве несправедливо наказывали / пренебрегали тонкой душой ребенка… – ну что ж, сделаем это ради отношений и всеобщего благополучия.
Будем послушными детям и станем делать то, что они определяют как «можно»: говорить будем только то, что можно, ходить только там, где можно, играть только в то, что можно, надевать только то, что можно, а давать деньги будем столько, сколько просят…»
Сделка тут имеет характер открывающегося ящика Пандоры: стоит согласиться на один свой «прокол», вам напомнят еще сотни; стоит пойти на одну уступку, на вас польются тысячи других претензий и требований.
Столы переговоров в этом случае не работают. Хотя есть такое мнение, что надо найти специалиста, который поможет «договориться» обеим сторонам.
Дело в том, что стол переговоров предполагает разговор людей с равным статусом. Но родителей и детей уравнять в статусности невозможно.
Как неэффективно, например, проводить стол переговоров между учителем и учеником, руководителем и служащим, наставником и наставляемым. Любителям «демократических отношений» в семье скажу, что и в самом демократическом обществе есть статусность отношений и разделение ответственности в соответствии с задачами и целями на каждый определенный период.
Отношения с родителями – это выбор настроя на отношения.
Как правило, родители настроены на отношения со своими детьми. В подавляющем большинстве случаев, разговаривая с родителями «блудных детей», я это вижу.
Что же касается «блудных детей» – они, как правило, настроены не на отношения, а на претензии:
• вы мне больше не родители просто потому, что я уже вырос;
• вы мне должны подчиняться, иначе не увидите ни меня, ни внуков;
• вы передо мной виноваты, поэтому нет такой меры вашей вины, которую бы я соизволил простить;
• ваш настрой наладить отношения со мной я воспринимаю как нарушение моих границ и угрозу процессу сепарации;
• я вам ничего не должен, а вы мне должны просто по факту: «Я не просил себя рожать».
Сейчас очень модна тема: «Я не просил меня рожать, вы меня родили, так как вам это приспичило, вот и удовлетворяйте меня теперь!»
Нет ничего нового под солнцем. 3000 лет назад пророк Исайя обличал таковых: «Горе тому, кто препирается с Создателем своим, черепок из черепков! Горе тому, кто говорит отцу: “Зачем ты произвел меня на свет?” – и матери: “Зачем ты родила меня?”» [4].
Порочное отношение и претензии к родителям и Богу за жизнь – приносят горе. Таким образом живущие навлекают горе на себя и на детей своих. Кстати, именно таковые являются частью движения childfree – они исходят из страха, обид и разочарования.
Обращаюсь к таковым взрослым детям: срочно спрыгивайте с иглы претензий и разочарований, на которую вас подсадили псевдоспециалисты, раскапывающие «псевдотравмы» или «псевдонасилие» в родительском доме!
Обращаюсь к родителям: переставайте кормить своих детей чушью по типу:
«Я родила тебя для собственной радости, которую ты принес!»
«Ты – мое счастье и мне ничего не должен!»
Дети – не хомячки или песики, которых вы заводите для удовольствия или комфорта.
Дети – не ваше произведение.
Жизнь – в руках Творца, а ее зарождение – не просто биологическое слияние двух клеток.
3. Родители отрицают значимость потери.
Они живут, претендуя на то, что их такое поведение ребенка не касается. Они погружаются с головой в работу, в отношения с друзьями, с другими детьми (если есть другие дети), практикуют какие-то новые старты в жизни, иногда начинают «заливать горе» каким-то видом зависимости: сериал, алкоголь, гаджеты…
Эти «отвлекаловки» действуют как анальгетик, чтобы нивелировать душевную боль. Но анальгетик не лечит. Анальгетик притупляет страдания, в то время как процессы душевного разложения продолжаются и выстреливают либо в депрессию, либо в психосоматику (открываются болезни и наступает пора множественности диагнозов).
Застряв на этом этапе, вместо того чтобы достойно пройти Долину скорби, родители предпочитают топтаться в самом ее начале, доказывая себе и окружающим, что никуда двигаться не стоит, «все и так хорошо», и вот сейчас пройдет время, все устаканится и нормализуется САМО.
Самообман. Из всех этапов Долины этот первый этап ОТРИЦАНИЯ – самый легкий в начале, когда рана от страшного выбора выросшего ребенка поразила родителей. Но если притворяться, что раны нет, не признавать ее существования, она начинает гноиться, и последствия дают о себе знать.
Беда, когда мама/папа застревают на самом первом этапе Долины скорби.
Порой родители сидят на отрицании годами:
• пробиваются сквозь стену отчуждения, ненависти, злобы, претензий, выстроенную блудным ребенком;
• закрывают глаза на очевидное: этот ребенок тебя выключил из своей жизни, он предпочел «травмы», обиды и амбиции, а не отношения с тобой; ты здесь ничего не поделаешь.
Чем быстрее родители преодолевают стадию отрицания, тем быстрее у них появляется шанс восстановиться.
Важно признать:
• то, что происходит, чудовищно больно;
• эту травму не вылечит тот, кто ее целенаправленно причиняет, просить его об этом глупо;
• лечение травмы и мое восстановление – моя ответственность;
• эта страшная катастрофа произошла, и, к сожалению, она универсальна.
Этап второй. ГНЕВ, направленный НА СЕБЯ.
Бывает, что этот этап перехлестывается с первым, начинаясь там, а потом имеет свое продолжение в чистом виде. Есть два основных поприща на этом этапе Долины скорби.