Помню, как радовалась приезду в нашу 18-метровую комнату моей второй бабули, папиной мамы, из Мордовии погостить; помню, как приезжала в гости мамина родная сестра, тетя Майя с мужем и двумя детьми, – и мы все умещались! И было весело!
«Но вы не знаете мою маму! Она не любит моего мужа и вечно на него наговаривает!»
«Но моя свекровь меня терпеть не может, я и не хожу к ней, и детей не вожу, иногда даю им погулять вместе!»
Когда слышу нечто подобное, да еще под приправой слова «токсичный», мой ответ: если вы говорите, что любите своих детей, то ради них сделайте так, чтобы дом ваших родителей и других родственников стал тем самым «холодильником». Не просто «разрешайте погулять» или «приходите, но будете под моим присмотром»: ведь «все бабушки туповаты/токсичны/неумелы в воспитании детей».
Дом ваших родных станет тем самым холодильником, если ребенок там находится БЕЗ ВАС. Живет бабушка/дедушка далеко, но ребенок там гостит хотя бы несколько недель в году – это уже «холодильник». Оставляете хотя бы раз в месяц у родных людей ночевать (без вас!) – тоже «холодильник».
Самая лучшая социализация детей проходит именно в разных семейных структурах, где свои правила, устои, традиции, и ребенок знает, что, несмотря на разницу с родительским домом, в этом доме его тоже любят; при этом и ребенок учится везде любить и быть своим.
Иногда слышу: «А моя мама не любит, когда мы к ним с папой приезжаем!»
От вас зависит – стать желанными гостями. Если вы приходите с претензиями «открывайте шире двери, мы голодные, как звери!», делаете родителям замечания по поводу того, что ребенку можно, а что нельзя говорить/делать/есть/пить, если вы постоянно поправляете и поучаете их в их же доме – понятно, кто же таким гостям рад?!
Начните исправление своих косяков с малого:
«Мам, звоню, чтобы спросить: мы вечерком будем в вашем районе; заедем к вам на 15 минут? Просто обнять и поцеловать, и поедем дальше?»
Если получаете в этот день утвердительный ответ, приезжаете с любимыми мамиными роллами, любимым папиным квасом и одноразовой посудой. После объятий и поцелуев быстро все ставите на стол, вместе трапезничаете, ровно через 15 минут говорите: «Все! Мы поехали!» Обязательно соберите весь мусор со стола, проведя операцию «Нас здесь не было». Даже если родители скажут: «Ну чего вы так быстро уходите?!», отвечаете: «Мы же говорили, что на 15 минут, но мы опять заедем, правда, дети?! Целуйте бабулю с дедулей!»
На следующей неделе – то же самое, но 40 минут…
Смею вас уверить, что через некоторое время, когда вы спросите, возможно ли оставить у них детей на два часика, чтобы вы съездили «по делам», вам не откажут: во‑первых, вы создаете впечатление ответственных людей, во‑вторых, дети поняли «можно/нельзя» в их семейной структуре.
В моей практике несколько десятков случаев, когда неврастения, а также истерические и фобические неврозы у детей сходили на нет после того, как родители обеспечивали своим детям «холодильники» – восстанавливали отношения с родными людьми.
Часто встречающийся вопрос: входят ли друзья в «холодильники?»
Только если вы с ними живете в режиме коммунальной квартиры, и то до пяти-шестилетнего возраста. Друзья не имеют тех полномочий, которые имеют родные люди в критические моменты жизни ребенка.
Преимущество расширенной семьи: если вдруг появляются факторы риска: признаки абьюза, измена, зависимое поведение, проблемы со здоровьем – именно расширенная семья является базовой и эффективной группой поддержки.
В своей практике, когда я провожу семейную терапию или консультирование по вышеупомянутым кризисным состояниям в семье, моя задача – перво-наперво определиться с семейными связями.
Чем больше качественно выстроенных родственных связей, тем больше шансов у семьи преодолеть данные кризисы.
История из жизни одного внука-подростка, его родителей и дедушки с бабушкой:
– …У внука сложный период. Я считаю, что дочка с зятем слишком строги к нему. Но парню же всего 14! А им-то – под 40! Кто старше, тот и должен быть умнее, мудрее, терпимее. А там – вплоть до того дошло, что его из дома выгнали. Он к нам пришел, плачет.
– Дочке позвонили? Спросили, что произошло?
– Звонила. Но не спросила. Чего ж спрашивать-то? Разве это дело – ребенка выгонять на улицу? Так и сказала дочке, а она мне заявила, что лучше с папой – то есть с мужем моим – поговорит. Что я внука настраиваю против. Что он и школу прогуливает, и покуривать начал, и дома отвратительно себя ведет, а я, видите ли, все на стороне внука. А на чьей же мне стороне быть?!
– Ваш муж в курсе, что там происходит?
– Муж в курсе. Оказывается, внук зятя нашего послал… Ну, вы понимаете, матом послал, когда они обедали, внук что-то дочке такое сказал грубое, а зять за нее вступился, так вот внук и послал… Тогда зять потребовал уйти из-за стола, внук отказался, заявив, что не имеют права выгонять, что он на них заявление напишет в специальные органы. Зять взял его за грудки, выставил за дверь… Ну разве ж можно руки распускать?
– Так внук ваш всем своим поведением умолял папу: «Папа, распусти, пожалуйста, руки! Мне ж тошно в своем хамстве!» Вот ваш зять из большой любви к сыну сделал, что тот так усиленно выпрашивал!
– Вы шутите?
– Нисколько.
– Но чему он учит ребенка таким своим поведением?!
– Очень многому. Во-первых, тому, что значит быть мужчиной: настоящий мужчина всегда защитит свою любимую женщину. Во-вторых, тому, что значит быть сыном: если ты – сын, то веди себя как сын, а не как хамоватый квартиросъемщик (который еще и за постой не платит).
– Да ведь зять еще и сказал внуку: вместе идем в органы, которыми ты мне грозишь, и я сам заявление напишу, чтобы тебя определили в интернат! Это ж надо – отказывается от ребенка!
– Ваш зять вполне здраво себя ведет. До 18 лет по закону человек не может жить сам по себе. У него должны быть опекуны, которые отвечают за то, чтобы ребенок был сыт, обут, одет, получил образование, вел социально приемлемый образ жизни. Естественно, предполагается, что это – родители. Но если родители не справляются, то на себя это берут казенные учреждения.
– Да вы что?! Ребенка в сироты определять?!
– Если этот хамоватый подросток считает, что казенная койка и тумбочка – более комфортный вариант, нежели родительская семья, то любящий и здравомыслящий отец предоставляет ему такой шанс – ради того, чтобы хамство было пресечено (раз ваш внук выключил отца из авторитетных опекунов, да еще и озвучил свое желание «включить» компетентные органы, то, как говорится, флаг ему в руки!).
– Вот уж не думала, что вы мне так скажете!
– К сожалению, волшебной таблетки для усмирения внука у меня нет. А может быть, это и к счастью. Потому что таблетка имеет временное действие. А вот если внук придет в себя, тогда есть шанс на пожизненную ремиссию. Тем более ему отец конкретно сказал: раскаешься – назад примем.
– А мне что делать?
– Что вам муж говорит?
– Он занял сторону зятя и дочери. Внук на него обижается, тоже пробовал хамить, но у меня муж: «Цыц!», и тот прижух… Но мне его так жалко.
– И от вас требуется не жалость, а «Цыц! Не смей обижать мою дочь! Не смей поносить свою мать! Не смей идти против отца!»
Силу расширенной семьи невозможно переоценить. Особенно сейчас, когда так много «чуши» детоцентризма по поводу того, например, что:
• «Для подростка игнорить родителей и ненавидеть их – норма»;
• «Подросткам трудно, поэтому они и хамят»;
• «Подросток не в состоянии отслеживать свое состояние»;
• «Подросток – отражение того, что творится в его семье».
Это неправда, что подросток не может справляться с эмоциями.
Это неправда, что все плохое в его жизни – из-за родителей.
Это неправда, что методы правильного воспитания только «нежные и пушистые».
Далеко не все подростки такие «нормальные».
Именно семья призвана научить подростка самоконтролю и самодисциплине через контроль и дисциплину.
Чем больше родных людей будет здесь на одной волне, тем лучше для взрослеющего человека.
Дети безобразно ведут себя, потому что им это позволяют, а не потому, что им трудно.
Пубертат был всегда, многие тысячелетия существования человечества; только в последнее время с подачи чушетрансляторов стали вводить в абсолют «тонкую душу в пубертате» и «право быть собой» – то есть карт-бланш на неадекватные эмоции и открытое неповиновение под соусом «воспитания свободной личности». При этом путается свобода и вседозволенность.
Когда вся расширенная семья консолидируется на семейных ценностях заботы, субординации детей и родителей, одной жизни на двоих у супругов и уважении к родителям и прародителям, тогда дети имеют больше шансов не оказаться в ситуации риска.
Более 30 лет назад, в самом начале нашей с мужем деятельности по оказанию психологической помощи семьям, мы приготовили семинар под названием СОСТ – «Семинар, Ориентированный на Свекровей и Тещ». Его основной посыл: как отпустить своих детей?
Этот семинар оказался очень динамичным по своему преображению и охвату разных аспектов данного феномена.
Изначально он включал в себя аспект отпускания взрослых детей. Мы выстроили первую тему по этому вопросу на основе консультаций молодых семей, которые испытывали, по их словам, «прилипчивость» родителей, где мы пытались донести до родителей важность «разумного эгоизма»: родителям надо отпустить взрослых детей, чтобы они сумели создать монолитные семьи, которые смогут потом в должной мере оказать почет и уважение родителям.
Проведя несколько семинаров с таким посылом и после многочисленных консультаций на эту тему, мы осознали, что необходимо не менее детально разбирать аспект «отпускания» тех взрослых детей, которые не хотят «отпускаться», но предпочитают паразитировать на родителях, а родители не сразу осознают чудовищность этой ловушки, в которую их затаскивают повзрослевшие детишки, притащив в их дом своих «вторых половинок» и превратив родителей в «козлов отпущения», виноватых в их незаладившейся семейной жизни.