– Нет, это ты добра ко всем окружающим! Но ты должна понять, что не можешь нести ответственность за все негативное в нашем мире, за все, что происходит вокруг.
– Обними меня еще… – попросила Яна и сама с удовольствием прижалась к груди Эрика. – Всю жизнь меня обвиняют, что я лезу не в свое дело…
– Я не буду ни в чем тебя обвинять, буду только любить. Хочешь?
– Эрик, ты искуситель! Ну, который змей. Что же делать с Генкой?
– Ему мы уже не поможем. И выяснить, кто на него напал и зачем, тоже не сможем… В масках, молча, без свидетелей и зацепок… Да кто угодно! Я понимаю Леонардо: легче всего списать на мафию, причем русскую.
Яна оторвалась от его широкой груди.
– Так-то оно так… Послушай, а ведь мы не знаем, чем Гена еще занимался, чем жил помимо своей медицины, есть ли у него семья… Кто им сообщит? Ты поможешь организовать переправку тела Гены в Чехию?
– Конечно, Яна, – кивнул Эрик.
– А я позвоню Карлу и… – Яна запнулась. – Ну вот что я ему скажу? Какой ужас! Мол, по моей просьбе ты прислал человека, а теперь забери его обратно? Только маленькое уточнение – в цинковом гробу. Мол, неувязочка тут вышла. Вез старушку на обследование и погиб. Почему? Не знаю. Может, пришлешь кого-нибудь другого? Шутка! – с надрывом произнесла Яна.
– Кася больше ни на какие обследования не согласится, – заметил Эрик.
– И правильно сделает! Все, я возьму себя в руки и отстану от Кассандры и забуду обо всем, что мне кажется. Ты заберешь меня отсюда? – Яна посмотрела на него глазами, полными мольбы, и снова уткнулась носом в плечо. Ей как сильной женщине очень часто хотелось получить от кого-то помощь, хотя, будем уж до конца честны, помощь и поддержка нужны именно от сильного мужчины. Эрик производил впечатление именно такого мужчины, он был спокоен и внушал полное доверие.
– Конечно, заберу, – обнял ее Эрик.
– Я так и не поздравила радушного хозяина красивого замка с днем рождения, – сказала Яна.
– Так ты Густава даже и не видела? Сейчас поедем туда, и у тебя будет возможность реабилитироваться.
Глава 15
Густав превзошел все Янины ожидания. В смысле, совсем не таким она его себе представляла. Высокого роста, с большим животом, длинными руками и ногами, с огромной головой, которую украшали густые волосы до плеч. Лицо его с толстыми щеками даже в спокойном состоянии было красным, а голос зычным.
«Он ведет себя, словно павлин, привлекая всеобщее внимание длинными волосами, манерами, громким голосом, а затем осматривает окружающих на предмет того, какое произвел на них впечатление», – подумала Яна, отметив, что ей такие люди не нравятся и никогда не нравились.
– Яночка? Вот вы какая! Наша ночная фея! Моя незнакомка! Столько слышал о вас и не имел чести видеть! – Густав именно такими словами приветствовал Яну, раскинув руки, словно собирался заключить ее в объятия.
Яна даже отстранилась от него слегка, на всякий случай, так как вовсе не разделяла его радости.
– Да, – продолжал осматривать ее Густав, – такая девушка вполне могла вскружить голову кому угодно. Даже наш рыцарь с холодным сердцем не устоял. Ха-ха-ха!
«Сам шучу, сам смеюсь», – оценила про себя его юмор Яна с наклеенной, дежурной улыбкой на лице.
Рукопожатие Густава было каким-то размазанным и потным, отчего Яну тоже передернуло, но она опять сдержалась, теперь уже ради Эрика.
В замке Яна заметила молодых, снующих в разные стороны девушек в одеждах, до боли ей знакомых. В ее собственных, которые она в огромных сумках привезла с собой. Убедившись, что ей не кажется, Яна спросила с такой же милой улыбкой:
– Извините, Густав, а почему вся прислуга в доме ходит в моей одежде?
У хозяина половины замка на все был один ответ, а именно – здоровый, веселый смех.
– Так это ваша одежда, дорогуша моя? А мы-то переполошились, что за куча барах… вещей? Хозяйка среди гостей – мы спрашивали! – не нашлась, и мои помощницы все растащили. Не вешай нос, детка! Я все компенсирую.
– Не беспокойтесь, я не нуждаюсь в компенсации, – кисло улыбнулась Яна.
– А сейчас прошу к столу! Со вчерашнего дня осталось очень много объедков! – громко расхохотался Густав, видимо посчитав, что очень умен и, главное, остроумен.
За обедом (была подана действительно очень хорошая еда) Густав все время пялился на Яну и отпускал глупые шутки. Девушка многозначительно посматривала на Эрика и понимала, что ему стыдно за Густава. Молодой человек буквально не знал, куда ему деться.
– Спасибо, – прошептал он Яне, когда Густав отвлекся.
– За что?
– Сама знаешь… Густав все время ставит тебя в неудобное положение, а ты терпишь. Я не очень с ним близок, но сегодня он превзошел сам себя… Но не со зла, честное слово!
– Да все нормально, не переживай! Ради твоих прекрасных глаз я и не такое стерплю, – ответила она беззаботно, не зная, что вызовет в нем очень бурную реакцию.
– А если мы сейчас поднимемся наверх? – спросил он, прожигая ее глазами.
– Зачем? – отправила она в рот кусочек курицы в ананасово-лаймовом соусе.
– Я там объясню, – сказал он таким голосом, что у Яны мороз по коже пробежал.
– А ты быстрый…
– Темпераментный, – поправил он.
– О чем шепчутся влюбленные? – прервал их разговор Густав. Цвет его лица уже внушал Яне опасения, хотя было неудивительно, почему он такой, – мужчина опустошил уже полграфина красного вина. А графин-то был литра на два, не меньше!
– Влюбленные могут шептаться только о любви, – ответила Яна, готовая переключиться на кого угодно и на что угодно, лишь бы не смотреть больше во всепоглощающие глаза Эрика.
– А ночку-то провела с Леоном… Ну да, он мужик хоть куда! – снова «удачно» пошутил Густав, отчего даже у Эрика поубавился сексуальный пыл.
– Густав, ты слишком увлекся вином, – сухо заметил молодой человек.
– Ревнуешь? Ладно, не думай ничего плохого! Я, конечно, произвожу неизгладимое впечатление на женщин, но твою подружку соблазнять не буду! – И снова раздался идиотский хохот.
У Эрика даже уши покраснели, а Яна, наоборот, чувствовала себя очень спокойно и уверенно. Уж с кем с кем, а с идиотами она за свою жизнь наобщалась предостаточно. Ее даже убить хотел не чужой человек, а ее второй муж.
В конце обеда Густав несколько угомонился и, умоляюще смотря на Эрика, попросил:
– Дружище, ты не мог бы поговорить со мной с глазу на глаз?
– В любое удобное для тебя время, – откликнулся Эрик.
– После обеда в моем кабинете? – Густав вдруг стал серьезным.
– Хорошо.
– Но только с глазу на глаз! – повторил Густав, чем и подписал себе приговор: Яна сразу поняла, что безумно хочет знать, о чем мужчины будут говорить. И она найдет способ узнать то, что ее интересует.
Сказано – сделано. После обеда Яна изобразила, будто собирается прогуляться по парку, а сама, узнав у одной из служанок, где находится кабинет хозяина, последовала туда. И, приложив свое любопытное ухо к замочной скважине, услышала:
– Дорогой мой друг Эрик, ты думаешь, почему я все время шучу и наливаюсь спиртным? – спросил Густав.
– Не знаю, но думаю, что не от хорошей жизни.
– Правильно! Я очень волнуюсь. Да что там говорить – я боюсь!
– Боишься?
– Да, да, смертельно боюсь! В последнее время со мной явно что-то происходит, мне все время кажется, что меня хотят убить… Эрик, не смотри на меня так! Я знаю все твои заслуги перед отечеством, и ордена ты получил не зря. Не все такие крепкие личности, как ты! А я трус. Да, да, элементарный трус. И к тому же психопат. Потому что постоянно боюсь, что меня отравят, или задушат во сне подушкой, или скинут с балкона, или… В общем, я прямо параноиком стал…
– На то есть причины? – проявил здравомыслие Эрик.
– Мне кажется…
– Понятно… Что ты хочешь от меня? Если нет реальной угрозы…
– Эрик, я знаю, что этот демон Леон ненавидит меня и мечтает сжить со свету. Наверняка он навел на меня порчу! Ну конечно, истинный князь, а я, мол, никто, садовник… Если бы не документ, что князь в здравом уме и твердой памяти завещал замок, я бы сюда на пушечный выстрел не приблизился. Вот этот документ, и я хочу, чтобы он хранился у тебя. Доверяю только тебе, знаю, что ты не прочтешь, не продашь, не допустишь, чтобы он оказался в ненужных руках. Пусть он будет у тебя! А то мне кажется, будто кто-то шпионит в моем кабинете и что-то ищет. Я не ошибаюсь. Вещи, оставленные мною, вчера лежали не так, как я их застал сегодня. А ведь если тот, кто здесь роется, найдет этот документ, то мне хана!
– Не волнуйся так! – Голос Эрика звучал спокойно. – Я возьму документ себе и буду хранить его. И верну тебе по первому требованию. Хочешь заключить какое-нибудь соглашение у нотариуса?
– Эрик, как ты можешь? Я полностью тебе доверяю! – вскричал Густав.
– Даже несмотря на то, что мой брат начал битву за наследство? – уточнил Эрик с долей иронии в голосе.
– Ты – не Рауль, и я всегда отдавал себе в этом отчет.
Далее их разговор стал носить отстраненный характер, да и у Яны уже затекла спина и заболело ухо, которое она вдавливала в замочную скважину. Ничего сверхъестественного она не услышала, а вот то, что Густав боится за свою жизнь, ее заинтересовало.
«И ведь он прав. Если хозяин этой половины замка продолжит отпускать свои плоские шуточки, я буду первая в очереди, чтобы прихлопнуть его», – усмехнулась она и задумалась.
Она вспомнила о том, что обещала Леону привести в порядок могилу его дочери, и прямиком припустила к тому месту, где вчера наткнулась на странное захоронение. По примятым цветам на холмике Яна поняла, что отец еще не приходил сюда. Она обошла вокруг и с видом ландшафтного дизайнера выкопала самые красивые лесные цветочки. Затем опустилась на колени у могильного холмика и стала украшать его как могла: выкапывала старые, полностью испорченные, цветы и сажала новые. Однако странная ситуация – она одна в чудесном парке с великолепным видом на озеро, у могилы абсолютно незнакомой ей девушки… Было в этом что-то мистическое и таинственное, но, пожалуй, никогда еще Яне не думалось лучше и чище, чем сейчас – за высаживанием цветов на могиле. Ведь даже грусть не мешала ей, так как Яна не могла сильно убиваться по Марии, хотя чисто по-человечески ее, конечно, было и жалко. Такой судьбы госпожа Цветкова не пожелала бы никому.