Но он набирался храбрости, сначала отрабатывая умение на кожуре грейпфрута, и только потом решился сделать татуировку на себе самом.
Первым появилось пламя. Хотя его язычок был совсем маленьким, он провозился с ним больше часа.
Следом настала очередь пружин у него на ступнях, и вот это было реально больно. Но он стиснул зубы и выдержал это, а в первый же раз, подпрыгнув и взлетев в воздух на высоту двух этажей, понял, что дело того стоило.
Только после успешной проверки пружин ему в голову пришла мысль о Страже. Его вдохновил на это вымышленный персонаж, которого он придумал в одиннадцать лет, когда еще мечтал, что будет зарабатывать на жизнь, рисуя комиксы. Тогда это было для него интереснее, чем Отступники. Он создал целых три выпуска комикса, назвал его «Мятежник Z» и никогда никому не показывал. В этой истории двадцать шесть бездомных детей были похищены и стали жертвой научных экспериментов безумца. Двадцать пять из них погибли в результате опытов, но последний мальчик, известный просто как Z, превратился в супергероя, нашпигованного массой поразительных сверхспособностей. Во втором выпуске он обзавелся армированным костюмом. В третьем – начал именовать себя Стражем. Он был обуян неутолимой жаждой мести безумцу и его приспешникам, уничтожившим невинных детей.
После этого история Адриану наскучила, и он перестал рисовать комикс. Он так и не дал Z осуществить возмездие, но впоследствии снова и снова возвращался в мыслях к этому персонажу, даже много лет спустя. Мститель с благородной целью, «второе я» и неукротимая сила. Супергерой во всех смыслах этого слова.
Когда ему пришла в голову идея с татуировкой-молнией, искушение было слишком велико. При этом Адриан и не думал о нарушении кодекса чести Отступников. По большому счету он готов был рассказать приемным родителям и друзьям о Страже, убедившись, что у него все получилось. Он собирался раскрыть все после праздника.
Но потом все случилось. Была ранена Данна. Кошмар улизнула. И ему вдруг очень захотелось до поры до времени подержать свою тайную личность, ну… в тайне.
Так будет не всегда. Он убедится, что может полностью контролировать все сверхспособности Стража, и тогда раскроет карты. А может, дождаться, когда он сумеет найти и задержать Кошмар. Или когда он раскроет, какая связь между ней и убийцей его матери, и отдаст их обоих в руки правосудия.
Прямо как мятежник Z – когда миссия будет выполнена, он сможет разоблачить себя. А до тех пор Стражу есть чем заняться.
Адриан разложил инструменты, налил в блюдце черных чернил и зажег свечу. Снова протерев кожу ватой, смоченной в спирте, отчего синий рисунок на коже слегка побледнел, а потом промокнул насухо чистым полотенцем.
Наконец, он стерилизовал иглу (обычнейшую иголку, которую он нашел в завалявшейся на кухне коробке со швейными принадлежностями), несколько раз проведя ею над пламенем свечи.
Адриан согнул руку, окунул иглу в чернила и приступил к работе.
Первый укол всегда самый болезненный. В этот миг он каждый раз спрашивал себя, не зря ли все это затеял.
Но с каждым разом сомнения улетучивались все быстрей.
Скоро он вошел в размеренный ритм. Согнувшись над столом, глядел, как пальцы снуют над голубыми линиями. Иглу воткнул, иглу вытащил. Только изредка пауза, чтобы стереть капельки крови чистой тряпицей. Тысяча крохотных проколов появлялись в его теле, пока секунды и минуты превращались в часы. В какой-то момент над головой раздался характерный скрип половиц, оповещая, что кто-то ходит наверху по кухне, но Адриан не отвлекся. Папаши никогда не тревожили его, если он спускался к себе, да и вообще, они наверняка уверены, что он еще спит.
Закончив, Адриан отложил иглу, с наслаждением размял шею и, вытянув руку, с удовольствием оглядел работу. Воспаленная, блестящая и, главное, несмываемая.
Он сложил все обратно в ящик стола, а сам поднялся в ванную на первом этаже, чтобы умыться и наложить повязку. Едва успев закончить перевязку и натянуть рубашку с длинным рукавом, он услышал, что его зовет Саймон.
– Что? – спросил он, входя в кухню.
Саймон склонился над сковородой, на которой шипел и полоски бекона, а Хью тем временем просматривал почту, грудой наваленную на барной стойке.
– Я вроде услышал, что ты проснулся, – сказал Саймон, кивая на блюдо с кусками дыни, клубникой и горячими лепешками. – Садись, поешь.
Адриан удивленно воззрился на блюдо.
– Ты серьезно?
– Серьезно, – отозвался Саймон, ясно глядя ему в глаза, и Адриан понял: ему просто немного неловко. – Мы начинаем новую семейную традицию. Завтракать вместе раз в неделю. Хватай себе бекон и садись.
Подавив улыбку, Адриан последовал совету. И пары месяцев не проходило, как Хью с Саймоном затевали очередную новую семейную традицию. Чего только не было за эти годы, от настольных игр по пятницам до воскресных пикников в парке. Была и физзарядка, точнее утренний бег в шесть утра – эта традиция длилась ровно один день. Адриан знал – так они стараются. Как будто до сих пор сомневаются, что за столько лет они трое стали семьей.
Адриан, который любил своих приемных отцов, которые не раздумывая взяли его к себе, когда погибла мама, взял четыре ломтика бекона и подсел к барной стойке.
– А свежевыжатый апельсиновый сок вписывается в эту новую семейную традицию?
– Не испытывай удачу, – проворчал Саймон, накладывая еды себе в тарелку.
– Так, – заговорил Хью, кидая в мусорное ведро пачку рекламных объявлений. Совет со дня на день собирался начать программу по вторичной переработке мусора, но этому, как и многим другим их инициативам, было еще слишком далеко до реализации. – Ждешь не дождешься проверить новичка в работе?
Адриан растерянно моргнул. Он так сосредоточился на татуировке, что почти забыл про Нову Маклейн.
Почти.
Ага, – откликнулся он, ломая лепешку и намазывая ее маслом. – Мы все ужасно рады были ее заполучить.
Саймон покачал головой.
– Когда она выбрала бой с Горгульей, я решил, что девчонка сошла с ума. Но то, как она с ним справилась, меня впечатлило. Нам нужны такие изобретательные ребята, которые быстро соображают во время столкновения.
Адриан чуть усмехнулся, услышав словечко столкновение. Надо же, его родители разговаривают так, что больше похожи на шефов полиции, чем на супергероев – он и не заметил, когда это произошло.
– Надеюсь, у вас все сложится, – сказал Хью, вскрывая конверт. – Личная симпатия между членами отряда очень важна. А вы, кажется, неплохо ладите. Будем надеяться, что и она впишется в команду.
– Но если нет, – подхватил Саймон, – мы ей подберем местечко. Ты сделал хороший выбор, Адриан. Не знаю, что тебя к нему подтолкнуло, но думаю, что ни у кого больше не осталось сомнений, достойна ли она быть Отступником, после такого шоу.
Протянув руку, он отодвинул пачку корреспонденции в сторону и поставил на стойку тарелку.
– Хью. Это тебе. Ешь.
Хью удивленно поднял глаза, потом подцепил полоску бекона и откусил сразу половину.
– Чисто из любопытства, – снова заговорил Саймон, намазывая лепешку для себя, – Что тебя заставило ее выбрать? Мне не казалось, что твоя команду ищет пополнения.
Адриан набил полный рот и тут же понял, что тем самым он неосознанно дал себе шанс потянуть время и обдумать ответ. Отхлебнув глоток давно остывшего кофе, он пожал плечами.
– Интуиция, наверное.
– Интуиция, – повторил Хью, кивая так, будто Адриан только что изрек великую мудрость, – Важно прислушиваться к этим ощущениям, если они у тебя есть. Развитая интуиция может спасти жизни, особенно при нашей работе.
Адриан поставил кружку.
– Точно. Кстати говоря… Кошмар… как продвигается расследование по ее делу?
Взяв тарелку, Саймон обошел барную стойку и уселся на табурет рядом с Адрианом.
– Она все еще тебе не дает покоя?
– То, что по городу на свободе расхаживает убийца, а мы до сих пор знать не знаем, на что она способна и с кем связана? Да, это меня немного беспокоит, знаешь ли.
Саймон посмотрел на него с досадой.
– Вообще-то, вчера мы получили многообещающую зацепку. Сегодня попробуем раскрутить это дальше.
– Винтовка? – спросил Адриан с деланым равнодушием. – Та, которая имеет отношение к Джину Кронину?
Хью поднял голову.
– Ты подслушивал.
– Я вышел перекусить. Если у вас секреты, не стоит обсуждать их рядом с кухней.
Хью и Саймон обменялись взглядами.
– Да, – вздохнул Саймон, – еще ничего нельзя сказать наверняка. Мы не знаем, продавал ей винтовку Библиотекарь, но мы этим займемся.
– Его собираются допросить?
– Не так скоро, – сказал Хью. – Если он до сих пор связан с нелегальной торговлей оружием, поспешный вызов, без веских улик, может его насторожить. Тогда он может свернуть свою деятельность, и мы ничего не добьемся.
– А винтовка считается недостаточно веской уликой?
Саймон отрицательно мотнул головой.
– Мало ли в чьих руках она могла побывать за десяток лет. Пока винтовка не оказалась у нас, не было ни малейших оснований считать, что Джин Кронин все еще торгует. Несколько нам известно, Картель Вандалов прекратил существование после того, как большая часть его членов была убиты во время Битвы при Гатлоне, и Джин Кронин с тех пор с тех пор не засветился ни в каких нелегальных делах. Это ружье могло пройти через сотни рук, пока им не завладела Кошмар.
– Но вы ведь так не думаете, – возразил Адриан. – Вы же уверены, что он и сейчас торгует, нет?
Хью слабо улыбнулся.
– Мы думаем, что это стоит расследовать.
– Для начала, пожалуй, установим наблюдение за его библиотекой, – добавил Саймон. – Кронин живет затворником, так что, если у него до сих пор есть связь с черным рынком, велики шансы, что свои делишки он обстряпывает прямо там. Последим какое-то время, нет ли следов нелегальной деятельности.
– Но на это нужны дни… даже недели. Почему прямо не пойти и не обыскать это место?