Она и так узнала гораздо больше, чем рассчитывала.
Разумеется, она узнала об их отношении к преступности и правопорядку, даже об их социальных проектах. Она узнала, что члены Совета считают себя великодушными вождями и стараются разрешить все проблемы людского рода, даже не задумываясь, что лишь обрекают этим общество на беспомощность и отчаяние.
Но больше всего ее поразило, что Отступники действуют по всему миру, что их сила растет с каждым новым Одаренным, который приходит к ним учиться. Что если города по всему миру станут такими же зависимыми от правления и защиты Одаренных, как Гатлон? Скоро ли человечество окончательно откажется от личной свободы и ответственности? Скоро ли люди вообще забудут о том, что имели все это?
Сегодня Нова своими глазами увидела мощь Отступников. И их сила не только в технологиях или новейшем оружии, а даже просто в их количестве. Нова понимала, что в тренировочном зале видела лишь часть их личного состава, но даже от этого у нее до сих пор захватывало дух.
Столько Одаренных, и все в одинаковых серых формах с красными буквами «О» на груди. Пока не увидишь сразу столько Отступников вместе, легко их недооценить. А еще она видела какофонию вспышек и взрывов, природных стихий, используемых в качестве оружия. Она видела Одаренных, которым нипочем гравитация и законы физики, тела которых трансформируются – и все они полны сил, тренируются, и не видно предела их возможностям.
При виде такого могущества, собранного в одном месте, у нее сдали нервы.
Сколько же их.
И все у Отступников. А что же у Анархистов?
Создательница бомб, пчеловод, изготовитель ядов… и она.
Звучит, как скверный анекдот.
И все же она не собиралась отказываться от своей миссии. Ее знакомство с внутренним устройством штаба Отступников ничего не меняло. Наоборот, сейчас Анархисты впервые за много лет имели преимущество: Нова узнает, какие тайны скрываются за закрытыми дверями лабораторий. Она придумает, как нанести ущерб их системам и протоколам. Она выяснит, кто такой Страж, как Совет намеревается его использовать – и остановит его, не дав ни малейшего шанса.
Наблюдатель.
Что-то за этим кроется. Нова заметила, что Адриан занервничал, стоило ей упомянуть этого воина. Наверняка парень только притворялся, что ничего не знает, и похоже, обманывал он не только ее. Он явно что-то знал, но, что бы это ни было, он скрывал это также от Руби и Оскара.
В этом есть смысл.
Уж если кому из них и могут быть известны сверхсекретные сведения от Совета, так только ему.
– Неплохо для начала, – сказал Лерой, когда Нова изложила все, что видела и слышала в первый день у Отступников. – Ту уже решила, чем заняться в первую очередь?
– Исследования и разработки, – ответила Нова, – Там все очень засекречено. Хочу знать, над чем они работают, и какие последствия это может иметь для нас и для города. Еще Страж. Я хочу найти подтверждения того, что это все-таки разработка Отступников. Необходимо узнать, кто он и как они планируют его использовать. После этого… Пока не знаю. Хорошо бы нащупать их слабые места. Видимо, прямое нападение на Совет было преждевременным. Наверняка есть и другие способы развалить их организацию. Более тонкие.
Ингрид кивнула.
– Если ты решишь взорвать здание, не забудь разрушить опорные балки.
Нова посмотрела ей в глаза.
– Увы, в ближайшие дни я не собираюсь ничего взрывать. Отряд, в который меня приняли на испытаниях, получил особое задание. И, кстати, оно вас заинтересует.
Ингрид приподняла одну бровь.
– С завтрашнего вечера мы ведем наблюдение за библиотекой на Кловен Кросс.
– Что? – ахнув, Ингрид, отшвырнула в угол застекленную фотографию со стены, и та со звоном разбилась о пол. Нове вдруг стало неприятно – она, как ни странно, вдруг почувствовала себя хозяйкой этого дома и всего, что было в нем, даже этой семьи, которая в какой-то параллельной вселенной была ее семьей. – У них что-то есть на Кронина?
– Ничего. Пока. Но они как-то связали его с винтовкой, из которой я стреляла на параде. – Нова перевела взгляд с Ингрид на Лероя. – Ты действительно получил ее от него?
– Много лет назад, – Лерой с такой яростью стал тереть щеку, что обожженная кожа морщилась и бугрилась у него под пальцами. – Эта модель ему особенно нравилась. Я бы должен был сообразить, что они свяжут это с ним. Это мой просчет.
– Пока у них нет никаких доказательств, – настаивала Нова, – Одни подозрения. Если Библиотекарь на некоторое время воздержится от нелегальной торговли, они и не сумеют ему ничего пришить.
– Если не обыщут библиотеку, – Хани задумчиво рассматривала таинственное пятно на ковре. – Если они обнаружит его склад, тогда… конец.
– Они не могут его обыскать, – сообщила Нова. – Без доказательств незаконной деятельности. Они свято блюдут свои законы.
Она не могла сдержать сарказма, хотя в данном случае законы Отступников оказались хорошей штукой. По крайней мере, для них. И для Библиотекаря.
– Не нравится мне это, – Ингрид нервно заходила по комнате. – Если мы лишимся доступа к базе Кронина… – Она с досадой вздохнула. – У нас и так оружия не хватает.
– Повторяю, – сказала Нова, – Они не могут обыскать…
– Ой, я тебя умоляю, – поморщилась Ингрид. – Если они заподозрили, что он снова в деле, найдут оправдание для обыска – может, даже сами подбросят улики.
Нова ссутулилась. Неужели это может оказаться правдой? Рассказывая о их задании, Адриан так уверенно говорил, что только веские улики могут дать основание для обыска. Неужели обманывал? Что это, шоу для простачков? Сначала показать свои добрые намерения, а потом подбросить фальшивые улики, которые приведут к желаемому результату?
– Тогда… мы должны его предупредить, – вырвалось у Новы. – Я могу сбегать к нему сейчас же. Слежка начнется завтра вечером. У него больше суток, чтобы избавиться от оружия и документов, которые могут оказаться для него опасными. Времени предостаточно.
– Тебе идти нельзя, – заявила Ингрид, барабаня пальцами по бедру. – Если тебя кто-то узнает, это будет слишком подозрительно.
– Но ты сказала…
– Я сама поговорю с Кронином, – продолжила Ингрид, – Я работала с ним больше, чем кто-либо. Не то чтобы мы друг другу очень доверяли, но меня он выслушает скорее, чем любого из вас. Кроме того, он трус. Если заподозрит, что Отступники напали на его след, он может дать деру, чтобы спасти свою шкуру. Как тогда, в Битве при Гатлоне.
Она прерывисто вздохнула. Нова взглянула на Лероя, тот развел руками.
– Потому-то он, один из немногих злодеев, сумел выжить в этой бойне – явно не из-за своей силы или мужества.
– Но если он снова сбежит, – сказала Ингрид. – Ставлю что угодно, тогда он в город не вернется, а для нас это ничуть не лучше, чем если бы его арестовали. Так что я попытаюсь его подбодрить. Попробую помочь нашему делу, а не поставить его под угрозу.
Она уставилась на Нову, явно что-то просчитывая в уме.
– Сколько Отступников участвует в этом наблюдении?
– Четверо, по-моему. Я и еще три члена отряда.
Ингрид долго задумчиво молчала, прежде чем заговорить снова.
– Вместе с этим парнишкой, Эверхартом?
От того, каким тоном это было сказано, у Новы на голове зашевелились волосы, и она сама не заметила, как плотно, будто стараясь защитить, обхватила пальцами филигранный браслет на запястье.
– Да, – ответила она через силу. – Он руководит отрядом. Но… насколько я знаю, он раньше никогда не вел подобных наблюдений. Как и вся их команда.
– Еще бы, – хмыкнула Ингрид, – Но кому как не ему удобнее всего подкинуть компромат?
Нова сглотнула, поражаясь тому, как же ей самой не пришла эта мысль.
Лерой встал и отряхнул пыль со штанов.
– Нова не будет сводить с него глаз на задании. Если он только попробует подбросить Кронину какие-то улики, она может этому помешать.
– Даже не парьтесь, – махнула рукой Ингрид. – Даже лучше, если они устроят обыск.
– Что? – Нова не поверила своим ушам.
– Я позабочусь о том, чтобы они там ничего не нашли, – уверила Ингрид. – А ты позаботься, чтобы твой отряд явился с обыском, ну скажем… с утра пораньше, сразу, как библиотека откроется. Чем скорее они вычеркнут библиотеку из своего списка, тем скорее мы получим возможность спокойно заниматься своими делами, как раньше.
– И, – добавила Хани, – тем скорее Нова сможет сосредоточиться на расследовании других важных вещей в штабе.
Нова открыла рот, чтобы возразить – она не была уверена, что сумеет уговорить Адриана ворваться в библиотеку, если слежка не покажет ничего подозрительного. Но заколебалась. Для этого она и внедрилась к Отступникам, не так ли? Чтобы сбивать их с верного курса. Любыми способами делать их слабее.
– Хорошо, – сказала она. – Но вы должны подбросить мне что-то – что-нибудь подозрительное, чтобы я смогла уговорить их войти в библиотеку. Просто на тот случай, если Адриан все же не собирается подбрасывать фальшивые улики. А я добьюсь того, чтобы библиотеку обыскали. Но если они найдут хоть что-то, хоть один патрон, хоть одну пулю…
– Расслабься, Кошмар, – криво усмехнулась Ингрид, – Я обо всем позабочусь.
Глава двадцать первая
Они поднялись на четвертый этаж заброшенного здания через дорогу от библиотеки на Кловен Кросс. Судя по слоям граффити на стенах и горам мусора по углам, в помещении обосновались бродяги. Они то появлялись, то уходили на протяжении десятков лет. Любители шарить по свалкам вытащили отсюда все металлическое до последней скрепки – включая дверные ручки и провода. В углу под слоем пыли стоял старый самодельный стол из фанеры, осталось и несколько офисных перегородок, попахивающих плесенью, покрытых дырами от гвоздей и обрывками старых рекламных плакатов. На одной из стен Нова заприметила тридцатилетней давности календарь, открытый на июльской странице – там красовалась выцветшая фотография какого-то далекого приморского городка с освещенными солнцем домишками, стены которых были выкрашены в оттенки кораллового и персикового цветов. Нова представила тоскующих клерков, изнывающих от желания унести ноги куда-нибудь как можно дальше от Гатлона.