сь как можно ближе к стене кинотеатра, хоть как-то защищавшей от жара.
Толпа еще увеличилась, но люди отошли подальше от горящего здания. Когда Нова появилась из густого дыма, кто-то радостно вскрикнул, но надежда в голосе тут же сменилась разочарованием. Нова опустила руку, и тут же раздался радостный детский визг. Не успела она моргнуть глазом, как на нее кто-то налетел и маленькие ручки попытались обхватить ее за талию. Она в недоумении посмотрела на ребенка. Тот самый мальчонка, которого она спускала с верхнего этажа. Тот, кого она спасла – с помощью Руби и Оскара. Она тогда так и не увидела, добрался ли он вниз по брошенной Руби переправе, и сама удивилась облегчению, охватившему ее сейчас, когда он появился.
– Спасибо, – невнятно пробормотал он, уткнувшись лицом ей в живот. Так просто. И этим все сказано.
Устало улыбнувшись, она потрепала ребенка по голове.
В эту минуты она начала понимать, почему человек в здравом рассудке может стремиться стать Отступником.
– Оскар, нет!
Подняв голову, Нова увидела Руби и Оскара. Они выделялись из толпы тем, что стояли ближе всех к горящей библиотеке. И еще, возможно, тем, что на их лицах сейчас была не смесь страха и любопытства, а, скорее, душевная боль.
Высвободившись из объятий ребенка, Нова подбежала к ним. В глазах у Руби стояли слезы, но она старалась не заплакать. Подойдя ближе, Нова поняла, что они оба сдерживают слезы, но Оскар старательно скрывал это, изо всех сил гримасничая и хмурясь. Он пытался оторвать от себя Руби, но та вцепилась ей в рукав и не пускала.
– Один пожар я уже пережил, – повторял Оскар. – И этот тоже переживу.
– Ничего не известно!
– Я не дам ему погибнуть там!
– Может, он уже…
– Не говори так!
Руби отступила, лицо у нее скривилось.
Нова подошла ближе.
– Адриан?
На лице Руби отразилась мука.
– До сих пор ничего. – Она всхлипнула, но зажала рукой рот, борясь с переполняющими ее чувствами. – Он тебе ничего не говорил?
– Он сказал… – Нова отчаянно пыталась вспомнить. Казалось, прошла вечность с тех пор, как она предложила ему увести Ингрид. – Он собирался на розыски пропавшего ребенка.
И она оглянулась на мальчика, который стоял с другими ребятами на улице.
– Я иду туда, – сказал Оскар, вырывая свою руку у Руби. Хромая сильнее обычного, он направился к библиотеке. Хотя в разбитых окнах все еще бушевал огонь, главный вход пострадал меньше остального здания. Коричневые камни облицовки держались крепко, но Нова понимала, что это всего лишь тонкая оболочка. Тлеющая, почерневшая оболочка.
– Оскар!
Следом за воплем Руби из библиотеки раздался страшный треск, за ним грохот, в небо взметнулись новые языки пламени и искр. Это провалились остатки второго этажа.
Поежившись, Нова подошла на несколько шагов, не отрывая глаз от горящего здания.
Он обязательно должен был успеть выбраться, пока еще не стало поздно. Обязательно…
Но только не в том случае, если все еще искал ребенка, не зная, что тот уже спасен. Хотя она совсем недавно знала Адриана, в этом она почему-то была уверена. Он бы ни за что не убежал, если бы думал, что кто-то нуждается в помощи.
Она сжала рукой браслет на запястье. В голову ей пришла омерзительная мысль. Ингрид добилась своего. Она убила Адриана Эверхарта.
Капитан Хром и Укротитель Ужаса будут безутешны.
Нова отказывалась в это верить, она ощущала пустоту – а не удовлетворение, не радость, как можно было бы ожидать. Может, он ей и враг, но… он не заслуживает такой смерти.
Внезапно раздался резкий сигнал. Нова тревожно огляделась, не понимая, откуда идет звук.
Сигнал прозвучал опять. Грубый, резкий, снова и снова.
Не понимая, Нова пошла к библиотеке. Сердце у нее забилось сильнее. Еще не веря, но уже… с надеждой?
Она переглянулась с Руби и Оскаром, а потом бросилась бежать, за угол, к задней стене библиотеки. Эта стена была разрушена почти полностью, когда Ингрид бросила бомбу в хранилище редких книг, и большие обломки песчаника разлетелись по улице, а на месте стены высилась груда мусора. Внутри уже почти все выгорело, только еще тлел разбитый пол, а в воздухе летали почерневшие книжные страницы и хлопья пепла.
Рог продолжал трубить, звук несся откуда-то из развалин.
Оскар обогнал Нову и, кряхтя от натуги, с трудом вытащил доску из ближайшей горы мусора. С доской наперевес он скрылся за сломанной книжной полкой. Нова сообразила, что он хочет проложить путь туда, откуда доносятся звуки. Но через несколько секунд Оскар, вскрикнув, отступил и отбросил доску, держа перед собой обожженные руки. Ругаясь на чем свет стоит, он вместо доски стал приподнимать обломки, пользуясь своей тростью, как рычагом.
Добежав до них, Руби включилась в работу, размахивая своей петлей с рубином и оттаскивая куски камня, дерева и штукатурки.
Нова сглотнула, невольно схватившись руками за ремень. Ее перчатки были жароустойчивыми…
Она прикрыла глаза и сказала себе, что, если на ее перчатки обратят внимание, то у нее должно быть наготове достоверное и разумное объяснение того, почему похожие перчатки носит Кошмар.
Она старалась не думать, какой крик поднимут Анархисты, узнав о ее глупом поступке, о риске, которому она подвергла себя ради спасения какого-то презренного Отступника…
Переведя дух, она открыла кармашек, сунула туда руку.
Над головой разнесся яростный рев. Оглянувшись, Нова увидела, что на них катится невероятная, гигантская волна – пенистым гребнем она нависла над их головами. Нова завизжала, схватила Руби и Оскара за шиворот и потащила прочь. Втроем они рухнули в чудом сохранившиеся заросли плюща и, онемев, смотрели, как стена воды обрушилась на развалины библиотеки. Огонь зашипел, в воздух поднялось гигантское облако пара. Вода отхлынула, затопив улицы и промочив Нове спину. Вода, уже не такая чистая и прозрачная, несла золу и мусор.
Нова заметила Цунами, которая с отрешенным лицом стояла среди улицы, подняв ладони к небу. Ее облик так контрастировал с ужасом и хаосом последнего часа, что Нова просто смотрела на нее в изумлении. Уронив руки, Цунами чуть повернула голову. Она коротко кивнула, и Нова увидела остальных прибывших членов Совета.
Капитан Хром устремился вперед, и, не успела Нова опомниться, как он принялся голыми руками разбрасывать обломки обрушенного здания, легко, словно это были детские кубики. Он поднимал и отшвыривал целые куски пола, кулаком сокрушал каменные стены. От руин все еще валил пар, и, хотя огонь был потушен, Нова представляла себе, как обжигающе горячи все эти обломки. Но разве это могло помешать ему? Ведь это был сам Капитан Хром.
Руби первой сумела подняться, потом встали Нова и Оскар. Молча, не в силах сказать ни слова, они наблюдали, как супергерой прокладывает себе путь сквозь завалы. В какой-то момент снова затрубил рог, и Капитан изменил курс, раскидывая полки и круша каменные опоры. Краем глаза Нова заметила, как Руби взяла Оскара за руку. Нова сжала кулаки от злости.
Добравшись до отдела детских книг, Капитан поднял над головой массивный стеллаж и отбросил его прочь. А из-под него…
Нова смотрела и не верила глазам.
У Руби вырвался сдавленный крик изумления.
Оскар покатился со смеху.
Посреди обгоревшего, дымящегося здания Капитан Хром выкопал из-под завалов ледяную хижину иглу.
Точнее, остатки иглу, поскольку большая часть льда растаяла, потрескалась, и куски льдин валялись теперь перед входом в хижину.
Секундой позже в отверстии входа показалась знакомая фигура.
Адриан промок до нитки. В одной руке у него был клаксон, вроде автомобильного. В другой руке он нес ручку Новы.
Не сказав ни слова, Капитан заключил его в объятия. Адриан слегка поморщился, но не стал отстраняться.
Наконец, Капитан отпустил его, и они вышли к ожидавшим вокруг. Адриан благодарно улыбнулся Цунами. Она улыбнулась в ответ и тут же исчезла за углом библиотеки – видимо, чтобы проверить, не нужна ли еще кому-то ее помощь.
– Иглу? Ну, ты даешь, Скетч! – покачал головой Оскар.
Адриан пожал плечами. У него был усталый вид, но в глазах все равно играли искорки, а с губ не сходила улыбка. Радость человека, избежавшего верной гибели.
– Вдохновение, понимаешь ли.
Руби, дав, наконец, волю слезам, выбежала и обняла Адриана, после чего отодвинулась и ткнула кулаком его в плечо. Он сморщился – преувеличенно, как показалось Нове – не таким уж болезненным был этот удар.
– Где ты пропадал? – прорыдала Руби.
Адриан недоуменно посмотрел на нее, потом оглянулся на быстро тающее иглу.
– Я хотела сказать, почему ты не вышел?
– Я искал пропавшего ребенка, – Адриан дружески приобнял Руби за плечи одной рукой. Как только он опустил руку, девушка отошла и скрестила руки на груди. Кислая гримаска должна была показать, что она пока не простила Адриана за причиненные волнения. – Носился между стеллажей, а дым так сгустился, что я ничего не видел. Я совсем запутался и почувствовал, что хожу по кругу. Поняв, что я в ловушке, нарисовал это иглу, чтобы не сгореть. И тут обрушился потолок. Иглу меня спасло, но на какое-то время я все же отключился. Видно, надышался дыма. – Он вдохнул глубоко и с наслаждением. – А придя в себя и поняв, что я все еще заперт в иглу, я нарисовал рожок и стал звать на помощь.
Он протянул Нове ручку, которую она дала ему, кажется, сто лет назад.
– Спасибо тебе.
Нова машинально взяла ручку, глядя ему в глаза. Она хотела бы что-то сказать, но не могла найти слов, чтобы передать, что чувствует. И даже не была уверена, что вообще чувствует хоть что-то.
Однако, этого она не могла отрицать, ее радовало то, что Адриан Эверхарт жив. Ее радовало, что даже сейчас, после этого жуткого дня, у него все такая же искренняя улыбка, как и тогда, на параде. Она была рада, потому…
Да неважно. Она просто была рада.
Адриан смотрел на нее, будто хотел что-то сказать, но не мог подыскать слов. Он вопросительно вгляделся в ее лицо, но, видимо, передумал и отвернулся.