Недолго думая, Адриан кивнул.
– Ты права. Идем.
– Мы должны вызвать подкрепление?
– Мы пока еще ничего не нашли, – по его голосу Нове почудилась усмешка. – Но вызовем, как только начнутся проблемы. Договорились?
Она вытянулась по стойке смирно.
– Договорились.
Выйдя из галереи, Нова почувствовала, как все переменилось. Легкость и непринужденность, которые Адриан излучал весь день, сменились собранностью и сосредоточенностью. Она не заметила, когда он успел вынуть маркер, но сейчас он сжимал его в руке, почти как оружие. Ее собственная рука лежала на кармашках ремня, хотя ей-то не было никакого смысла тревожиться.
Она точно знала, что им предстоит обнаружить.
В проволочной сетке они не нашли калитки, поэтому Адриан, зажав в зубах маркер, перебрался через забор. Сетка прогнулась под его весом, но он ловко преодолел препятствие. Спрыгнув на рыхлую землю по ту сторону забора, Адриан обернулся к Нове – которая уже и сама сидела наверху, опираясь на металлический столб.
– Смотри-ка, – прошептала она.
Адриан посмотрел. Его тело замерло на миг, после чего он устремился вперед и присел на корточки у пятачка полузасохшей грязи. Отведя руками росшую по краям траву, он увидел пересекающиеся цепочки следов. Отпечатки рифленых подошв вели от угла забора к заброшенным аттракционам вдали.
Это была последняя подсказка, которую Нова решила оставить сегодня рано утром, за час до открытия парка. Нацепив ботинки, которые как Кошмар она считала очень удобными (хотя теперь вынуждена была признать, что они и в подметки не годятся обуви, полученной у Отступников), она несколько раз прошлась туда-сюда, туда-сюда, в надежде создать впечатление, что по этой тропе ходили недавно.
Спрыгнув с забора, Нова подошла к Адриану. Он вынул изо рта маркер.
– Они свежие, – он поднялся и посмотрел в сторону «Комнаты смеха». Нова видела внутреннюю борьбу на его лице. Наконец, он поднес руку ко рту. – Вызываю отряд. Бессонница и я находимся в Космополис-парке. Предполагаем, что Кошмар как-то связана с заброшенным павильоном «Комната смеха» в дальнем конце парка. Мы идем на разведку. Пока никаких признаков злодейки нет, но мы не исключаем столкновения, и, возможно, нам понадобится подкрепление.
Закончив диктовать сообщение, Адриан опустил руку.
– Думаешь, она там?
– Это хорошее место для того, чтобы залечь на дно.
Адриан пошел вперед сквозь заросли травы. Они миновали кладбище разрушенных ракет и машинок с какого-то старинного аттракциона. Теперь сквозь них проросла колючая ежевика, опутав металлические каркасы. Хотя краска давно облупилась, их яркие цвета до сих пор смотрелись дико на фоне этого запущенного уголка парка – ржавых рельсов и шестерен, останков фургончиков с едой и кусков изгороди.
Адриан задержался у билетной кассы, которая когда-то была белой, но так заросла грязью и проржавела, что теперь ее цвет было невозможно определить. На деревянных досках Адриан нарисовал две пары наручников. Нове пришло в голову, что, если бы Адриан в самом деле собрался сегодня найти Кошмар, он бы сразу прихватил их с собой. Она разглядывала его профиль, пока он водил маркером по стене.
– Адриан?
Рука замерла. Он повернулся к ней.
Нова сглотнула.
– Это было свидание?
Адриан открыл рот, сначала удивленно, а потом в замешательстве, как будто не знал, что ответить. Он почесал маркером за ухом.
– Ну… В первый раз девушка выиграла для меня огромного плюшевого Укротителя Ужаса, так что… ты сама мне скажи.
У Новы дернулась щека.
– Вообще-то, это не ответ.
– Я знаю.
Они смотрели друг другу в глаза, и сердце Новы начало выписывать у нее в груди немыслимые кренделя.
– А ты бы согласилась, – спросил Адриан, – если бы я позвал тебя на свидание?
Нет, ответил ее мозг. Убежденно и настойчиво. Нет.
Но в то же время что-то другое в ней шепнуло… Может быть.
Но, вдруг струсив, Нова поглядела через плечо Адриана и притворилась, что озабоченно хмурится.
– Кажется, я что-то увидела.
Адриан мгновенно развернулся, одновременно рукой отодвигая Нову себе за спину. Это было до того оскорбительно галантно, что она едва удержалась, чтобы не оттолкнуть его руку – а с другой стороны, ей захотелось взять его за эту руку. А вообще, ощутив, как он легко-легко коснулся пальцами ее руки, она испытала абсурдное желание поднести его руку к губам и поцеловать.
Она сама настолько поразилась этой фантазии, что застыла на месте.
– Где? – спросил Адриан.
– В «Комнате смеха», – ответила Нова севшим голосом. – Хотя погоди. Кажется, там просто какая-то странная кукла на балконе.
Она подняла глаза на остатки манекена на втором этаже. Тот был облачен в рваный костюм клоуна – но кто-то давным-давно оторвал ему голову.
Не двигаясь, выжидая, они стояли некоторое время.
– Может, войдем и посмотрим, что внутри? – предложила она.
Адриан кивнул.
– Если тебе встретится Кошмар, не забудь: не давай ей до себя дотронуться.
Поежившись, Нова опять посмотрела на его темную кожу, тонкие пальцы – которые все еще дотрагивались до нее, но легко-легко.
– Я не забуду, – пробормотала она и отодвинулась назад, просто чтобы прервать это робкое прикосновение.
Отвернувшись, Адриан снова принялся рисовать на стене билетной кассы. Нова ждала, прикрыв глаза. Она старалась дышать ровно – ей необходимо было срочно вынырнуть из водоворота нахлынувших на нее ощущений. Хватит думать о красивых улыбках, легких касаниях, поцелуях и свиданиях. Если она и нравится Адриану – по-настоящему нравится – то только потому, что он не знает, кто она на самом деле.
Ему никогда не понравилась бы девушка, скрывающаяся за ложью. Никогда не понравилась бы Нова Артино. Но ее это совершенно не волновало, потому что она и сама никогда не запала бы на Отступника.
Это слово помогло рассеять облако нависших над ней сомнений, и она открыла глаза, снова собранная и полная решимости.
Он Отступник.
Он ее враг.
Возможно, он пришел сегодня сюда по другой причине, но и она тоже.
– Готова? – спросил Адриан.
Нова посмотрела, что он нарисовал, и вздрогнула. Это был пистолет.
При ближайшем рассмотрении оказавшийся пистолетом-транквилизатором. Это, конечно, могло бы ее задержать – но она сегодня видела, как Адриан стреляет. Вряд ли ей было о чем беспокоиться.
Она энергично кивнула.
– Я готова.
Глава сорок первая
Павильон «Комната смеха» – который судя по фотографии когда-то носил название «Кошмар» – представлял собой шаткую двухэтажную постройку, выкрашенную краской, когда-то белой и оранжевой, но давно поблекшей и облупившейся. Окна с покосившимися ставнями были давным-давно забиты досками. Стекол в них не было. С козырька крыльца свисала паутина, густая и мохнатая, как пряжа. Подходя к крыльцу, Адриан взглянул наверх на безголового клоуна. Он предположил, что тот, вероятно, когда-то имел голову, но сейчас трудно было утверждать это наверняка. Местечко было таким зловещим, что нужно было иметь очень живое воображение, чтобы представить его таким, каким оно было раньше – веселым и жизнерадостным. Местом, не наполнявшим ужасом сердца входящих в него людей.
Крыльцо застонало под ногами Адриана, когда он ступил на него и взялся за ручку двустворчатой двери. Две нарисованные на створках балерины приветствовали входящих. Рядом с их ртами было пририсованы облачка с надписями, которые гласили у одной: «Добро пожаловать в нашу «Комнату смеха!», а у другой: «Желаем хорошо развлечься!». Адриану так и виделось, как они поворачивают ему вслед головы и призрачными дребезжащими голосками добавляют: А может и не…
Но – картинки есть картинки, и, когда Адриан и Нова вошли в первый зал аттракциона, никаких жутких голосов они не услышали. Здесь вообще не было слышно никаких звуков, кроме отдаленной музыки, доносившейся из парка развлечений.
В первой комнате не было окон, и Адриан придерживал дверь, пока глаза не привыкли к темноте – в которой вообще-то мало что было видно. Всего в шести футах перед дверью была воздвигнута стена, вынуждая посетителей не задерживаться на входе и скорее проходить дальше.
– Здесь кто-то недавно побывал, – Нова показала на пол, где на годовых наслоениях пыли четко отпечатались чьи-то следы.
Сунув руку в кармашек на ремне, Нова извлекла оттуда маленький приборчик. Она щелкнула, и прибор засветился слабым желтым светом. Нова посветила в следующий дверной проем.
– Ловко, – похвалил Адриан.
– Экзотермические микровспышки. Я сама их делаю.
Он улыбнулся ей.
– Если они у тебя закончатся, я могу нарисовать фонарик.
Бросив на него сердитый взгляд, Нова шагнула вперед.
Адриан отпустил дверь, и она, громко скрипя, захлопнулась. Они остались стоять в полной тишине в комнате со спертым воздухом. Следом за Новой Адриан тоже завернул за угол и оказался в настоящем лабиринте. Они шли, то и дело сворачивая, по каким-то проходам, которые вились и многократно пересекались. Проходя лабиринт, Нова оставляла свои микровспышки – видимо, чтобы найти по ним дорогу назад – и зажигала все новые, а Адриан держался левой рукой за стену, чтобы не ходить кругами. Хотя лабиринт показался ему рассчитанным на детей, он подумал, что было бы не очень приятно тут заблудиться, оказавшись в полной темноте.
Потыкавшись сначала в пару тупиков, они добрались до конца лабиринта и очутились перед длинным проходом, который выглядел просто, как обычный коридор в старом доме. Стены были оклеены обоями в голубую клеточку, а на двух квадратных окошках висели кружевные занавески.
Адриан и Нова вошли в коридор, но пол под ними внезапно накренился.
Нова, ахнув от неожиданности, поехала в сторону и врезалась в Адриана. Он инстинктивно обхватил ее обеими руками, а сам ударился спиной о стенку.
Они замерли, боясь пошевелиться. Пол коридора просел под ними. Адриан чувствовал, как у Новы бьется сердце, и видел, что она покраснела.