— Делал бы это почаще, глядишь, языком бы молол меньше. Маг болтать должен только по делу. Кто ко мне отправил компанию Глаза?
— Я ж не жадный. Сам зарабатываю и другим даю, — нагло ответил Серый. — Очень уж они горели желанием разобраться с Мальцевым.
— Скажи честно — зассал с кланом связываться! — вскипел я.
Горячность удивила меня самого. Влияние тела надо нивелировать. Я постарался успокоиться, для чего стал методично гонять магию по каналам. Полезно со всех сторон: каналы укрепляются, я успокаиваюсь, новые идеи в голову приходят. Нужно будет Мальцева навестить во сне. Сделать, так сказать, контрольный выстрел. Защиты у него не должно быть, а если вдруг обнаружится, то всегда можно подобрать отмычку, как в свое время я сделал с Дамианом.
— Скажу честно — не справился бы, — спокойно ответил Серый после короткого молчания. — Моих знаний было бы недостаточно для того, что ты там устроил. Ты же?
— С чего ты взял?
— С того, что Глаз намеревался пойти к тебе с предложением, и в тот же день у Мальцевых случились серьезные проблемы. Как сделал, не расскажешь?
Спрашивал Серый вроде небрежно, но очень уж у него жадно горели глазки. Наверное, сейчас я ему представлялся этаким сундуком с сокровищами, в который хотелось запустить руки и вычерпать все до донышка. Но секреты кому попало выдавать я не собирался.
— Что с электричеством? Часто вырубают?
— Бывает, — разочарованно ответил Серый. — Ты точно не сможешь ничего сделать?
Я мог навскидку предложить варианта три, но все они упирались в отсутствие накопителей приличного объема или нужных умений у Серого. Да, я прикидывал вариант выдать ему одну из известных мне технологий, но недолго — слишком уж мутный он тип.
— Не с моим нынешним уровнем силы, — честно ответил я. — Через полгода — очень может быть, но гарантий не дам. Будем ждать?
— Не будем, — вздохнул Серый. Купил он не только ингредиенты, но и стеллажи, на которые сейчас любовно раскладывал пакеты. — Значит, нужно покупать бесперебойник. И недешевый. Что-то я уже начинаю сомневаться, что вся эта затея окупится.
— Можно прикрутить накопитель, — предложил я. — Но, опять же, нужен большой.
— Бесперебойник дешевле.
— Это пока.
— Мне бы твой оптимизм, — усмехнулся он. — Смотрю на тебя и понять не могу, на фига я вообще в это ввязался?
— Отвяжись, пока не поздно.
— А оборудование? Я же вложил в него до фига денег.
— Будешь синтезировать драгоценные камни и сдавать ювелирам, — предложил я.
Собственно, я мог обойтись и без него: вчера вечером Олег мне сообщил, что нашел еще одного клиента с проблемным автомобилем, и предложил заняться этим сегодня вечером. Так что набрать денег и устроить собственное производство я мог. Другое дело, что каналы сбыта пришлось бы долго искать. Но мне накопители были нужны не ради прибыли, так что этим пунктом можно было пренебречь. Вот знание местных магических реалий — это да, это было именно то, в чем мог бы помочь Серый.
— Ты нагл не по годам.
— Есть такое. Дело в том, что наглость росла куда дольше, чем это тело.
Сейчас у Серого не должно было возникать диссонанса при разговоре. Кажется, он вообще напрочь забывал о моем биологическом возрасте, когда я был под личиной.
— Слушай, Ярослав, у меня к тебе предложение.
— Мы обговорили разделение доходов и расходов с самого начала, — напомнил я, подозревая, что сейчас речь пойдет о незапланированных тратах.
— Я не про это. Скажи, ты возьмешь меня в ученики?
— В ученики?
Я опешил. Ему удалось застать меня врасплох. Такого предложения не ожидал точно.
— Видишь ли, мне недостаточно денег, — пояснил Серый. — Мне нужны знания. Я думал, что смогу подсмотреть, что ты делаешь, но не смог. Я не понимаю, что ты делаешь, и это меня злит. Злит настолько, что хочется сделать ответную гадость.
— Почему вдруг ответную?
— Потому что когда манят конфеткой, но не дают — это гадость.
Я задумался.
— Я тебе с самого начала предлагал только деньги, — напомнил я.
— Одно дело — что ты предлагал, другое — на что я рассчитывал.
— Ты вообще понимаешь, на что собираешься подписаться?
— Поясни.
Пояснить я не успел, так как в дверь гаража затарабанили с воплями: «Эй! Есть тут кто?» и Серый убежал принимать оборудование, дав мне передышку и возможность подумать, нужно ли это мне. Конечно, ученичество привязывает человека к учителю крепче любых других уз. Заключи мы с Серым договор по всем правилам — и он никогда не сможет меня предать. Но это же придется тратить на него драгоценное время. Кроме того, я не могу брать учеников, будучи сам… Ан нет, я больше не ученик, это возражение отметаем.
Грузчики заволокли пару коробок и поставили их в место, указанное Серым. Он подписал бумаги и выставил мужиков вон, даже ничего не рассматривая. Закрыл за ними дверь и повернулся ко мне.
— Так как? На что я должен подписаться?
— Фактически на рабство, — пояснил я. — Даешь клятву ученика, которая предполагает полную лояльность учителю, после чего я буду иметь над тобой полную власть, а ты даже отказаться от ученичества не сможешь. Выставить тебя смогу только я. Ну, или признать, что ученичество закончилось.
— Что за клятва ученика?
— Стандартная клятва, заверенная отпечатками ауры. Ты даешь, я принимаю. Без нее я тебя точно учить ничему не буду. Подумай, стоит ли оно того, при учете, что ты уже немолод.
— Мне всего двадцать пять! — возмутился он.
— А выглядишь на все двадцать шесть, — заметил я. — Дурные привычки дают о себе знать. Нужно ложиться раньше спать и не использовать магию для плохих дел. Это существенно замедляет старение. А если серьезно, в этом возрасте уже сложно учиться и переучиваться. То есть клятву ты можешь дать, а взамен ничего не получишь. Не потому что я не буду тебе давать, а потому что ты сам не сможешь взять. Ряду практик начинают учить с пятилетнего возраста и до получения нужного результата проходят месяцы, а то годы.
— Невесело.
— Говорю как есть. Чтобы ты мог для себя решить, что лучше: синица в руках или журавль в небе, который хоть большой, толстый и пушистый, но может никогда к тебе не спуститься.
— Я поехал за бесперебойником, заодно и подумаю, — ответил Серый.
То, что он не стал сразу решать, говорило в его пользу, но я чувствовал, что он согласится. В любом случае синица из рук уже не пропадет, а журавль слишком заманчиво маячит почти перед носом, чтобы от него можно было отказаться.
Серый уехал, а я принял позу поудобнее и скользнул в транс, надеясь на удачу. В больницах сейчас послеобеденный сон, мне же достаточно будет полусонного состояния Мальцева или даже если он просто будет расслабленно лежать с закрытыми глазами.
Но мне не повезло. Мальцев бодрствовал, поэтому пообщаться с ним не удалось, зато меня застал вызов Илинель, на который я решил ответить ради разнообразия.
— Ты меня отвлекаешь, — попенял я ей.
— Я узнала все про еще одно производство, а ты со мной не хочешь разговаривать, — начала она набивать себе цену.
— У меня почти уже все готово для того, про которое ты уже рассказала, — я лениво протянул, показывая незаинтересованность в ее словах. — Но если у тебя есть что-то важное, самое время рассказать.
Она начала вываливать на меня незначительные подробности, касавшиеся, главным образом, цвета выращиваемых кристаллов. Уточнение было интересным. Если мы с Серым планируем клиентоориентированное производство, то возможность делать кристаллы разных цветов нам понадобится.
— И это все? Не зря мне казалось, что ты не сможешь выяснить ничего полезного, — с видимым разочарованием ответил я. — Прощай.
— Постой, Мальгус, — умоляюще сказала она. — Скажи, когда ты планируешь взрыв?
Чтоб я так верил в себя, как она в меня!
— Зачем тебе?
— Не хотелось бы пострадать. — Она улыбнулась. — Оторванные конечности мне не пойдут даже на короткое время.
— Не ходи на производства в ближайшую неделю, — посоветовал я и резко оборвал разговор, потому что показалось, что она пытается что-то на меня навесить.
Интерлюдия 3
Игнат Мефодьевич Мальцев сидел за столом, сгорбившись и положив на стол сцепленные в замок руки. Происходящее ему активно не нравилось. Как не нравилось и стоящему перед ним начальнику службы безопасности, Павлу Глебовичу Новикову.
— Павел, это ни в какие ворота не лезет, — прошипел Мальцев. — На нашу территорию проник посторонний, а ты ни сном ни духом.
— Камеры показывают, что не проник. Скорее всего, это наведенная иллюзия, — отвечал безопасник с уверенностью, которой не ощущал.
Но не мог же он сразу расписаться в собственном непрофессионализме?
— Прессе будешь врать, мне не надо, — жестко ответил ему Мальцев. — Где ты видел иллюзии, отражающие заклинания?
— Я вообще не видел ничего, отражающего заклинания, — ответил Новиков. — Поглощающее — да. Разрушающее — да. Рассеивающее — да. Но отражающее?
— Видео с камеры не оставляет простора для фантазий, — буркнул Мальцев и выпрямился на стуле. — Павел, не заставляй меня жалеть, что я вытащил тебя с низов, дал прекрасное образование и плачу хорошие деньги. Найди его. Мне не нравится непонятная угроза. Лазаревы должны за это заплатить.
— Есть вероятность, что Лазаревы ни при чем. Они сейчас активно ищут канал, чтобы заполучить видео.
— Павел, не тупи! Естественно, им интересно, как это смотрелось со стороны! — взорвался Мальцев и треснул кулаком по столу так, что столешница проломилась. — не получили, что хотели, и сейчас активно прикрывают свои задницы. Или получили? В любом случае выяснилось, что они могут безнаказанно у нас шастать. Твой просчет.
Он вытянул руку к подчиненному, на кончиках пальцев загорелся синеватый огонь. Такой же огонь горел в глазах Мальцева, переставшего собой владеть и готового сорваться на любого. Новиков повел плечами, прикидывая, куда уходить с линии огня, если начальство окончательно пойдет вразнос. Два-три попадания защита выдержит, а дальше… дальше вариант только один: удирать. Если бы на месте Мальцева был кто другой, Новиков не колеблясь приложил бы его своей магией, вполне возможно, не просто