— Понятия не имею, — мрачно ответил Серый. — Она приходит и уходит, когда вздумается. Где она работает, я не знаю.
— Дайте ее телефон, — скомандовал второй.
— Мы поругались, и я его удалил, — выкрутился Серый.
— Совсем удалил?
— Вы умеете удалять не совсем? — удивился я. — Научите.
— Заткнись, сопляк, — прошипел маг, — если не хочешь, чтобы тебя отскребали со стенок. У меня терпение заканчивается, так что стойте тихо и не провоцируйте. Ты эту Инну знаешь?
— Я вообще ни одной Инны не знаю.
— А ты? — он переключился на испуганную Полину, которая побелела и вжалась в стенку.
— Я т-тоже. Я в-вообще ни одной девушки тут не видела.
— А ты? — он опять повернулся ко мне.
— А я видел из женщин только соседку, но как ее зовут, не знаю. Вон в той квартире за стенкой живет, — я кивнул, — пожилая такая, общительная.
Моя осведомленность мага не порадовала, он вернулся к опросу Серого, долго его пытал о подробностях Инночкиного существования, которые Серый придумывал на лету. Подробностей оказалось магу маловато, и он отобрал телефон и тщательно изучил список контактов, после чего скривился, кивнул второму, и тот отправился проводить самый настоящий обыск. Серый попытался дернуться, но тот, кто его контролировал, создал такой файербол, что им можно было запросто выжечь все в этой квартире. Себя я мог защитить, а вот Полину с Серым уже нет, поэтому я тоже счел за лучшее не отсвечивать. Да и обыск, как выяснился, был халтурный: ни артефактов, ни заклинаний.
— А зачем она вам? — спросил я.
— У нее есть нечто, принадлежащее Мальцевым, — неожиданно ответил первый маг. — И всем будет лучше, если она это вернет как можно скорее.
— Она ограбила Мальцевых? — ошарашенно спросил Серый и посмотрел на меня даже с уважением.
— Именно.
— Нашел! — неожиданно крикнул второй маг и вышел к нам, подбрасывая на ладони накопители. — Правильная наводочка. Не пустышка.
— Это мое! — возмутился Серый.
— Инночка подарила при расставании? — ухмыльнулся второй маг. — Зря она чужую собственность разбазаривает.
Нижняя челюсть Серого заходила от возмущения. Пока он подбирал слова, но с него сталось бы заявить, что все это выращено им лично, поэтому я откашлялся, привлекая к себе внимание, и спросил:
— А почему вы так уверены, что это ваши накопители? На них клейма нет. Возможно, точно такие же продаются в любой лавке.
— Точно такие же нигде не продаются, — он отвернулся от меня и опять уставился на Серого, который, пожалуй, сейчас выглядел не испуганным, а злым. — Значит, так, Сергей Евгеньевич. Вам предоставляется выбор: неплохо заработать или сильно пострадать физически. Что вы выбираете?
— Ответ очевиден, — буркнул Серый, весь вид которого выражал страдание от потери накопителей.
— За любую информацию про вашу бывшую подружку заплатим очень хорошо. Но еще лучше заплатим, если вы скажете, где она производит вот это. — Он покрутил накопитель перед носом Серого. — Сто тысяч, как вам?
— Хорошо, — ошарашенно ответил Серый, на его лице огромными буквами было написано непонимание происходящего. — То есть за информацию, где производятся эти накопители, вы мне заплатите сто тысяч?
— Именно, — подтвердил маг. — Готов делиться?
— Увы, — покрутил головой Серый. — Но деньги хорошие. Как только что-то узнаю… Кому мне позвонить?
Маг заулыбался и вытащил визитку, после чего они ушли, отказавшись как вернуть накопители, так и заплатить за них. Да еще и издевательски предложили обращаться по этому вопросу к Мальцевым.
Первое, что сделал Серый, закрыв дверь, — рванул к автоклаву, на месте которого увидел иллюзию, ткнул в нее, убедился, что куст «настоящий» и пришел в ужас.
— Боже мой, — ахнул он, — меня ограбили! Как? Как они могли пронести мимо нас работающий автоклав и заменить этим убожеством?
— Никак, — ответил я, оскорбленный тем, как назвали плод моего воображения, и развеял иллюзию. — Похоже, нам срочно нужна крыша. Причем такая, о которую Мальцевы обломают зубы.
— Расписываешься в собственной слабости? — успокоенно спросил Серый, любовно оглаживая автоклав.
— Расписываюсь в том, что вас я прикрыть не смогу, в случае чего, — сухо ответил я. — Я отвечаю за вашу безопасность.
Глава 27
Полине я заявил, что поиск проведу без нее и ночью. Возмущения пресек сразу, напомнив, что она ненадежный и непредсказуемый партнер, склонный к неповиновению и скандалам, а мне придется лезть в логово Мальцевых. Поэтому с нее записка для сестры, и на этом все.
— Я смогу постоять на стреме! — гордо сказала она.
— И что ты сделаешь, если рядом с тобой появится маг. Такой, как обыскивал Сергея? — скептически спросил я. — Громко завизжишь?
— А что сделаешь ты? — возмущенно спросила она.
— Я много чего смогу сделать, если у меня никто не будет висеть на хвосте. А если будет, то он подвергнет опасности и мою, и свою жизнь. Себя не жалко — пожалей меня, мне еще Сергея учить.
Серый, присутствующий при разговоре, только хмыкнул. Разборка шла в его квартире, поскольку началась сразу после приготовления зелья, а зелье я стал готовить, как только мальцевские маги ушли. Урок получился скомканным, поскольку настроение у всех было пришибленное — как-никак, нас только что ограбили самым беспардонным образом. И даже то, что зелье получилось выше всяких похвал, ничего не изменило: я от себя другого не ожидал, а мои ученики даже не поняли, какой шедевр создавался у них на глазах.
— А что делать, если они опять придут? — мрачно спросил Серый, который не отходил от автоклава, как будто опасался, что тот пропадет, а на его месте опять вырастет куст.
— Иллюзию ставить, — предложил я, понял по виду Серого, что такую сложную ему не потянуть, и добавил: — Ок, артефакт сделаю. Но это полумеры. Решать надо радикально.
— Это как? — подозрительно спросил Серый. — Радикально — это уничтожить всех Мальцевых? Я на такое не подписываюсь.
Я аж поперхнулся. Это он сейчас неэлегантно намекнул, что я маньяк-убийца?
— Это слишком радикально. Я на такое тоже не подписываюсь. Моя идея состоит в другом. Попробую. Скажу, если получится.
— А моя сестра? — опять напомнила про себя Полина.
— Ермолина, ты можешь с чистой совестью идти домой. Разумеется, после того как напишешь записку. Все объяснения завтра. — Посмотрел на зло прищурившуюся Полину и добавил: — И это мое окончательное решение. Иначе будешь заниматься сама. Через пару лет найдешь. Еще ненужные требования или возражения — и я заниматься твоим делом не буду.
Полина прикинула варианты, подавилась возмущением и спросила:
— Записку о чем?
— Коротко напиши что-то, чтобы было понятно, что я от тебя.
— То есть ты собираешься с ней переговорить? — опять загорелись ее глаза.
— Без комментариев, — удачно припомнил я недавно услышанную по телевизору фразу. — Я не знаю, как все пойдет, поэтому хочу быть готов к любому варианту.
Полина хотела было пристроиться за стол Серого, но я ее шуганул на кухню: там тоже стол есть, а этот нужнее мне. В принципе, артефакт для постановки иллюзии был несложным, но на него придется отдать один из накопителей, потому что заклинание нестабильное и быстро рассеивающееся без подпитки. Накопитель у меня был, но довольно большой и нужный мне для других целей.
— Серый, у тебя не осталось ненужного накопителя? — уточнил я, почти ни на что не надеясь.
— Ненужного нет, только нужные, — грустно пошутил он, доставая пару совсем крошечных из кармана. — Таких хватит?
— Хватит, — обрадованно ответил я. — Я по твоему столу пошарюсь? Тебе же на артефакт, ничего лишнего не возьму.
Не дожидаясь его ответа, я выдвинул первый ящик и принялся изучать содержимое. Запасливый, однако, он маг…
— Смотрю, ты у нас специалист широкого профиля, — проворчал Серый, с грустью глядя на выбранный мной накопитель. Второй-то он сразу прибрал.
— А как иначе? — удивился я. — Маг должен владеть всеми аспектами. Чем-то лучше, чем-то хуже, но при необходимости использовать все.
В столе нашелся подходящий моток проволоки, и я начал увлеченно выплетать нужную конструкцию. Хорошая штука, как оказалось, мячики для гольфа. Не попадись они мне, глядишь, сейчас было бы куда сложнее работать, а так и гибкость и сила пальцев уже не те, с которыми мне досталось это тело.
Артефакт был простенький и закончил я его быстро. Правда, пришлось пару правок внести: сначала почему-то просвечивал автоклав, а потом пришлось увеличить плотность. Но в целом получилось достойно.
— Класс! — восхитился Серый. — Когда я так смогу?
— Через год, если все пойдет по плану, — ответил я ученику и вспомнил, что давно не слышно ученицы.
Нашел я ее на кухне, где она убористым почерком заполняла уже второй лист, не иначе как сообщая сестре, что случилось, пока та отсутствовала дома.
— Ермолина, от тебя требовалось написать короткую записку в духе «Подателю сего письма верить, как мне», а не писать сочинение на тему, как прошло твое лето без любимой сестры.
— Но такое достовернее…
— У меня не будет времени ждать, пока она прочитает. А у нее может не быть возможности спрятать письмо, а значит, придется уничтожать, — пришлось пояснять очевидное. — По-твоему, что лучше сжевать: короткую записку или пачку листов?
— Маг может по-другому уничтожить бумаги, — с насмешкой сказала Полина. — Испепелить, а потом развеять.
— Может. Но если там стоит система контроля магических возмущений, то твоей сестре придется отвечать на вопрос, что и зачем она испепеляла. Кроме того, из свежего пепла можно восстановить листы вместе с тем, что на них написано. Даже если пепел как следует перемешать.
— Что, правда? — удивился Серый.
— А ты не знал? — в свою очередь, удивился я.
— Впервые слышу.
— Тогда поверь на слово, что можно. Всего пару часов, конечно, но тем не менее.
— Поняла. — Полина оторвала полоску от недописанного второго листа и аккуратно вывела: «Ярослав от меня. Полина». Так?