. Гефест и никогдашники уже хорошо летали – они воспользовались пыльцой похищенной феи, чтобы спастись с горящего «Буканьера» вместе с Капитаном Пиратов и найти Аладдина, Джеймса и Киму. Пыльца фей выглядела блестящей и манящей, но кожу Аладдина от нее сразу же начало щипать, словно у него аллергия – он был единственным, кто отчаянно чесался, тер кожу ладонями и покачивался, когда они вылетели из Пещеры Каннибала, а вот Кима парила, как рыба в воде. Он старался не приближаться к ней после того, как решил, что она хочет с ним расстаться. Она же не серьезно. Они родственные души. Лучшие друзья. Они будут вместе навсегда. Нужно просто сохранять спокойствие. Лучше всего вообще не обращать на нее внимания… Аладдин развернулся, чтобы посмотреть, где она, но из-за этого сбился с курса и начал кувыркаться, попав в порыв ветра. Он заставил себя выпрямиться и поклялся не думать о ней. «Сохраняй спокойствие, сохраняй спокойствие…» – приказал он себе мысленно, влетел прямо в облако и вскрикнул.
Джеймс Крюк, возглавлявший летучий отряд, оглянулся и увидел, что Аладдин падает.
«Должно быть, не может забыть о девчонке», – подумал он.
Пыльца фей плохо работала на влюбленных мальчиках – она щипала и вызывала сыпь. И не без причины: все феи Нетландии были верны Пэну, а Пэн запрещал мальчишкам на острове взрослеть. А влюбленность – это же главный симптом того, что ты взрослеешь, правильно?
Джеймс смотрел вперед, широко раскинув руки, и заставлял себя лететь все быстрее. «Роджер» накренился набок, паруса поймали ветер, а лунный свет упал на борт корабля, окрашенный в ужасный оттенок зеленого. Бюст Питера Пэна на носу блестел, словно Полярная звезда. Крюк гнался за кораблем на юг, вообще ни о чем не думая. Кровь его кипела, он хотел лишь одного: вернуть то, что принадлежит ему по праву. Но убить Пэна будет непросто. Сначала нужно отделить от него тень, а потом уже магия Доброго Директора завершит дело. Крюк ждал, когда дух Райана снова засветится внутри его, даст понять, что не подведет, когда настанет время, но чем настойчивее он искал в себе силу Доброго Директора, тем более холодной и пустой казалась ему собственная душа. Магия Райана была загадочной и непредсказуемой, словно ей вообще было наплевать на то, что нужно Джеймсу. Он задумался о том сильнейшем голоде, который почувствовал, когда тролль рассказал о себе… о голоде, похожем на ледяную черную дыру, это было совершенно не похоже на уютную теплоту магии Рафаля… На лбу Крюка выступил пот. Что, если магия Доброго Директора увидела, что Джеймс на самом деле злой? Что, если магия Райана, в отличие от силы Рафаля, на самом деле не на его стороне? Что, если она обернулась против него? Что, если она хочет, чтобы он умер…
– Эти парни из Школы Зла быстро учатся. Мы увели из этой школы лучшую команду, какую могли, – сказал Капитан Пиратов, подлетев к Крюку. Он показал ему маленький мешочек с пленной феей. – Я уже не раз спросил ее, как долго действует пыльца фей, но она не отвечает. Только хватает меня зубами за палец прямо через меш… Ай!
Он встряхнул мешочек, чтобы оторвать фею от пальца, но на этот раз пыльца не вылетела.
– Либо у нее закончились запасы, либо она придумала, как не отдавать пыльцу нам. Каков наш план после того, как доберемся до «Веселого Роджера»?
– Шок и трепет. – Крюк шумно выдохнул, прогоняя прочь опасения. – Убить Пэна, взять его команду в плен, вернуть корабль, а потом отвезти тело Пэна в Нетландию и недвусмысленно дать всем на острове понять: либо они поклянутся в верности мне, либо их ждет та же судьба.
– Ясно, – ответил Капитан.
– Ты бы сделал то же самое, – заметил Крюк.
– Правда? – задумчиво спросил Капитан. – Мой смертельный враг, все существование которого завязано на моей смерти, почему-то вообще не интересуется мной. Захватив меня в плен, он оставляет меня в живых, после чего покидает остров, где имеет абсолютную власть, и отправляется в таинственное путешествие. Если бы на твоем месте был я… я бы захотел узнать, куда он отправился.
Джеймс уставился на него.
– Но сейчас ты капитан, – улыбнулся его бывший директор школы и улетел обратно к своим никогдашникам.
Крюк замедлил полет и крепко задумался.
– Эти двое мальчишек на корабле Пэна. Кто они такие? – спросила принцесса Кима, догнав его. – Потерянные мальчишки носят на шее серебряные звезды. А у этих двоих – золотые солнца. Кто может быть выше по статусу, чем Потерянный мальчишка?
– Неплохо ты придумала с троллями, – сказал Крюк вместо ответа. – Возможно, ты в самом деле полезна.
Кима летела рядом с ним, не отставая:
– Первый комплимент, который ты мне сделал. Пусть и довольно сомнительный.
– Летаешь ты тоже неплохо, хотя ты маленькая, как фея. Ты и сама по себе, наверное, левитировать могла.
– Почему ты чувствуешь во мне такую угрозу, Джеймс?
– Это не личное, принцесса. Девчонки только отвлекают.
– Почему? Потому что я спасла тебя от опасности? Потому что отмахиваюсь от той чуши, которую ты несешь? Потому что в отличие от вас, мальчишек, которые обязательно сбиваются в команды или банды, мне вполне хорошо и одной?
Крюк повернулся к ней:
– Потому что ты красивая.
Он резко снизился и исчез в облаке.
Кима от удивления даже затормозила в воздухе. А потом покачала головой, криво улыбнувшись. Он просто насмехается над ней…
Аладдин врезался в Киму сзади.
– Ай! – крикнула она.
– П-п-прости, не могу себя контролировать! – крикнул он, резко свернув в сторону. – Слушай, я тут подумал – нам нельзя расставаться. Мы же идеальная пара. Во-первых, ты моя принцесса. Во-вторых, ты единственная девочка, с которой мне когда-либо хотелось быть. В-третьих, благодаря тебе я стал относиться к себе так хорошо, как никогда раньше. Без тебя я как перекати-поле, которое носит ветром. Но посмотри на меня сейчас. Даже просто говоря с тобой, я уже успокаиваюсь, – заявил Аладдин. Он действительно летел уже довольно ровно.
Но Кима смотрела на него еще более ровным взглядом.
– Ты перечислил причины, по которым нам нужно остаться вместе. Только вот ты рассказываешь, как хорошо тебе. А не нам.
Аладдин снова закружился на ветру, как сорвавшийся с веревки воздушный змей. Остальная команда пролетела мимо. Кима подхватила его в воздухе:
– Давай поговорим об этом, когда под ногами будет твердая земля.
Аладдин покачал головой:
– Но…
– Мы уже близко! – крикнул Крюк.
Аладдин и Кима посмотрели вниз через дырку в облаке и увидели, что Джеймс в окружении команды действительно уже нагоняет «Веселого Роджера».
– Мы спикируем по твоей команде! – крикнул Гефест.
Крюк задумался, затем посмотрел на Капитана Пиратов.
– Пока рано. Кима, Аладдин, за мной!
Потом он увидел Аладдина, которого действительно носило ветром, как перекати-поле.
– Хотя нет, я передумал. Только Кима. Остальные ждите моего сигнала!
Джеймс спикировал к своему фамильному кораблю, и Кима, не колеблясь, последовала за ним, отпустив Аладдина. Тот с криком влетел в облако.
С высоты птичьего полета Крюк видел, что палуба «Веселого Роджера» совершенно пуста, не считая лампы, висевшей на носу, – внутри, словно мухи, носились крохотные тени. На страже никто не стоял, так что Джеймс сумел приземлиться в тени за кучей веревок. Через мгновение рядом с ним уже сидела Кима.
– Что мы тут делаем? – прошептала она.
– Нам нужно узнать, куда Пэн летит, – ответил Крюк. – Давай разделимся и поищем его.
– Разделимся? Это твой корабль, Джеймс. Я вообще не представляю, куда тут идти…
Открылась дверь камбуза, и на палубу вышли трое Потерянных мальчишек, на шее которых блестели серебряные звезды. Ребята жевали подгоревшие куриные ножки.
– Пока нам так и не сказали, куда мы плывем. Просто «на юг», – проворчал один из них, на спине которого было вытатуировано имя «Стилтон».
– Видел хоть чего-нибудь? – спросил другой, с татуировкой «Римпи».
– Только карту Бескрайних лесов, разложенную на столе, и тех двух странных мальчиков. Они точно не из Нетландии. Питер сказал, что корабль теряет скорость. Приказал добыть еще пыльцы фей.
– Феи не дают нам никакой пыльцы после того, как эти пираты с «Буканьера» украли их подружку, которую Пэн послал на разведку, – сказал третий по имени Авель. – Мелкие гадины заявили, что не дадут больше никакой пыльцы, пока мы или не вернем обратно их подружку, или не освободим их из лампы, или Питер их всех не перецелует.
– Первое правило переговоров с феями, – ответил Стилтон. – Никаких переговоров с феями.
Они направились к лампе, висящей на носу. Едва они исчезли из виду, Джеймс схватил Киму за руку:
– Идем.
Он протащил ее по палубе и провел на камбуз.
– Если на столе лежала карта, это значит, они собрались в капитанской каюте, – прошептал Крюк, хмурясь. – В каюте моего отца.
Кима спустилась вслед за Джеймсом по узкой спиральной лестнице; на деревянных перилах какой-то вандал вырезал ножом многочисленные буквы «П. П». Крюк провел пальцами по инициалам, недобро скривив губы. Вскоре они услышали голоса из комнаты в конце зала. Крюк снял ботинки, Кима – туфли, и они босиком сошли с лестницы, присели возле двойных дверей и заглянули в щелочку между ними.
Питер Пэн сидел, откинувшись в темном кожаном кресле, закинув ноги на стол. Он курил сигару и выдувал дым в форме буквы «П». Его тень на стене зашлась жутким кашлем.
– И что, все проклятые Крюки вот так делают? Сидят здесь, дышат этой гадкой мерзостью и планируют мою смерть?
Он положил сигару на стол, рядом с коробкой богато украшенных кинжалов. Взгляд его маленьких зеленых глазок устремился к двум мальчикам, которые сидели перед ним, одетые в оранжевые саронги. Пэн откинулся назад, заложив тонкие жилистые руки за голову.
– Еще один день на юг, и мы доберемся до замков. Ваше видение не изменилось? Вы по-прежнему видите то же, что и раньше? Что это буду я?