– Я знаю этот корабль… – пробормотал Рафаль.
– «Веселый Роджер», – сказал Райан. Его золотой плащ развевался на ветру. – Корма как хвост дракона, семь парусов… Самый знаменитый пиратский корабль во всей Нетландии.
– Но у него другое название, – заметил Рафаль.
Райан проследил за его взглядом.
– «Могучий… Пэн»?
– Но вы можете называть меня Питер, – послышался голос. Директора школы увидели, как опускается трап и на берег сходит похожий на эльфа мальчик, высокий, худой, одетый в зеленые лианы. За ним следовали шесть голых до пояса мальчиков-подростков в зеленом и с медальонами в виде серебряных звезд – и еще двое, одетых в оранжевое. У одного на шее был медальон в виде золотого солнца, у другого – нет.
Рафаль вздрогнул, увидев эту пару. Они вперили взгляд своих карих глаз прямо на него. «Братья Садеры», – подумал он.
Он оглянулся на Райана, но его брат смотрел вверх, на школы. Заспанные ученики в пижамах, в том числе и Мидас, высыпали на балконы, разбуженные пушечной пальбой.
– Я не хочу драться, – протянул Питер Пэн; на его поясе блестели два кинжала. – Из надежных источников мне известно, что ваше время уже почти подошло к концу. Вскоре Сториан лишит вас сил, отберет бессмертие и сделает меня своим новым стражем. Я буду Директором школы, сделаю ваших всегдашников и никогдашников своими солдатами и превращу все Бескрайние леса в такое же мирное и послушное королевство, как Нетландия. Весь мир объединится под именем Пэна. И Добро, и Зло будут служить мне.
С корабля послышался тихий вскрик. Потерянные мальчишки тут же повернулись, но Пэн не сводил глаз со своих соперников.
– Вот оно, будущее, и неважно, нравится оно вам или нет, – сказал Питер, ковыряя носком ботинка гальку на берегу. – У вас есть на выбор два варианта. Вы можете смириться и подчиниться мне. Или можете рискнуть жизнью и сразиться со мной. Последнее вряд ли закончится хорошо, учитывая, что все мы одарены вечной юностью…
Питер ухмыльнулся.
А потом заметил на их лицах неожиданное чувство.
Страх.
– Или мы одарены ею уже не все? – спросил Пэн, шагнув к ним. – О нет. Неужели перо уже перестало вам помогать? Давайте проверим…
Он пинком швырнул в их сторону сразу целую кучу гальки. Райан ответил слабым заклинанием – сотворил светящийся щит, который отбросил камушки обратно в Питера. Но Пэн двигался быстро. Он проскользнул под камнями, взбежал по щиту Райана, словно по трамплину, сделал сальто назад и выхватил из-за пояса оба кинжала. Не зная, кого он собирается атаковать, братья промедлили на секунду дольше необходимого, затем попытались бежать – но Пэн уже приземлился между ними и ударил ножами в лодыжки, свалив на землю.
Хлынула кровь. Райан и Рафаль извивались от боли, хватаясь за ноги. Они не могли встать.
– Так, с этим все ясно, – сказал Пэн и щелкнул пальцами. Через мгновение Потерянные мальчишки уже набросили сети на упавших Директоров школы, заковали их в наручники и подхватили, словно мешки.
Последним, что увидел Рафаль, были братья Садер, стоявшие у озера, сложив руки. Они молча смотрели, как его и его брата-близнеца тащат к замку Зла.
Райан же отчаянно смотрел на учеников – своих и Рафаля, – собравшихся на балконах за́мков Добра и Зла, на армию из сотни всегдашников и никогдашников, которые могли бы их спасти… взять в плен незваного гостя…
Никто из них не двинулся.
Вскоре братьев утащили в Школу Зла, и ворота замка захлопнулись за ними.
Через несколько мгновений «Могучий Пэн» взлетел в воздух на последних остатках пыльцы фей, высадил Питера Пэна и братьев Садер в окно башни Директоров школы, а затем опустился к озеру и встал на якорь.
Две пары глаз осторожно выглядывали из-за борта, проверяя, не смотрят ли Пэн и Садеры из окна и вернулись ли ученики обратно в спальни.
– Твой козлячий визг нас чуть не убил, принцесса, – укоризненно сказал Крюк Киме. – Как думаешь, они нас увидели?
– Питер Пэн только что пригрозил превратить все Бескрайние леса в свои личные владения! – возразила Кима. – Нам надо что-то делать!
Их накрыли тени. Подняв глаза, они увидели Капитана Пиратов и девятерых никогдашников, спустившихся на пустую палубу в облаке пыльцы фей. Аладдин врезался лицом прямо в парус, потом грохнулся вниз между Джеймсом и Кимой.
– Мы можем сделать только одно, – заявил Капитан Пиратов. – Угнать «Веселого Роджера», вернуться в Нетландию и захватить власть на острове. Я приведу своих парней из Блэкпула и сделаю из этих «Мальчишек Пэна» новую команду, которая будет плавать под пиратским флагом.
– И оставить Пэна во главе Школы Добра и Зла? – в ужасе спросила Кима. – Он только что напал на наших директоров и захватил их в плен. Вы делайте что хотите, но я останусь и буду сражаться.
Аладдин, пошатываясь, поднялся на ноги.
– Куда Кима, туда и я, – проговорил он и посмотрел на Гефеста, ожидая, что лучший друг с ним согласится.
Но Гефест был не так уверен. Как и девять никогдашников, которых возглавлял Тимон. Как и все остальные ученики Школы Добра и Зла, которые молча смотрели, как уводят их директоров. Они сомневались, стоит ли дальше им доверять.
Они повернулись к единственному человеку, который действительно мог решить, что делать дальше.
К человеку, которому они все были верны.
К человеку, которому принадлежал корабль.
Но Джеймс Крюк молчал, смотря то на окно башни Директоров, то на за́мки Добра и Зла.
Он не думал о корабле, о Пэне, о Нетландии.
Он думал о двух братьях. И о том, как Садеры посмотрели на него и Киму на корабле. Они видели сквозь заклинание невидимости, но солгали Питеру и сказали, что в коридоре никого нет. Они знали, что Крюк прячется на борту. Они знают, что Крюк до сих пор здесь прячется. И он, и Кима, и все остальные. А это значит, что братья хотят, чтобы они были здесь. Словно Крюк и его команда сыграют ключевую роль в истории, которая развернется здесь. Словно Садеры на самом деле не так и верны Пэну, как ему казалось…
Но тогда им нельзя отсюда улетать.
Нужно дождаться, чем закончится сказка.
Нужно найти в ней свое место.
Но как?
А потом Крюк заметил кое-что.
Оно висело прямо перед ним на поручне борта, словно его специально повесили так, чтобы он заметил.
Ожерелье с золотым солнцем.
Глаза Джеймса блеснули, отразив его свет.
– Ну? – спросил Капитан Пиратов. – Что нам дальше делать, капитан Крюк?
– Мы можем сделать только одно, – ответил Джеймс.
Он взял в руку ожерелье и показал его своей команде. На обратной стороне солнца кто-то написал для них послание. Три слова, после которых не осталось никаких сомнений в том, чего хотят от них два брата-провидца.
ИДИТЕ В ШКОЛУ
2
– Вы кто? – прорычал волколак.
Он стоял возле комнаты Страха, в которой обычно наказывал провинившихся никогдашников, и свирепо смотрел на идущих в его сторону мальчишек, которые тащили сеть с двумя телами.
– Мы мальчики Питера Пэна. Пэн – новый Директор школы, – объявил один из мальчиков. Он подтащил тела вперед и толкнул их ногой. – Сколько тебе платят эти двое?
Волколак уставился на двух Директоров школы, завернутых в сеть. Руки скованы наручниками, штаны пропитались кровью.
– Недостаточно, – ответил заведующий комнатой Страха.
У его ног тут же приземлился кошель с монетами.
– Мы платим двадцать золотых монет, чтобы ты охранял этих двоих и подвергал их любым пыткам по своему усмотрению, – сказал Пропавший мальчишка. – Они теперь смертные. Да и магии в них особо не осталось, судя по всему. Ладно, ребята, пойдем отсюда.
Райан и Рафаль отчаянно пытались вырваться из пут. Будь их магия в порядке, они бы уже давно освободились и разнесли этих нахалов в клочья. Но парень был прав. Что-то изменилось. Они шептали заклинания, взмахивали едва светящимися пальцами… но ничего не происходило.
– Как я и сказал, – протянул Потерянный мальчишка, снова посмотрев на волколака. – Двадцать золотых монет за то, что ты укажешь этим двоим их настоящее место и продержишь здесь до тех пор, пока они не рассыплются в прах.
– Шестьдесят, – ответил волколак.
– Ты пришел сюда, потому что тебе и твоим волколакам обещали защиту от Камелота! – возмутился Рафаль. – От короля, который охотится на твоих сородичей…
– И как вы собираетесь нас защищать, если вы теперь смертные и без магии? – щелкнул зубами волколак. – Если у нас будет золото, то я и мои волки хотя бы сможем купить верность какого-нибудь из никогдашных королевств, чтобы они нас защищали.
У его ног приземлились еще два кошеля с золотом.
Волколак открыл дверь комнаты Страха:
– Заносите.
Пока Потерянные мальчишки уходили из подземелья, волколак уже успел разрезать сети, опутывавшие Директоров школы, и приковать к стене, на которой висели разнообразные орудия пыток: кнуты, ножи, дыбы, палицы, тиски, гарроты и многое, многое другое.
– Говорил же тебе, что с волками будут проблемы, – укоризненно сказал Райан брату.
– Ну и в переделку же вы попали, а? Лишились должностей, лишились силы, школу отдали капризному сопляку… – сказал волколак.
– Сколько бы они тебе ни заплатили, мы дадим вдвое больше, – пообещал Рафаль.
– Втрое, – сказал Райан.
Рафаль посмотрел на него.
– Не будь таким скрягой, – пробормотал Райан.
– Как забавно, – продолжил волколак. – Вы столько времени отправляли сюда детишек, чтобы их наказали, а теперь детишки отправили сюда вас.
– Это Рафаль отправлял детей к тебе, а не я… – начал Райан.
– Вас никто больше не уважает, – прорычал волколак. – Школа Добра и Зла когда-то была знаменита своими директорами-близнецами, любовь которых друг к другу была сильнее, чем верность своей стороне. Но потом пошли слухи о том, что в их отношениях пробежала трещина – трещина, из-за которой в школе появились незваные гости и захватчики… трещина, которая угрожает лишить братьев их силы. В Бескрайних лесах еще не знают, что угроза на самом деле уже исполнилась.