— Помнишь, как мы играли? — обратился он к мальчику.
— Наперегонки? — переспросил малыш.
— Да! Именно! Ты мог добежать до самых ворот и при этом ничуть не устать!
— Да, — мальчик смущенно согласился, слегка опустив голову.
— Давай сыграем? — мужчина продолжал.
— Но ты говорил, что мне нельзя здесь играть, — хотел было возразить мальчишка.
— Сейчас особый случай, — мужчина не сбавлял напор. — Мне надо, чтобы ты добежал до дома.
— До дома? — удивился мальчик. — Пап! Это очень далеко! Я не могу!
— Можешь, сынок, можешь, — улыбнулся мужчина. — Ты всё можешь! Представь, как мама обрадуется!
— Но… я… — ребенок явно был в замешательстве.
— Ради мамы! Пожалуйста! — мужчина едва не криком обращался к ребенку.
— Хорошо, пап… — обреченно согласился мальчик.
Мгновение спустя мужчина достал из кармана черный блестящий кулон на длинной серебряной цепочке. Он обнял ребенка и сжал его руку, приготовившись вложить в неё блестящий предмет.
— Я люблю тебя, сынок.
— Я тебя тоже, па… — не успел мальчик договорить, как двери за его спиной раскрылись и мужчина, сжав в руке малыша кулон, что есть силы закричал:
— Беги!..
Мальчик, словно по волшебству, мгновенно исчез, и действия сюжета воспоминаний также сиюминутно застыли. Двенадцатый часто видел схожий сюжет в своих снах, но никогда раньше он не был столь реальным. На этот раз всё было будто наяву, он мог отчетливо разглядеть черты лица мужчины, помещение… и наконец перед его глазами предстало то, что скрывалось за внезапно раскрывшимися дверями. Четверо мужчин в грязной армейской форме с автоматами, направленными прямо в сторону ребенка… Лицо одного из них было обезображено пугающим шрамом.
Хлопок и вспышка света в одночасье прервали поток воспоминаний Двенадцатого. Он, словно выйдя из транса, на мгновение дезориентировался. Ещё секунду назад он бежал в начале огромного коридора, и вот сейчас каким-то магическим образом оказался в самом его конце. Аварийные створки отсека захлопнулись прямо за его спиной, отрезав путь к модулю мостика, где потоки оставшегося воздуха и изувеченных тел в едином порыве устремились прямо в открытый космос сквозь систему аварийной очистки. Двенадцатый стоял неподвижно, наблюдая, как за стеклом в считаные мгновения практически полностью опустел коридор, оставив за собой лишь мертвую пустошь побоища… По его волосам стекали остатки воды, а кроссовки практически полностью были погружены в скопившиеся в коридоре лужи. С неменьшим удивлением за всем произошедшим наблюдал и Марк Кларсон, точнее, существо, которым он теперь был. Несмотря на ужасающий вид его изувеченного лица, на нем вполне отчетливо читалось полное недоумение от происходящего. Он практически уже скрылся в соседнем модуле, как вдруг шум за спиной привлек его внимание. На удивление инженер, которого он уже посчитал сгинувшим в пучине изолированного отсека, стоял прямо напротив него, живой и здоровый. Кларсон поник, слегка опустив голову. Его зрачки едва заметно подрагивали, отражая глубокие раздумья, в которые погрузилось существо. Он мысленно перебирал все возможные объяснения произошедшего, прокручивая один сценарий за другим, но ни в одном из них инженер не выживал. Тем временем несколько существ, возникших около Кларсона, приметили Двенадцатого и мгновенно устремились в его сторону. Одно из них на четвереньках отрывистыми движениями в прыжках перебралось сначала на стену, а следом и на потолок, двигаясь уже по верху абсолютно параллельно полу. Другие два монстра гнались друг за другом по узкому коридору, попутно срывая небольшие куски искусственной облицовки. Двенадцатый, заметив приближение врагов, бегло осмотрелся: столь полюбившийся ему разводной ключ пришлось бросить на мостике, и теперь у него не было ничего, что могло бы спасти ему жизнь. Без лишних раздумий он скинул свою куртку и словно матадор приготовился перехватить ей первого монстра, мчавшегося по потолку. На теле существа всё ещё виднелись клочки разорванной одежды. По всей видимости, это был некто из высокопоставленных гостей вечера. В обезображенном образе его высокое происхождение выдавали оборванные клочки дорогой рубашки и пиджака, кровавыми лентами свисающие с изувеченной спины. Позвоночник создания заметно видоизменился, мутировав в районе поясницы и образовав огромный зловещий шипованный горб. Правая рука была примерно в два раза крупнее левой, а пальцы, словно склеенные, образовывали широкие костяные лезвия подобно громадным тесакам. Эта махина мчалась по потолку, буквально вгрызаясь огромными когтями в корабельное покрытие. Естественно, подобная перегрузка для несущей конструкции была неестественной, и сразу же за существом она с безумным грохотом обрушивалась в скопившиеся лужи воды, вместе со всей проводкой, датчиками и кусками настенных покрытий. Наконец в нескольких шагах от Двенадцатого монстр сделал решающий прыжок прямо в направлении последнего. Инженер не особо успевал анализировать происходящее и действовал скорее инстинктивно. На удивление эти инстинкты оказались необычайно эффективными: ловкими движениями он обмотал свою куртку вокруг шеи создания, попутно уворачиваясь от размашистых ударов когтями. Взбежав несколько шагов по стене, он оказался прямиком за спиной противника, руками сжимая куртку на шее обескураженного монстра. Тот судорожно начал размахивать лапами, стараясь зацепить обидчика, вместе с тем не в силах ничего поделать с сильнейшим удушением в области горла. Один из ударов всё-таки достиг своей цели, и костяной коготь пробил левое плечо Двенадцатому. Инженер завопил от боли, но не сбавлял хватки. Казалось, ещё несколько секунд — и враг будет повержен навсегда, однако два оставшихся существа мчались что есть силы и уже были на расстоянии прыжка. Вновь без лишних раздумий Двенадцатый отпустил куртку и прыгнул прямо им навстречу, уцепившись рукой за свисающий сверху электрический кабель. Провиснув на нем буквально до самого пола, он, упершись руками и ногами о стены, завис в полуметре над землей. Следующим движением он резко бросил оголенный конец кабеля прямиком в скопившуюся под ним воду. Электрический разряд, словно сверкающая шаровая молния, промчался по коридору, свалив всех толпившихся там монстров. От столь сильного короткого замыкания в коридоре тотчас же погас свет. В воздухе повисла тишина. Инженер, несмотря на казавшееся спасение, что есть силы держался, чтобы не упасть в воду. Капли крови стремительно стекали по его плечу, руки судорожно трястись от напряжения и готовы были вот-вот сорваться. Но ослабленная корабельная обшивка всё решила за уставшего инженера, обрушившись прямо у его левой ноги. Двенадцатый с грохотом упал прямо в воду. К счастью, отсек уже был обесточен коротким замыканием и вода была больше не опасна. К слову, удар когтем монстра явно не прошел без следа. Инженера бросило в жар, и по всему телу проносились импульсы, словно заряженные разряды молний. Перед глазами проносились какие-то картинки, словно ожившие из былых снов. В этом безумном круговороте мыслей и образов он и не заметил, как с коротким глухим звуком вдоль обеих стен зажглись красные аварийные огоньки, слегка осветив место сражения. В зажегшемся свете инженер с ужасом узрел неминуемое. Прямо в шаге от него над телами поверженных существ стоял Марк Кларсон, издавая хриплый протяжный звук, похожий на дыхание. Резким рывком он вцепился рукой в шею Двенадцатого и поднял его вверх практически к самому потолку. Его свирепый взгляд без эмоций и сострадания словно пытался «прожечь» душу истерзанному инженеру. Огромные расширенные ноздри с гневом и яростью захватывали массы разряженного дыма и воздуха. И в этом потоке благовоний, словно пламя свечи в ночном мраке, выделялся один до боли знакомый ему запах. Запах, который он не спутал бы ни с одним другим. Запах крови из раны Двенадцатого. Это была не обычная кровь, и монстр, несомненно, об этом знал. Марк тотчас же разжал руку, бросив инженера на пол, и начал судорожно махать головой из стороны в сторону, будто стараясь избавиться от какого-то навязчивого образа. Его глаза закатились, и он двумя руками вцепился в свою голову, издавая громкий озлобленный рев. Двенадцатый не шевелился, пытаясь понять, что за новую игру затеял монстр. Вдруг Кларсон, словно под гипнозом, замолк. Его глаза были закачены вверх, а руки, словно парализованные, безвольно свисали вдоль плеч. Он слегка наклонил голову в сторону инженера. Двенадцатый обреченно смирился.
— Ладно, здоровяк. Давай. Только быстро.
— Люций! — зловещим басом прохрипел Марк. — Тициан падёт, а вместе с ним и всё твоё племя! Весь опыт и знания твоего народа развеются пеплом, став частью безжизненной глади мироздания…
Двенадцатый был явно обескуражен подобной пафосной речью своего убийцы и попросту замер, изобразив выражение явного недоумения. Кларсон продолжал:
— Лишь ты способен предотвратить это, Люций. Призови своих сыновей, братьев, друзей и врагов! Под общими знаменами Фириев вы вернетесь на Тициан, чтобы спасти его! Пески бытия уже начали обратный отчет. Поспеши!
— Но… — едва слышно прервал его инженер. — У меня нет детей!.. И… я не Люций!
Однако Марк будто не слышал возражений Двенадцатого и продолжал свой монолог:
— Давай уже. Действуй!
— Что? Послушайте, я правда не понимаю, — Двенадцатый вновь пытался уловить нить здравого смысла.
— Ты мне как сын, Люций! Помни это в следующей жизни.
На мгновение Марк замолчал и после секундного затишья вновь выдал странную фразу:
— Они близко! Уходим!
Инженер, получив формальное добро на бегство от своего противника, не стал вдаваться в причины его безумства и тотчас же бросился в сторону нижних отсеков, попутно причитая: «По ходу, её батя совсем спятил!». Между тем Марк Кларсон остался стоять на месте, не издавая ни звука, лишь беглые движения зрачков под веками выдавали признаки его сознания.
Глава 24. Забытые
Тем временем вдоль аварийных шахт к служебным докам быстрым шагом передвигалась группа уцелевших на мостике. Кассилия укорительно смотрела на сержанта, следовавшего в шаге от неё. Дэвид, чувствуя на себя сверлящий взгляд девушки, наконец не выдержал: