Девушка вздрогнула, потупилась.
— Да, что-то такое. Простите, сэр.
Хёрт вздохнул и повернулся к Натали.
— Найдите этого Келвина. Предположу, что он на какой-нибудь яхте. Передайте информацию команде.
— Поняла, — кивнула Натали и сделала шаг к выходу, но остановилась. — у вас какие-то подозрения, сэр?
Хёрт медленно кивнул.
— Да. Разрушения после инициации из-за неспособности контролировать только открывшиеся способности — это нормально и привычно. То, что делает Борей, не вписывается в норму. Всё, что не вписывается в норму, подозрительно.
Натали задумалась на секунду, а затем спросила:
— Передать команде, чтобы были осторожными?
— Им положено быть осторожными, — ответил Хёрт. — Нет, пусть действуют дальше.
— Сэр, — поднял голову один из операторов. — Входящий звонок. От президента.
Хёрт приподнял бровь в некотором удивлении, затем кивнул, указывая на панорамное окно за спиной.
— Понял. Переведи в комнату.
Оказавшись в комнате, Хёрт поднял трубку и принял вызов.
— Директор Хёрт слушает.
«Джек!» — голос президента сочился недовольством и нетерпением. — «Будь добр, поясни, что там происходит, почему преступник ещё не пойман, и почему, чёрт подери, это транслируется на всю страну?»
— Одну секунду, мистер Президент.
Хёрт поставил вызов на удержание и нажал на переговорную кнопку.
— Узнайте, кто ведёт трансляцию погони.
Зал зашевелился. Через несколько секунд на экран начали выводить трансляции с разных каналов, но все они показывали лишь оставшиеся в городе разрушения. Вертушки телевизионщиков держали подальше, на все возмущения журналистов плевали, а пилотам прямо доносили информацию: если те нарушат запрет — лишение лицензии и тюремный срок обеспечен. Пилоты были куда меньшими идиотами и не собиралист рисковать карьерой ради «острого сюжета». Хёрт вернулся к прерванному разговору.
— О какой трансляции идёт речь? Журналистов держат на дистанции.
«Интернет, Хёрт!» — почти выкрикнул президент.
Впрочем, Джек и сам увидел на экране трансляцию. Кто-то вёл съёмку того, как новоиспечённый метачеловек прокатился по улицам, неся смерть и разрушения, в самом прямом смысле. Хёрт нахмурился. Сотрудники уже бегали, ободрённые прибежавшими Честерами, пытались найти источник трансляции. То, что происходило на экране, было подставой. Ещё не критической, но уже довольно ощутимой.
— Вижу.
«Хёрт!» — президент очень много эмоций вложил в одно слово, сделал вдох/выдох, и продолжил с таким спокойствием, на какое был способен. — «Я знаю о директиве захвата. Да что там, я сам прекрасно понимаю, почему надо захватывать инициированных и сначала разбираться с их состоянием, а уже потом поднимать дилемму: „казнить нельзя помиловать“. Но всё это только в случае, если масштабы разрушений удаётся скрыть!»
В конце Блэк всё же не выдержал и прикрикнул.
— Всё происходящее… вызывает множество вопросов. В этой ситуации захват и допрос подозреваемого становится обязательным. С большой вероятностью после парня ждёт суд. Очевидно, что убивал всех на своём пути он осознанно. Вероятность, что он находится в состоянии изменённого сознания, существует, но… — Хёрт замолчал, быстро обдумывая ситуацию.
«Суд! Суд, Хёрт, и никаких иных вариантов! А теперь всё же ответь мне на вопрос, почему он всё ещё на свободе?» — настоял президент.
— Потому что умеет пользоваться своей силой, мистер Президент. Ещё одна причина его захватить и допросить.
Президент помолчал немного, но согласился.
«Твоя правда. Действуй, Джек. Нам надо выйти из этой ситуации с минимальными потерями» — вздохнул Блэк.
— Спасибо, мистер Президент, — кивнул Хёрт.
Положив трубку, директор подошёл к стеклу, наблюдая за экраном.
Яхту с Келвином нашли до того, как герои спрыгнули на голову Алистеру. Конвертоплан высадил команду прямо на палубу. Все пассажиры были одеты в спасательные жилеты и спрятаны, само собой, не внутри, на случай, если Алистер попытается потопить судно.
Герои заняли позиции на открытой палубе яхты, позволяя Алистеру подняться на борт, но в то же время перекрывая ему дорогу к пассажирам. Инициированный не стал атаковать сразу, остановив катер у борта и перебравшись на яхту. Начался разговор, Вектор пытался убедить Алистера сдаться. Тайфун был готов сбросить метачеловека в воду.
Хёрт опустил взгляд с экрана на своих людей в зале. На исход переговоров директор повлиять не мог, а если и мог, то не в лучшую сторону. Вектор, да и Стигма, прошли курс переговорщиков и понимали, что такое триггер. Ситуация на яхте, так или иначе, будет разрешена. Хёрт ждал других результатов.
Вошла Натали.
— К городской системе мониторинга подключились. Погоню вели практически от самой школы и до береговой линии. На берегу подключили камеру на спасательном вертолёте.
— Источник трансляции? — спросил Хёрт, не питая особой надежды.
— Не обнаружен. Но это точно не хакер-одиночка. Видео обрабатывалось в реальном времени, трансляция быстро переключала камеры, выбирая наиболее… — на лице Натали заиграли желваки, — кровавые моменты. Мы отозвали вертолёт береговой охраны, и трансляция сразу оборвалась.
Хёрт отрицательно качнул головой.
— Это чья-то операция, от начала и до конца. Выставляют наши действия в определённом свете? Сомнительно, команда особых ошибок не совершала. Очернить репутацию не выйдет, пара интервью со мной и Вектором всё поправят.
Натали пожала плечами.
— Может, хотели увидеть, как мы работаем?
— Не похоже. Тогда Алистер не убегал бы, а принял бой. Копайте прошлое Алистера. Инициация произошла не сегодня, а раньше. И ещё… — взгляд директора остановился на видео с камер костюмов.
Выглядело всё так, будто Борей уже готов был сдаться. Однако парень вновь напрягся для атаки. Это было видно по всей его позе. Стигма поворачивает голову и в кадр попадает Келвин. Лицо самодовольного кретина так и просит кирпича. Мажор что-то говорит. Не нужно читать по губам, чтобы предположить, что ничего умного и уместного этот человек сказать не может. На полуслове Кельвина прерывает воздушный удар Тайфуна, выбрасывающий гражданского за борт. Атака Алистера запаздывает лишь на какие-то доли секунды.
А затем начинается потасовка в ограниченном пространстве, где все четверо пытаются не раздолбать яхту в процессе боя.
— Гиллеру доставить сюда. Дать Эрику её исцелить.
— Думаете, это поменяет настрой парня? — не без скепсиса спросила Натали.
— Хочу проверить. Если он резко поменяет своё отношение — сестра для него действительно была триггером. Если же нет…
В кадре виден Алистер, вздрагивающий от электрошока и падающий на покорёженную палубу. Все те несколько секунд, имевшиеся у Борея для активных действий, появились только потому, что герои пытались взять его живым.
Хёрт нажал на кнопку передатчика.
— Передайте команде, чтобы тщательно обыскали парня.
Пока подошедшая Стигма надевала оковы, Вектор приступил к обыску.
— Если весть о сестре никак на него не повлияет, то инициация произошла раньше, — закончил мысль Хёрт.
Вектор продемонстрировал найденный у Борея паспорт, подтвердивший имя и фамилию. Также у парня нашёлся маленький пакетик с порошком, нож, сигареты и зажигалка, ещё всякая мелочь. Ничего подозрительного. Тайфун в это время отгонял остальных пассажиров, пытавшихся снимать. Когда слова не подействовали, Сэм просто отобрал телефоны и выбросил за борт. На общее возмущение дал самому громкому по лицу. Осторожно, чтобы ничего не сломать тяжёлой печаткой.
— И постарайтесь обыскать яхту на предмет видео и аудио записывающего оборудования. Не удивлюсь, если найдёте много интересного.
— Сэр, в зону действия прибыл военные вертолёт, — сообщила Натали. — На борту два федеральных агента, просят разрешение подняться на борт для содействия.
— Имена агентов, — потребовал Хёрт.
Натали переадресовала вопрос, а затем назвала две фамилии.
— Не знаю таких. Ответ отрицательный, запретить приближаться к яхте, пока мы там не закончим.
Глава 21
18 марта 2016 года
Федеральная тюрьма в Тусоне, Тусон, Аризона
К техническим воротам тюрьмы подъехал грузовик, остановившись у ограждения. Почти новый Kenworth Т660 мерно тарахтел дизельным двигателем, пока охранник тюрьмы шёл к кабине. Запрыгнув на подножку, он заглянул в окно, увидев девушку двадцати лет в рабочем комбинезоне и обычной кепке. Нисколько ей не удивившись, охранник спросил:
— Документы?
Девушка передала пачку бумаг. Охранник посмотрел разрешение на въезд, накладную груза, а затем дошёл до пропуска самого водителя. На фотографии красовался мужчина лет пятидесяти, с морщинистым лицом, куцей бородкой и синяками под глазами. Охранник внимательно сверил лицо девушки с фотографией, кивнул и вернул бумаги.
— Всё хорошо.
— Спасибо, офицер, — отозвалась девушка-водитель.
— Досмотр кабины, — продолжил офицер.
Спрыгнув с подножки, он обошёл машину и залез на пассажирское сидение. Осмотрел кабину, не особо пристально, но всё проверил. Под водительским сидением заметил пистолет.
— У меня есть разрешение, — пожала плечами девушка.
Охранник кивнул и глянул в спальник. В углу сидел мужчина лет пятидесяти, тот самый, с фотографии. Без сознания. Охранник его не заметил.
— Правила, как везде. Из машины не выходить.
— Понял, — подтвердила девушка.
Охранник выбрался на улицу и дал отмашку своим. Ворота открыли, грузовик пропустили на территорию. Развернувшись на парковке, Валькирия подогнала кузов к разгрузочным воротам и заглушила двигатель. Два охранника, вышедших из здания, встали в десятке метров от машины, по правую и левую сторону. Валькирия открыла окно и, особо не высовываясь, спросила:
— Сколько у меня времени? Успею подремать?
— Сегодня Говард дежурит, а он дотошный, будет в каждую щель заглядывать, — охотно ответил охранник. — Часа три у тебя есть.