– Психологов еще, – подсказала я.
– О да, психологов! – Он помолчал, продолжил скучным тоном: – Экономика преобразовывается из ресурсной в перерабатывающую, поэтому сейчас требуется много техники, приходится использовать новые технологии… Ой, зачем я это все тебе рассказываю… – Он улыбнулся. – Короче, я в ближайшее время, Лидочка, не олигарх. На кусок хлеба с маслом и икрой… Где, кстати, икра? А, она в холодильнике… Так вот, на все это у меня средства имеются, но на поездку на Мальдивы… Не знаю, в ближайший год туда мы с тобой точно отправиться не сумеем.
Я встала, потянулась, поцеловала Лешу в щеку:
– Это к тому, что теперь я хочу тебя поддержать, – сказала я, повторяя его вчерашние слова. – Ты как будто оправдываешься. А я тебя понимаю.
Я и в самом деле его понимала, я в нем, точно в зеркале, видела себя – только в другой, женской ипостаси.
– Тебе сегодня надо куда-то? – спросил он.
– Сегодня? Возможно.
– Запасные ключи на полке у дверей. Уходи, приходи, когда тебе угодно… Вернее, приходи. – Он внимательно посмотрел мне в глаза.
– Созвонимся, – кивнула я.
– Ну все, я поехал, не хочу опаздывать.
– Счастливого дня.
– Счастливого дня, Лидуся. – Он поцеловал меня в макушку и быстрым шагом покинул кухню. Через минуту хлопнула входная дверь.
Я осталась сидеть на кухне, в тишине.
А ведь Леша совершенно не походил на героя современного любовного романа. Не принц, не олигарх, не лощеный топ-менеджер, каких часто показывают в кино.
Артем – вот кто напоминал этот образ.
Но и я не принцесса, не роковая красотка, которая постоянно общается с какой-то там внутренней богиней. Я обычная «хорошая девочка Лида», даром что тридцати двух лет.
Жизнь, оказывается, совершенно не походила на те истории, что показывали по телевизору. И сейчас мне предстояло совершить еще один, совершенно нерациональный и странный поступок.
Сталинская постройка в районе Садового кольца. Я показала охраннику на входе пропуск, поднялась на нужный этаж – под нашу контору было арендовано целое крыло.
– Ниночка, привет, – поздоровалась я с секретаршей. – Борис Львович у себя?
– Да, он на месте. Вы договаривались?
– Нет. Но у меня срочное дело…
– Минутку. Борис Львович, тут Лида Савельева, примете? Да, хорошо. Проходи.
Я кивнула. Длинный коридор вел к кабинету начальника. Я постучалась, вошла.
Борис Львович располагался в большом кабинете, стены которого подпирали высокие стеллажи с папками. Документы на столе, на полу.
– Лидхен, дитя мое! – обрадовался Борис Львович, привстав с кресла, и я в который раз поразилась тому, насколько мой шеф был похож на Чехова, он имел сходство с тем знаменитым портретом писателя, где тот изображен уже в возрасте, с пенсне на носу. Правда, у Бориса Львовича на переносице сидели обычные современные очки, но тем не менее внешнее сходство с классиком определенно просматривалось. – А я как раз собирался связаться с тобой. Скоро состоится Международная конференция экологов в Бонне. Через два дня. Прости, что не предупредил заранее, но вот такая наша жизнь, порой все настолько непредсказуемо, что просто диву даешься…
– Я не смогу, Борис Львович, – сказала я. – Собственно, я поэтому и пришла к вам. Хочу написать заявление об увольнении.
Борис Львович снял очки, потер переносицу. И произнес уже другим, усталым голосом:
– Но как?.. Почему? Лида, ты меня без ножа режешь… Где я тебе замену найду, да еще в столь короткий срок?
– Борис Львович, никак не могу сейчас ехать! – с отчаянием произнесла я. И вдруг представила: снова дорога, гостиницы, другие города и другие люди… Ощущение одиночества, подвешенности во времени. Словно пока я в командировке, я не живу вовсе, а настоящая жизнь проходит мимо.
– Но что за причина? С чего вдруг? Брак? Беременность? – вздохнул Борис Львович. – Я тебя не понимаю, Савельева… Вот уж не ожидал, что ты, именно ты способна выкинуть такой фортель!
– Ost und West, daheim das Best… – пробормотала я. – Восток ли, запад ли – а дома лучше, как говорится. Дело не в браке и не в беременности. Но, правда, Борис Львович, я устала от всех этих поездок.
– Это безумие. Люди держатся за работу, боятся ее потерять, а ты мне говоришь, что устала! – всплеснул он руками, затем опять нацепил на нос очки и принялся внимательно разглядывать меня. – А я вот уверен, что ты собираешься в ближайшее время устраивать свою личную жизнь.
– Большинство женщин мечтают устроить свою личную жизнь, – меланхолично произнесла я. И вдруг вспомнила Марину Крюкову, свою бывшую однокурсницу.
– И, можно подумать, они становятся от этого счастливее! Но кто, кто тогда поедет в Бонн, если ты уходишь? Мне опять придется ломать голову…
– Борис Львович, у меня есть знакомая, мы с ней учились вместе. Она вполне себе имеет представление о нашей профессии, хотя опыта, как я понимаю, у нее нет.
– Учились вместе? Знакомая? Нет, я всей душой против половой дискриминации, но кто мне гарантирует, что твоя знакомая тоже не сбежит из моей конторы в поисках личной жизни?..
– Эта не сбежит, я уверена.
– Не знаю, не знаю… Ладно, давай ее координаты, у меня просто нет иного выхода.
Я положила на стол визитку Марины.
Борис Львович взял визитку, повертел ее в руках, разглядывая, затем вздохнул, глядя на меня с укоризной:
– Ты не передумаешь, Лидхен?
– Нет, Борис Львович, не передумаю.
– Вот упрямица… Ладно, заявление я тебе подпишу, куда деваться. Но… давай так договоримся. Я буду тебе время от времени звонить, приглашать… Когда возникнет необходимость в срочном переводе, требующем высоких профессиональных знаний.
– Ничего не обещаю, – честно ответила я. – Хотя, возможно… если вдруг… Ах нет, не знаю. Я правда не могу сказать ничего определенного!
– Другой работодатель занес бы тебя в черный список, – сурово произнес Борис Львович. – Но ты, Лида, сколько я помню, всегда выручала меня. И была со мной откровенна. Хорошая ты девочка, Лида… Что поделать, что поделать… Ладно. А я ведь, заметь, большие деньги тебе всегда платил, не жадничал, не обделял тебя.
– Спасибо. Вы лучший.
– Возможно, ты еще вернешься. Поэтому я не хочу с тобой ссориться…
– Все возможно, – кивнула я.
Оформив все необходимые документы, я покинула контору. Мне было и грустно, и страшно, но вместе с тем я не сомневалась в своем решении.
Когда я вышла из метро на своей станции, в сумочке завибрировал мобильный.
– Алло?
– Лида, это я… – Это была Марина. Она всхлипнула, потом засмеялась. – Послушай, это не розыгрыш?
– Ты о чем? Тебе сейчас звонили из моей конторы?
– Да. Значит, не розыгрыш. Мне предложили работать синхронисткой. Сегодня вечером назначено собеседование с начальником, Борисом Львовичем Буслюком. Послушай, мне надо встретиться с тобой сейчас, буквально на пару минут. Я тут, неподалеку, все у того же ученика… Давай в том же кафе, а?
– Хорошо, я уже рядом.
Я, оказавшись в своем любимом кафе рядом с домом, взяла кофе и села за свободный столик у окна. Марина появилась минут через десять – с пылающими щеками, растрепанная, глаза ее блестели.
– Лида… Но это же чудо! – Она плюхнулась на стул напротив меня. – То, о чем я мечтала, вдруг начало сбываться…
– Только не подведи, – коротко заметила я.
– Постараюсь, изо всех сил буду стараться! – с горячностью воскликнула она. – Я отдаю себе отчет: подобный шанс выпадает редко, и я не должна его упустить.
– Будь внимательна – Львович мягко стелет, да жестко спать. Первое время он не даст тебе спуску. Не опаздывать, не спорить, максимальная собранность…
– Я понимаю. – Марина помолчала, глядя куда-то в сторону и почти не моргая. Затем встряхнулась, улыбнулась: – А ты знаешь, сейчас репетитор вовсе не обязан бегать по ученикам. Можно прекрасно преподавать по скайпу. Это удобно. Тебя с руками оторвут в любой языковой школе, и, кроме того, ты можешь работать индивидуально, ни от кого не завися. Да, и, главное, всегда бери залог за следующее занятие – так ты не потеряешь время, если твой ученик вдруг не сможет прийти…
– Я знаю.
– Да, ты знаешь, ты этим уже занималась. Лида… я перед тобой в долгу, – с силой выдохнула Марина. Наверное, именно поэтому она и хотела со мной сейчас встретиться – высказать свою благодарность.
– Нет. Пока все неопределенно. Готовься к поездке, тебе повезло, что главной темой будет экология, а не, например, медицина или техника.
– Конечно! Я сейчас как раз побегу домой эту тему штудировать, перед собеседованием-то, – тряхнула всеми своими кудряшками Марина. – Лида… – Она вдруг улыбнулась мечтательно и снова стала выглядеть гораздо моложе своего возраста: улыбка чрезвычайно красила мою бывшую однокурсницу.
– Что?
– Ты удивительный человек…
– О, мне уже сегодня говорили, что я хорошая девочка, – с иронией призналась я.
– Почему мы раньше почти не общались?
– Не знаю, – пожала я плечами.
– Я твоя должница, – настойчиво повторила Марина.
– Нет. Я не люблю ни сама одалживать, ни давать кому-то в долг…
Марина на несколько секунд задумалась, потом сказала уже спокойно, дружеским тоном:
– Мне кажется, ты будешь прекрасным репетитором. У тебя есть главное – выдержка и невозмутимость. Я помню, помню, что ты уже им работала и в курсе многих подводных камней… Но просто повторю: три раза по пять рублей лучше, чем пять – по три.
– Что? – засмеялась я удивленно. – А… поняла тебя.
Конечно, она имела в виду учеников, в переносном смысле. Лучше иметь меньше учеников, но тех, кто хорошо платит за уроки, чем много учеников – и за малые деньги.
– И вот еще что, – решительно продолжила Марина. – Я могу тебе помочь с оформлением ИП. То есть могу помочь тебе стать индивидуальным предпринимателем… Без налогов же никуда…
– Конечно. Вот это отличное предложение, – сказала я и протянула Марине руку.