– Спасибо, не надо, – застеснялся Ивор, но Мириам быстро проговорила:
– Бери, это мед! – И он взял.
В кружке, вмещавшей около двух литров, действительно оказался мед. Он был ярко-оранжевый и прозрачный и источал такой упоительный специфичный цветочный запах, что у Ивора потекли слюнки. Не удержавшись, он макнул палец в мед и облизал, прислушиваясь к ощущениям. Но этот мед почти ничем не отличался от пчелиного меда на Земле, разве что был менее густым и тягучим, и его хотелось пить как воду.
– Дай мне, – попросила Мириам.
Ивор протянул ей кружку. Девушка попробовала мед пальчиком, потом сделала несколько глотков и сказала, зажмурившись от удовольствия:
– Кайф!
Медвяны заворчали, скаля зубы, размахивая лапами. Они поняли, что их продукт понравился пришельцам. Самка снова было сунулась в повозку за медом, но Ивор ее остановил, сделав отрицательный жест:
– Спасибо, мы больше не унесем. Если еще свидимся, в долгу не останемся.
– Пусть вам живется легко, – добавила Мириам.
Медвяны, конечно, не поняли их языка, но общий благодарный и дружелюбный тон восприняли и закивали тяжелыми головами, ворча на своем рыкающем языке ответные слова удовлетворения и доброжелательности. Помахав им руками, земляне снова двинулись в путь, пересекли луг и оглянулись. Но медвян с их повозкой уже не было видно. Над морем травы торчали только столбы с ульями, окруженные тучей пчел.
– Нет, все-таки хорошо, что мы направились именно сюда, – сказала Мириам. – Здесь хорошо. Я чувствую себя как дома. А ты?
– Я тоже, – кивнул Ивор, чувствуя жажду. – Не хочешь пить?
– Хочу. Это, наверное, действие меда сказывается. Я бы не прочь и искупаться.
– Река недалеко, я чувствую влагу. И еще что-то…
– Что?
– Не знаю. Ощущение странное, будто впереди лежит нечто большое, чужое и холодное… и опасное!..
Мириам перестала блаженно потягиваться, нахмурилась, вырастила из уника на плече турель и вставила в нее «универсал».
– Не хватало нам только нарваться на выживших «санитаров».
– Медвяны нас предупредили бы.
– Все равно я пойду первой.
Ивор пожал плечами и возражать не стал.
Через полчаса они действительно вышли на берег неширокой спокойной реки и увидели на противоположном, более низком берегу наполовину утонувшую в земле черно-фиолетовую тушу чудовища длиной в добрых полсотни метров и высотой в четыре человеческих роста. Оно напоминало механического «кентавра», упавшего на передние ноги и умершего в таком положении. Конечно, механизм имел еще множество деталей, выступов и отверстий, но обводы корпуса и копыта все же превращали его в «кентавра». Правда, вместо головы на «мускулистом» человеческом торсе вырастал членистый рог длиной около шести метров, покрытый сизо-серой окалиной, а весь корпус монстра лоснился фиолетово-черным «воронением» металла.
– Вот это зверюга! – вполголоса заметила Мириам, готовая выстрелить в любой момент при малейшем движении кентавра. – Ты знаешь, что это такое?
– Похоже, «лошадь» «хронорыцаря», – пробормотал Ивор. – Отец не раз встречал этих странных существ. Вполне возможно, где-то здесь лежит и всадник.
– Насколько я помню материально-техническое оснащение участников Игры, подобные «кентавры» представляли собой автономные энергосистемы «хронорыцарей».
– Представляли, ну и что?
– Мы не сможем воспользоваться такой энергосистемой?
Ивор с любопытством посмотрел на спутницу.
– Как ты собираешься ею воспользоваться?
– Еще не знаю, но вдруг придется спасаться от каких-нибудь «санитаров» или «хронохирургов».
– «Санитары» и «хронохирурги» участвовали в прошлой Игре, в нынешней задействованы другие Игроки, с другими возможностями. У них должны быть свои оруженосцы и помощники.
– Не важно, как они будут называться, но я уверена, что в скором времени мы столкнемся с ними. И если нам не удастся добыть дриммер…
– Ты же уверяла, что он здесь есть!
– Он был у Рода, волхва племени, где родились наши мамаши, это я знаю точно. Однако прошло уже много лет, и жив ли Род, неизвестно.
– Понятно, – пробормотал разочарованный Ивор. – Я думал, мы придем и возьмем…
– Есть такая древняя пословица: без труда не вытащишь рыбку из пруда. Надо не ждать подарков, а приложить определенные усилия, чтобы достичь цели. Тогда и душа возрадуется.
Ивор промолчал.
Они переплыли реку и обошли чудовищную «лошадь» «хронорыцаря» кругом, разглядывая детали корпуса. Ивор попытался рассмотреть нечто вроде люка на боку крупа механического кентавра, и ему показалось, что внутри него шевельнулось что-то тяжелое и теплое, как будто вздрогнуло сердце исполина. Молодой человек понял, что «кентавр» еще жив или по крайней мере имеет запас энергии, и его системы в состоянии работать.
– Что ты увидел? – насторожилась Мириам.
Ивор очнулся.
– Он не мертв, просто спит! Или выключен и законсервирован. Возможно, его действительно удастся разбудить, хотя я пока не знаю – как. Да и заставить подчиняться – тоже задача…
Девушка засмеялась.
– Мне нравится твоя обстоятельность. Я только помечтала о возможности покататься на такой «лошади», а ты уже начал искать способы управления. Но было бы здорово заставить это чудище повиноваться. Представляешь, мы заявляемся домой на таком «кентавре»? – Она фыркнула. – Хотела бы я увидеть рожу Полуянова.
Ивор улыбнулся.
– Всегда приятно прийти туда, где тебя не ждут. Пошли, а то солнце садится.
«Кентавр» скрылся за деревьями. Молодые люди снова углубились в лесную чащобу и через час остро пожалели, что у них нет антигравов. Пробираться сквозь густые заросли неухоженного, полного поваленных деревьев, заросшего кустарником и травой леса было нелегко, и не привыкшие к такой ходьбе земляне вскоре устали. Мириам упорно шла вперед, протискиваясь между сучьями елей и сосен, обходя или переползая через метрового диаметра стволы, раздвигая руками стебли метельчатой жгучей травы, похожей на крапиву. Однако стоило Ивору предложить отдых, как она тут же согласилась.
– Пожалуй, к вечеру мы таким темпом к деревне не подойдем, – сказала она, разглядывая старый трещиноватый пень. – По таким лесам я никогда не ходила.
– Потому что у нас на Земле таких и нет, – отозвался Ивор, присев на корточки. – Перекусить бы чего-нибудь.
– К сожалению, у меня с собой ничего нет. Могу подстрелить какую-нибудь зверюшку, разожжем костер и поджарим. Меда хочешь?
– От него пить хочется.
– Это точно. Кстати, посмотри на этот пень.
Ивор повернул голову.
– Вижу.
– Здесь росло дерево.
– Ну и что?
– И его срубили! Пень сам по себе не делается.
Ивор встал, оглядел пень со следами топора, хмыкнул.
– Действительно, кто-то срубил сосну.
– Дело не в сосне, а в том, что сквозь такие буреломы далеко ствол не уволокешь. Деревня где-то рядом. Напрягись, посмотри своим третьим глазом.
Ивор вздохнул, преодолевая усталость и лень, выпрямился, закрыл глаза и совершенно без усилий вошел в состояние внутреннего резонанса. И сразу же горизонт раздвинулся, стволы деревьев стали бесплотными и прозрачными, Ивор увидел сквозь них холмистую равнину, реки и ручьи, Ствол в десятке километров от этого места, похожий на угрюмую конусовидную скалу с двуглавой вершиной, и всего в километре обнаружил поселок людей из полусотни деревянных изб. Показалось, что поселок этот нежилой, в нем не было движения, но обрадованный Ивор поспешил выйти из сферы озарения и сообщил наблюдавшей за ним Мириам:
– Тут недалеко, в километре, деревня.
– Я же говорила, – обрадовалась девушка. – Теперь мы и отдохнем, и в баньку сходим, и поужинаем. На одном меду далеко не уедешь.
Они снова пустились в дорогу, подстегиваемые желанием встретиться с родными бабушками и дедами, отдохнуть, поговорить о жизни и расслабиться. О встрече с волхвом особенно не думали, само собой разумелось, что это произойдет обязательно.
Вскоре деревья поредели, путешественники наткнулись на хорошо утоптанную, хотя и поросшую травой тропинку и вышли к деревне, удивляясь тишине и отсутствию движения.
Деревня была пуста. Судя по заброшенности огородов и обветшалости строений, она была брошена давно, не менее двух десятков лет назад. Точнее, не брошена, а оставлена. Нигде не было видно мусора, разбитой посуды, на улицах и во дворах не валялись вещи или трупы и кости животных.
Ивор и Мириам зашли в один дом, в другой, третий и везде видели аккуратно застеленные кровати (все они ориентировались строго в меридиональном направлении: соплеменники Ясены и Ярины спали головой на север), убранные комнаты, чистые горницы и кухни (если не считать слоя пыли). Люди явно покидали селение без спешки и паники. Но почему-то не вернулись.
– Да, дела-а… – почесал в затылке Ивор. – Неужели медвяны нас обманули? Направили в брошенную деревню?
– Не думаю, – нахмурилась Мириам. – Они простодушны и вряд ли знают, что такое ложь и обман. Мы, наверное, сами забрели не туда. Вокруг Ствола не одно только наше племя поселилось, были и другие. Можешь еще раз выйти в эфир и посмотреть на этот район сверху?
– Попробую, – пожал плечами Ивор и вдруг насторожился. Показалось, на спину легла чья-то пугливая холодная рука. Включив «третий глаз», он уловил движение в одном из брошенных домов в конце улицы и вытянул вперед руку:
– Там кто-то есть!
Реакция Мириам была мгновенной. Она прыгнула к Ивору, дернула его на себя за руку и выстрелила из «универсала». Они упали на землю, и это спасло жизнь обоим. Пуля, выпущенная из какого-то допотопного карабина или ружья, пролетела над ними, вонзилась в стену избы неподалеку и пробила в ней дыру величиной с кулак.
Но и выстрел Мириам не достиг цели, разве что напугал неведомого стрелка. Тот выстрелил еще раз и затаился.
– Эй, кто вы там, не стреляйте! – крикнула девушка. – Мы мирные люди и никому не желаем зла.
Тишина в ответ.