– Калипсо… два сто сорок три… эм… нихиль… – прошептал Полуянов.
– Придется нести его с собой, – кивнул на Федора Марич, подозвал Руслана. – Может быть, кроме кода, в дверь встроен дактилодатчик или аппаратура айс-фейс-контроля.
– А с ними что делать? – кивнул Гаранин на Басанка и спецназовца из команды Полуянова, застывшего истуканом посреди комнаты.
– Оставим здесь под присмотром нашего парня.
Марич вызвал по мыслесвязи командира оперативной группы, дождался появления «невидимки» и первым направился к метро. За ним потянулись остальные. Маркин, Паша и Олег Борисович несли Полуянова. Руслан вспомнил о наличии Петрухи, шепнул Ромашину-комиссару пару слов, и тот приказал «хронорыцарю» взять на себя обязанности носильщика.
Надя, терпеливо дожидавшаяся спутников в холле метро, бросилась к ним, совершенно не боясь Петрухи с его ношей.
– Ваш работник? – кивнул на нее Марич, обращаясь к Ромашину-комиссару.
– Наш, – ответил тот серьезно.
– Отличная реакция, – похвалил Марич. – Она пропустила нас, а потом приказала поднять руки. Хорошо, что я пошел с Игнатом, она его узнала.
Гаранин, Паша и Маркин засмеялись. Надежда покраснела, прячась за Руслана.
– Она такой же десантник, как и все, – сказал Ромашин-комиссар. – А опыт – дело наживное.
Лицо Марича отвердело.
– Пора!
Кабина могла вместить всего четырех человек, поэтому первыми пошли оба Ромашины, Игорь Марич и Железовский. Затем стартовал Петруха с телом Полуянова и Гена Маркин. Последними покинули дом скульптора Руслан и его команда.
Это было захватывающее зрелище!
Металлический псевдочеловек метал в Ивора стремительные стрелы жидкого металла, а он уворачивался от них и с невероятной скоростью летал по тесному подвалу, ухитряясь не спотыкаться о тела товарищей, ящики и коробки и не сталкиваться со стеллажами и штангами энергополевой защиты бункера.
Неизвестно, способен был испытывать какие-то эмоции посланник Палача или нет. Проигрывая молодому Жданову вчистую, он ни разу не выругался, как сделал бы на его месте простой человек, и не выразил своего отношения к происходящему. Но то, что он обладал всеми отрицательными качествами «отца», не подлежало сомнению и выяснилось самым наглядным образом.
– Стоп! – крикнула Мириам, играющая роль судьи и контролирующая время. – Минута прошла!
Ивор остановился, но тут же метнулся в сторону от ручья бликующей субстанции.
– Стой, болван! Игра закончена! – возмутилась девушка. – Ты его не поймал!
– М о я минута еще не прошла, – равнодушно заявил псевдочеловек, продолжая гонять Ивора по бункеру. – И я никогда не проигрываю.
– Это нечестно! Ты проиграл! Он победил!
– Он не победил. Чтобы побеждать, надо выбирать себе правильного противника.
Ивор почувствовал, что силы его кончаются, прислонился к стене… и в этот момент дверь в бункер открылась и в помещение один за другим ворвались два гиганта. Один был человеком в маскировочном комбинезоне, второй – громадный, черный, ребристо-кольчужный, напоминающий рыцаря в латах, явно был витсом. Единственный глаз его светился, и Жданов узнал уменьшенную копию «хронорыцаря», изваяние которого находилось в мастерской отца Мириам.
– Общий привет, – пророкотал густым баритоном незнакомец, быстро оглядывая подвал. – Чем это вы тут занимаетесь?
– Кто ты такой? – требовательно спросил металлочеловек, переставая стрелять ручьями жидкого металла.
– Меня зовут Аристархом, я друг комиссара. А ты, надо полагать, и есть вирус, жидкокристаллический волдырь, субстант Палача? Его, так сказать, полномочный представитель?
– Я Трангха, тысяча второй контролер линий.
– После этого нам следует, очевидно, проникнуться уважением и упасть на колени. Или ты более демократичен?
Псевдочеловек вытянулся вверх, превращаясь в апокалиптического железного зверя со множеством щупалец.
– Если я правильно оцениваю ваше эмоциональное свечение, вы тоже хотите меня оскорбить. Вынужден принять адекватные меры.
– Оглянись вокруг, кретин! – звонко крикнула Мириам. – Ситуация изменилась. Теперь пленник – ты!
– Освободи людей! – тяжело сказал Железовский.
Псевдочеловек метнул в него ручей металла. Сверкнула тусклая желтая вспышка, и ручей превратился в дымную струю.
– Петруха, друг мой, – сказал Железовский, – не спеши с помощью. Я и сам вполне способен поджарить эту тварь. Держи его на мушке, и все.
Из плеч черного человека выглянули стволы аннигиляторов.
– Жду команды.
– Минуту. – В бункер вошли оба Ромашиных, Марич и Руслан. Сориентировавшись, тоже направили оружие на посланника Палача.
– Распылить этого монстра мы всегда успеем, – продолжал Ромашин-скульптор. – Есть смысл поторговаться.
Он подошел к Ивору, без сил присевшему у стены. Они обнялись.
– Как тебе удалось освободиться?
– Пришлось вызвать этого болвана на соревнование, – виновато улыбнулся молодой человек. – Он азартен, как и его хозяин… и так же подл.
– Без сомнения. Как остальные? – Игнат подошел к «глыбе» дочери, нагнулся, погладил ее по щеке. – Ну, что, гриф, опростоволосились мы с тобой, поверив комиссару?
Мириам залилась краской.
– Я… не думала…
– Думать надо всегда. Ладно, не переживай, хорошо, что все заканчивается так, а не иначе. – Ромашин повернул голову к застывшему в сомнениях псевдочеловеку. – Предлагаю выбор, палачоид: ты освобождаешь пленников, сообщаешь о планах хозяина в данной Ветви, и мы тебя отпускаем.
Пауза.
– А если я не соглашусь?
– Тогда ты исчезнешь, превратишься в излучение. Своих друзей мы освободим и сами.
В бункере повисла тишина.
– Обмен не состоится, – сообщил металлический монстр, выращивая «мускулы». – Вы все должны подчиниться мне! Немедленно!
На людей выплеснулась волна холодной угрозы, ощутимая физически как удар. Стволы «глюков», аннигиляторов и «универсалов» повернулись к металлическому «зверю». Палачоид, как назвал его Ромашин, сам себе подписал смертный приговор.
– Погодите! – остановил атаку Железовский. – Есть идея.
– Это опасно, – тотчас же тихо сказал Ивор.
Аристарх, прищурясь, посмотрел на него.
– Ты меня… понял, мальчик?
Ивор кивнул, розовея от смущения.
– Извините…
– Ничего не понимаю! – рассердился Марич. – О чем идет речь?
– Выйдем на минуту. – Железовский поманил Марича, Ромашина-комиссара и Ивора.
Они вышли, закрыв за собой дверь.
– Этот тупой кусок жидкого металла имеет мощный пси-резерв, – начал Железовский. – Я попробую подчинить его своей воле. Этот парень мне поможет. – Он кивнул на Ивора. – У него большие возможности.
– Это и есть оператор, которого мы должны были освободить, – улыбнулся Ромашин.
– Я так и понял.
– Чушь! – махнул рукой Марич. – Этот, как вы изволили выразиться, тупой кусок металла легко справился с тремя здоровыми мужиками.
– Так получилось. Всех нас обвели вокруг пальца. Но Аристарх – интраморф, и я знаю, на что он способен. Если ему дать пси-защитника, да если к нему подсоединится оператор…
– Все равно это слишком рискованно!
– Согласен, однако и овчинка стоит выделки. Если мы подчиним палачоида, – в нашей компании таких, как он, называют жмурами, – у нас откроются неплохие перспективы.
Марич в нерешительности поскреб за ухом.
– Ну, а если случится обратное? И он запрограммирует вас?
– Не запрограммирует, – усмехнулся человек-гора. – В крайнем случае доставите меня домой, там меня быстро приведут в норму.
Мужчины обменялись понимающими взглядами.
– Была не была! – сказал Марич.
Один за другим они вошли в бункер, полные решимости победить.
Глава 2
Схватку людей с посланником Палача, который сам себя называл Трангхой, тысяча вторым контролером линий, зрелищной назвать было трудно, хотя она была полна такого внутреннего напряжения и драматизма, что это ощутили все свидетели поединка.
Трангха понял, что перспективы у него незавидные, и согласился сыграть в еще одну игру, там самым подтвердив, что он достойный отпрыск своего «отца» – Игрока.
Игра же состояла в том, что палачоид-жмур охватывал Железовского своим телом, а тот должен был в течение определенного времени освободиться. Сошлись на пяти минутах. Трангха был так уверен в своей победе – еще ни одно существо не смогло сбросить с себя жидкокристаллический «саван», – что легко принял все условия.
Железовский, сосредоточенный и спокойный (у него начали потрескивать волосы от сильной ионизации), встал рядом с глыбой псевдочеловека, поддерживая мысленную связь с Ивором. Трангха раздался во все стороны, уплощаясь и разворачиваясь в металлическое «одеяло», и одним прыжком окутал Аристарха со всех сторон, «проглотил» его.
Тихо вскрикнула Мириам.
Остальные молчали, готовые прийти на помощь патриарху, хотя не представляли, как это можно сделать, не причиняя вреда самому Железовскому.
Ивор, сосредоточенный на внутреннем переживании, побледневший, ушедший в себя, полузакрыл глаза, прислушиваясь к мысленному шепоту Аристарха, шагнул ближе к металлической глыбе. У него тоже встали дыбом и начали искриться волосы на голове, а кожа лица засветилась изнутри и стала полупрозрачной.
Палачоид, «сожравший» Аристарха, поддерживающий форму тела человека, стал оплывать, покрылся пузырями, потерял очертания человеческой фигуры, замер. Но ненадолго. Его начали мучить конвульсии – «проглоченный» патриарх, очевидно, пытался сдвинуться с места, разорвать смертельные объятия Трангхи и освободиться, – он судорожно «переступил с ноги на ногу», переместился к стене, вернулся, сделал круг. Тело его непрерывно вздрагивало, шло рябью, то вспучиваясь, то проваливаясь само в себя. Некоторые металлические чешуи отрывались от тела, звучно шлепались на пол, втягивались обратно.
Так продолжалось три с лишним минуты. Напряжение росло. Люди, наблюдавшие за поединком воль человека и металлического монстра, чувствовали себя как во время шторма на корабле. Мощные пси-поля «раскачивали» пространство и воздействовали на сознание, так что оно начинало плыть и рваться.