Стоило мне покинуть машину, как навстречу бодрым шагом вышел старик в ливрее.
— Ваше сиятельство, пройдёмте за мной, — поприветствовал он меня, после чего достаточно быстрым шагом пошёл впереди, показывая дорогу.
Мы слегка попетляли по полутёмным коридорам и спустились в огромный подвал.
— Здесь у нас хранятся вина и коньяки, — мы шли под арочными сводами среди высоких деревянных бочек, — наши служащие следят за идеальной температурой и влажностью. Некоторым видам коньяка более двухсот лет! — с гордостью заявил мой сопровождающий. — Этим подвалам почти пять сотен лет. Сам дворец был перестроен тридцать лет назад на основе старого фундамента. Владимир Николаевич следит за прогрессом и новинками. В нашем дворце много необычных решений — как по отоплению, так и по безопасности. Мы одними из первых электрифицировали всё здание. У нас налажено паровое отопление всех помещений. Конечно, во многих залах остались камины, но для нас они сейчас являются произведениями искусства и по назначению практически не используются.
Он ещё некоторое время продолжал свою лекцию, пока мы не подошли к небольшой дверце.
— Здесь находится сердце нашего дворца — алтарь рода Романовых. Я подожду вас за дверью.
Зайдя в небольшую комнату, я увидел сам алтарь. Он, как водится, лежал на каменном постаменте и представлял из себя большую плиту из тёмно-серого камня. Я уже видел больше десятка алтарей, и этот имел среди них самый большой размер. Этакий куб с ребром сантиметров пятьдесят. Алтарь в имении Максютовых сильно уступал ему размерами.
— Ну что же, приступим, — решил я, ощущая, как затрепетал на моей руке браслет главы рода, почувствовав рядом дружественный источник энергии.
Приложив руки к алтарю, я мгновенно провалился сознанием внутрь и оказался… в детской комнате. Так она выглядела на первый взгляд. Светлые стены, широкие окна, через которые внутрь лился яркий свет. Кровать, стол, на полу ковёр, на нём — множество плюшевых игрушек. Медвежата, зайчики, куклы. Стол завален бумагами с явно детскими рисунками.
— Долго же тебя ждать пришлось! Не мог приехать побыстрее! Забери меня уже отсюда! — раздался детский капризный голос у меня за спиной.
Обернувшись, я увидел светлое облачко, которое превратилось в девочку лет десяти. Она стояла напротив, капризно поджав губы и уперев руки в бока. У ног её крутилась небольшая собачка. «Прям Элли и Тотошка», — мелькнуло у меня в голове.
— Какая я тебе Элли! — обиженно произнесла девочка и уставилась на свои руки. — Ты меня так видишь? — Она подошла к зеркалу, которое висело на стене, и внимательно посмотрела на своё отражение, не забыв скорчить пару смешных рожиц.
— Нет! Так дело не пойдёт! Мне почти триста лет, какая я тебе девочка! — Она недовольно топнула ногой, повернувшись ко мне. — Меня зовут Афродита! Как греческую богиню красоты и любви! Я не маленькая девочка! — Её глаза злобно свернули, но с детским лицом это смотрелось, скорее, мило, чем грозно.
— Ну извини, — я развёл руками, пытаясь скрыть улыбку, — пока ты ведёшь себя, как маленькая девочка, я ничего не могу поделать! А тебе правда триста лет?
— Не совсем, — она скорчила недовольную мордашку, — у меня тут, — постучала пальчиками по голове, — есть разные сознания. Некоторым уже и пятьсот лет!
— А себя ты когда осознала? — У меня за плечами всё-таки имелся опыт общения с духами алтаря, поэтому я знал, что спрашивать. Аннулет говорил, что дух алтаря растёт и развивается очень медленно. Иногда со времени зарождения духа до его осознания себя может пройти лет пятьдесят, а то и все сто.
— Лет сто тридцать, наверное, — она на миг задумалась, потом снова надула губы, — так что я точно не маленькая девочка!
— Хорошо! — Я примиряюще выставил руки перед собой. — Так чего ты от меня хотела?
— Забери меня отсюда! Сейчас же!
— А где волшебное слово? — Её детский вид подействовал на меня так, что мне сложно было с ней говорить, как со взрослой.
— Сейчас же! — Афродита снова топнула ножкой.
— Не уверен, что это правильно. Алтарь же останется без духа. Насколько я понимаю, в этом случае он перестанет действовать. Вряд ли Владимир Николаевич этому обрадуется, — я покачал головой.
— Здесь останется дух, — она кивнула на собачку, — я его тридцать лет выращивала! Так что мальчик Вова будет только рад, когда я покину алтарь!
— Мальчик Вова? — Я удивлённо приподнял бровь. Это она так Романова называет?
— Ну да, — она явно читала мои мысли, — он у меня был лет сто назад. Ну может, чуть меньше. Совсем мальчик. Я с ним иногда общаюсь, и вот тебя вызвала, правда, ты, я смотрю, особо не спешил! Тоже мне паладин!
— Да, я паладин, но это не значит, что я по малейшему требованию должен выполнять твои указания. Сейчас меня Владимир Николаевич попросил навестить тебя. Я не мог не выполнить его просьбу. Но вообще, не считаю, что лично ты вправе мне указывать. Даже Аннулет, чьим паладином я являюсь, не требует от меня ничего. Он может попросить, но не приказать, — я отчитывал её, и с каждым моим словом щёки Афродиты краснели. К концу моей речи её глаза готовы были метать в меня молнии.
— Этот старик совсем дурак? — Афродита недоверчиво посмотрела на меня. — Ты — слуга! У паладина не может быть своего мнения! Как велит Аннулет, так и действует паладин. Ты — как рука, которой управляет мозг. Не смей мне перечить и оставлять меня здесь!
— Стариком мы назвала Аннулета? Интересно, что он на это скажет? — Я задумчиво почесал подбородок, раздумывая, что мне делать с этим вздорным сознанием. Наверное, действительно стоит забрать её и съездить к Максютовым, передать Афродиту Аннулету. Может быть, он вправит ей мозги. Можно, конечно, оставить её здесь, но боюсь, вздорный дух не даст спокойной жизни Владимиру Николаевичу. Что тоже не есть хорошо.
— Ну пожалуйста, — начала канючить Афродита, — забери меня! Я даже согласна на встречу с Аннулетом. Надеюсь, папочка не выжил ещё из ума! Уверена, я смогу с ним договориться, — она шмыгнула носом и жалостливо посмотрела на меня, — ты только не говори, что я называла его выжившим из ума стариком, ладно?
— Говорить не буду, — спокойно кивнул я ей, — только он же всё равно читает мои мысли. Как и ты… — добавил я.
— А я научу тебя закрываться, — она радостно подпрыгнула на месте, — пойдём уже скорее, мне здесь так надоело за эти годы!
— Ладно! — Я принял решение. Заберу Афродиту с собой и как можно скорее съезжу к Аннулету. Правда, в ближайшие дней десять у меня это вряд ли получится. Завтра бал в Киеве, на котором я обязан присутствовать, как ученик гимназии. Потом мне надо в Москву — принять новых вассалов. И только после этого у меня найдётся время посетить Аннулета.
— Ура! — Афродита радостно запрыгала вокруг меня. — Забирай уже!
Она превратилась в лёгкое, невесомое облачко и окутала мой родовой браслет, но внутрь попасть не смогла, пока я не позволил этого, дав мысленную команду впустить Афродиту.
Вывалившись в реальный мир, я немного постоял у алтаря. Он слегка светился, было видно, что с ним всё в порядке. Это меня успокоило. Всё-таки оставалась вероятность, что, после того как я заберу Афродиту, с алтарём может что-то пойти не так. Я, конечно, не был большим специалистом, но на первый взгляд всё прошло нормально и оставшийся дух в виде маленькой собачки удержит энергию в алтаре.
— Да всё отлично, пойдём уже! Мне не терпится увидеть этот мир! — раздался в моей голове голос Афродиты.
— Ты теперь так и будешь читать мои мысли и комментировать всё? — обратился я к ней.
— Конечно! Ты же паладин! Теперь ты не только мои руки, но и глаза! — Я прям почувствовал, как она притопнула обиженно ногой.
— За что мне это всё⁈ — Я закатил глаза, пытаясь успокоиться. Жить с вздорной девицей в голове у меня не было никакого желания, так что я сразу стал экспериментировать. Накрыл браслет своей энергией, пытаясь отрезать его от себя, на что в моей голове раздалось хихиканье Афродиты.
— Это так не работает! — весело заявила она.
— А как работает? — состроил я дурачка.
— Никак! Ты хочешь меня обмануть и не дать мне подглядывать за тобой! — раскусила она меня.
— Тогда другой способ, — произнёс я и начал потихоньку выкачивать энергию из браслета.
— Стой! Подожди! — перепугалась Афродита. — Это неправильный способ! Так я вообще впаду в спячку или даже развеюсь. Давай договоримся! — В её голосе звучала паника.
— Хорошо, давай, — согласился я, прекратив откачивать энергию. Наверное, этот способ действительно слишком радикальный. Что с ней случится, когда энергия в браслете иссякнет?
— Как мне закрыться от тебя, хотя бы на время?
— Просто дай такое указание браслету, — обречённо сказала она, — он всё сделает.
Как я сам не сообразил! Мысленно обратился к браслету и начал экспериментировать. Это оказалось несложно. Сначала полностью отключил сознание Афродиты от своего, потом дал ей доступ, чтобы девочка смогла видеть моими глазами, потом — говорить и слышать мою мысленную речь. Для этого достаточно было правильно сформулировать нужные команды и обратиться к браслету. Удивительная технология! Всё-таки магия не перестаёт меня поражать.
— Спасибо! — раздался в моей голове голос присмиревшей Афродиты. Я позволил ей видеть моими глазами и обращаться ко мне.
— Будешь слишком утомлять, выключу! — на всякий случай напомнил ей. — Я не твой слуга, не забывай этого!
— Ладно, — буркнула она в ответ, но я ощутил, что Афродита сильно недовольна сложившейся ситуацией и при удобном случае попробует её исправить.
— Всё, мне пора на завтрак!
Выйдя за дверь, я кивнул ожидающему меня пожилому мужчине:
— Я закончил.
Дальнейший путь прошёл достаточно быстро. Мы поднялись по паре лестниц и оказались в кабинете, где меня уже ожидал Владимир Николаевич.
Он сидел в кресле и нервно стучал пальцами по изголовью своей неизменной трости. Увидев меня, вежливо поднялся навстречу.