- Мне не зачем общаться с такой как она.
- Что значит "с такой как она"?
- Всем известно, какой репутацией пользуются подобные ей женщины.
- Прекрати! Мисс Роуз не сделала тебе ничего плохого!
- Ну вот, ты уже защищаешь ее!
- Долг джентльмена защищать честь ни в чем не повинной леди! Она ни разу не задела тебя и не обидела, чтобы ты так к ней относилась!
- Леди?! Ха! Для меня достаточно и того, что она является актриской! А еще она все время крутится рядом с тобой! Только слепой может не увидеть, что она хищница!
- Ты еще слишком наивна, чтобы судить о других людях!
- А ты слишком глуп, чтобы заметить опасность! Любая может обвести тебя вокруг пальца!
Слушая перепалку брата с сестрой, Валери замечала, как Говард становился все более довольным и расслабленным. Ему явно нравился предмет спора, так как чем дольше Брендон защищал Джипси, тем сильнее она, Валери, могла начать сомневаться в его чувствах к себе.
Она решила поскорее прекратить эту ссору, пока кто-нибудь что-нибудь не сказал такое, после чего она больше не сможет использовать Брендона в своих целях.
- Мне кажется, нам всем нужно немного расслабиться! Может поиграет в какую-нибудь игру?
Брендон с Самантой резко замолчали, продолжая гневно смотреть друг на друга.
В лице же Говарда промелькнуло разочарование, но когда он обратился к Вал, голос его был мягок.
- И какую игру вы нам предложите, мисс Вудс? Я почему-то уверен, что это будет что-то необычное и увлекательное.
- Все возможно, сэр. Но сначала я бы хотела послушать другие варианты, а уже потом предложить свой.
- Давайте сыграем в Буриме! - громче всех возвестила Саманта и сразу же обратилась к Говарду. - Можно одолжить у тебя платок? У этого упрямца я больше ничего не хочу просить.
Брендон, на нелестное обращение сестры, отреагировал буравящим взглядом и нависшими хмурыми бровями, а Говард с готовностью полез в карман и достал оттуда белоснежный аккуратно сложенный вчетверо платок, который затем протянул Саманте.
Валери понятия не имела, что это за "Буриме" такое и как в него играть, но все таки промолчала, чтобы не показаться странной. Она надеялась, что достаточно быстро поймет, в чем заключались правила игры.
Саманта забрала платок и резким взмахом руки расправила его, наполнив воздух приятным ароматом мужского одеколона, который Валери уже хорошо знала и который неминуемо вызвал в памяти воспоминания о поцелуях Говарда, что заставило ее встряхнуть головой и сосредоточиться на действиях подруги. В это время Саманта кинула платок брату и быстро выкрикнула:
- Глупец!
Брендон тут же поймал его и с гордостью ответил:
- Храбрец!
Задержав у себя платок на пару секунд, он точно таким же способом послал его Валери, при этом сопроводив словом: «Стол».
Вал хоть и поймала платок, но ничего не промолвила. Она лишь прижала к груди белоснежную ткань и растерянно уставилась на Брендона, так как не понимала, что именно от нее требовалось - назвать рифму или антоним, или, может, вообще произнести что-то другое.
- Это же не сложно, Валери, - нарушила неловкую паузу Саманта. - Здесь простая рифма. Стол - скол. Или ствол.
Так значит дело все таки в рифме.
Валери выдохнула, села прямее и уверенно произнесла:
- Простите, я оказалась не готова. Давайте еще раз. Только пусть это будет новое слово.
Она вернула платок Брендону и тот вновь кинул его ей.
- Сова.
- Голова, - не раздумывая ответила она.
Все одобрительно кивнули.
Следующим платок получил Говард.
Валери выбрала ничего не значащее слово "Дом", на что услышала "Звон".
Дальше платок полетел к Брендону.
Его стали кидать не по очереди, а кто кому хотел. Однажды на слово Саманты "Балкон", из уст Валери вырвалось "Смартфон".
- Что? - переспросил Говард, в то время как Саманта засмеялась и заявила:
- Да нет такого слова! Ты только что его выдумала!
Вал осеклась. До этого ей удавалось избегать современных слов, но сейчас из-за того, что от нее требовалась быстрая реакция, она почти не контролировала себя. Но все же она решила не заканчивать игру, пока кое-что не скажет Говарду и Брендону.
Когда ей вновь достался платок, она отправила его Говарду, без смущения бросив ему в лицо:
- Подлец!
Валери хоть и понимала, что ее поступок выглядел как-то по-детски, но все же испытала ни с чем несравнимое наслаждение. Она хотела назвать его так, и назвала!
- Гордец! - парировал Говард, даже не понимая, как точно описал свою натуру.
После очередных перекидываний ей удалось и Брендону отправить послание:
- Гад!
- Фрак.
Сказав все, что хотела, с чувством выполненного долга Валери объявила, что предлагает закончить эту игру и начать новую.
- Мы поиграем в «Правда или действие». Правила просты. Первый игрок обратится ко второму с вопросом: «Правда или действие?» Если второй выберет правду, значит должен честно ответить на вопрос, если же он не хочет ни в чем признаваться, должен изначально сказать «Действие», тогда первый даст ему какое-нибудь задание, которое тот обязан выполнить. Затем второй игрок задаст тот же самый вопрос следующему, и так далее. Лучше, если задания будут шуточными, чтобы мы могли повеселить друг друга.
Валери зловеще улыбнулась, когда на лицах спутников появились радость и оживление, и, с трудом удержалась, чтобы не потереть ладошки, когда все они еще и согласились.
Все переглянулись между собой, дав волю своим тайным желаниям.
Под ненавязчивым и чутким руководством Вал, вскоре было распределено, кто в каком порядке начнет раздавать задания по первому кругу. Говарду выпала честь первым открывать "игру", вторым был Брендон, третьей Саманта, а завершала ее Валери. Себя она оставила последней, так сказать, на десерт.
Глава 39
Говард слегка повернулся к другу и спросил:
- Правда или действие?
Брендон без раздумий ответил: «Действие», на что получил хитрый взгляд.
- Тогда вытащи язык и коснись им кончика носа.
Пока Брендон недовольно кривился, решаясь исполнить задание и искоса посматривая на Валери, представляя, как будет выглядеть в ее глазах, Саманта откинулась на мягкую спинку кареты и со смехом заметила:
- Всегда мечтала увидеть брата с глупым выражением на лице!
- Разве оно у него не всегда такое? - с притворным удивлением заметил Говард и тут же получил болезненный удар плечом друга в свое плечо. Но боль не помешала Говарду бросить быстрый взгляд на Вал и понаблюдать за ее реакцией.
Пока Саманта продолжала от души смеяться, Валери лишь сдержанно улыбалась.
На самом деле ей нравилось, как согласившись на игру, друзья, сами того не ведая, собрались делать то, что хотела сделать с ними она. Они будут выставлять друг друга идиотами, после чего ей останется только понаблюдать за цирком этих двух уродов и усилить их соперничество, подливая масло в огонь. Но, так как в этом театре абсурда она заняла сторону Брендона, то не могла открыто радоваться его идиотскому положению.
Впрочем как и Брендон не мог отказаться от задания, так как уже принял условия игры. Он немного отвернулся от Вал и все таки вытащил язык. До кончика носа он конечно не достал, но несколько секунд тужился, отчего на лице появилась забавная гримаса и скошенные к центру глаза.
Его попытки вызвали смех у всей компании.
Когда Брендон закончил со своим заданием и обратился к сестре с вопросом: «Правда или действие?», вид его не обещал ничего хорошего.
Саманта не сразу ответила, решая, какое из двух зол будет меньшим, но все же выбрала действие.
- Ты должна изобразить обезьяну.
- Нет! - тут же воскликнула она.
- Да!
- Я не буду этого делать!
- Раз ты согласилась участвовать в игре, то должна выполнить мою просьбу! Если же ты отказываешься, то выбываешь и сидишь молча!
Саманта окинула всех беспомощным взглядом, ища поддержки у остальных, но Брендон был прав и, если она хотела играть, то должна была выполнить задание.
Валери догадывалась, почему Саманта не хотела изображать обезьяну, но так же и понимала, почему она не могла отказаться от игры. Причиной всему был Говард. С одной стороны у Саманты были развязаны руки и, когда наступит ее очередь играть с Говардом, она могла попросить его о чем угодно, а с другой - эти же самые руки оказались связаны, так как ей приходилось делать глупые вещи. Но сейчас все игроки находились в одинаковых условиях и должны были их выполнять.
Обиженно оттопырив нижнюю губу и склонив голову, Саманта свесила руки и сгорбила спину. Она потрясла конечностями, подвигала телом и издала гулкое “У-уу…”
Из нее вышла неуверенная, скромная обезьянка, но и этого хватило, чтобы все задохнулись от смеха.
Валери повезло больше остальных и, на ее «действие» прозвучало что-нибудь спеть.
С легкостью исполнив задание, она кинула быстрый взгляд в окно, где заметила, что экипаж приближается к какой-то деревне. Затем она перевела взгляд на Говард, посмотрела ему прямо в глаза и глубоким, завораживающим голосом спросила:
- Правда или действие?
Было очевидно, что он не ждал от нее подвоха, поэтому на его лице цвела беззаботная улыбка.
- Действие, - сразу выбрал он и, как хозяин положения, занял уверенную позу, расправил плечи и скрестил на груди руки.
Валери понимающе кивнула, а потом с особым маниакальным наслаждением произнесла:
- Вы, Ваша Светлость, должны выглянуть в окно и на протяжении одной минуты громко лаять.
Венчающая губы улыбка начала медленно сползать с его лица. Говард больше не смотрел с легкостью - его взгляд менялся по мере осознания того, через что ему придётся пройти. На протяжении короткого времени он испытал самые разные эмоции - от неверия и неприятия, до злости и гнева. В конце он плотно поджал губы и пригвоздил Валери к сидению. В эту минуту он даже не скрывал, что ненавидел ее.