К прибытию военных кораблей с базы Головачев-99 пожар, охвативший всю вторую секцию грузового транспорта «Старатель-22», был уже потушен. Рейдер, ударивший по транспорту гипертермическими ракетами, заблаговременно скрылся. Из десанта боевиков, высадившихся на борт транспорта, уцелели только семь человек, успевших отступить в третью секцию и забравшихся в абордажный модуль.
Федеральные агенты Моллер и Мусат, передав Ше Рохаса прибывшим военным следователям, наконец-то смогли вздохнуть с облегчением.
Следствие по делу террориста номер один было еще только в начальной стадии выдвижения обвинений против Ше Рохаса, когда уже началось слушание по делу командира отряда Галактического патруля «Гала-4» Петра Морина. Гольцов, как и обещал, сразу же по прибытии на Землю подал рапорт о случившемся в управление Космофлота и в Центральную службу Галактического патруля. Военная прокуратура, которой было поручено расследование данного случая, выдвинула против Морина обвинение в превышении служебных полномочий, результатом чего стал вооруженный мятеж на борту грузового транспорта «Старатель-22» и гибель нескольких человек из его экипажа. На фоне того, что только решительные действия командира «Гала-4» спасли «Старатель-22» от полного уничтожения, а экипаж – от гибели, обвинение это звучало более чем абсурдно, но, поскольку среди экипажа грузового транспорта имелись жертвы, делу был дан ход.
Большинство уцелевших членов экипажа «Старателя-22», за исключением второго помощника капитана и старшего штурмана, так же, как и федеральные агенты, находившиеся на борту транспорта, свидетельствовали в пользу Морина. Все они сходились во мнении, что только та жесткость и решительность, с которой действовал Морин, позволили избежать полномасштабной трагедии. Также в пользу Морина был истолкован и тот факт, что из отряда Пасти, который в момент разгерметизации находился во второй секции, погибли только два человека, и, по заключению медицинских экспертов, оба скончались не от пребывания в безвоздушном пространстве, а в результате многочисленных ожогов и отравления продуктами горения. Остальные же четверо, возглавляемые патрульным Велло Пасти, сумели добраться до отсека со спасательными капсулами, в которых они благополучно дождались спасателей.
Таким образом, обвинения в мятеже и гибели членов экипажа «Старателя-22» с Морина были сняты. Однако свидетели не могли не подтвердить того факта, что капитан Гольцов снял с себя свой капитанский значок только после того, как Морин направил на него ствол трассера. В результате следственная комиссия все же обвинила Петра Морина в превышении своих служебных полномочий. По приговору Верховного суда Петр Морин сроком на один стандартный год был отстранен от исполнения обязанностей командира отряда Галактического патруля. Но по просьбе самого же Морина был оставлен в составе отряда «Гала-4» в должности пилота. Командиром же отряда назначили Эрика Тротта.
Спустя неделю после вынесения приговора Петр Морин поднялся по трапу заново отремонтированного «Гала-4». Вставляя свой служебный жетон в контрольную ячейку, он с удивлением отметил, что все остальные члены экипажа уже на борту. Даже Велло Пасти, который обычно прибегал за несколько минут до старта.
После окончания слушаний в Верховном суде Морин разговаривал только с Ку Ши и Кромовым. Да и то лишь через ВКС. Поэтому, входя в командный отсек «Гала-4», он чувствовал вполне понятную неловкость, не зная точно, как будет реагировать экипаж на его появление в новой должности.
– Смирно! – зычно рявкнул Кромов, едва только Морин переступил порог. – Командир на борту!
Мгновенно вскочив со своих мест, все патрульные вытянулись в струнку.
Не понимая, что происходит, Морин удивленно замер на пороге.
Осмотрев командный отсек, он обратил внимание на две странные детали. Во-первых, на Кромове был абсолютно новый, без единого масляного пятна комбинезон. А во-вторых, Тротт по-прежнему занимал место пилота, а кресло командира почему-то оставалось свободным.
– В чем дело, ребята? – принужденно откашлявшись в кулак, смущенно спросил Морин.
– Это своеобразный обряд посвящения, – широкая улыбка расплылась по лицу Велло Пасти.
– И в кого же меня посвящают? – все еще не понимая, что происходит, спросил Морин.
– Неужели непонятно? – искренне удивился Ку Ши. – В командиры «Гала-4»!
– Подождите, – протестующе взмахнул рукой Морин. – А как же назначение Эрика?
– Нам не хотелось, чтобы на борт «Гала-4» поднимался новый командир, – ответил Тротт. – А потому мы с ребятами, посовещавшись, решили выдвинуть кандидатуру из собственных рядов. Меня выбрали большинством голосов, как наиболее дисциплинированного из всех.
– Ну, так что? – развел руками Морин. – Занимай командирское кресло.
– Послушай, Петя, мы же сделали это для тебя, – недовольно пробасил Кромов.
– Что вы сделали для меня? – посмотрел на бортинженера Морин.
– Нам совершенно безразлично, какое решение принял на твой счет Верховный суд, – сказал Пасти. – Ты был и остаешься командиром «Гала-4». Эрика мы произвели в командиры только для прикрытия.
– Я вполне доволен своей должностью пилота, – поспешил заверить командира Тротт.
– Нет, ребята, – протестующе взмахнул рукой Морин. – Спасибо, конечно, за доверие, но – нет!.. – Секунду подумав, Морин махнул обеими руками сверху вниз: – Я не собираюсь снова нарушать какие бы там ни было уставы, предписания и постановления!
Патрульные быстро переглянулись.
– Что ж, мы были готовы к такому повороту событий, – вполне обыденным, не вызывающим никаких подозрений голосом произнес Пасти и, осторожно отстранив Морина со своего пути, вышел из командного отсека.
Следом за ним, не глядя на Морина, направились и остальные патрульные.
– Эй, ребята! – выглянув в коридор, крикнул Морин. – Куда это вы направились!
– Подавать заявления о переводе в другие отряды, – обернувшись через плечо, ответил шедший последним Кромов.
– Да вы что, серьезно? – недоумевающе развел руками Морин. – Да стойте же, чтоб вас!..
Сорвавшись с места, он кинулся вдогонку за патрульными.
– Какого черта! – Морин схватил Кромова за плечо и развернул его лицом к себе. – Что вы задумали?!
– Мы останемся на «Гала-4» только в том случае, если его командиром будешь ты, – безапелляционным тоном заявил Пасти.
– Любые другие условия заранее считаются неприемлемыми и обсуждениям не подлежат, – добавил Ку Ши.
– У меня же имеется постановление Верховного суда! – возмущенно всплеснул руками Морин.
– А у нас – пустое командирское кресло, – ответил ему Тротт.
– Давай, Петр, не тяни волынку, – недовольно поморщился Пасти. – У нас всего-то двадцать минут до старта.
– Да чтоб вас всех!.. Грязь марсианская! – в сердцах выругался Морин.
– Узнаю нашего командира, – довольно улыбнулся Ку Ши.
СТРАСТЬ КОЛЛЕКЦИОНЕРА
Космос – на удивление скучное место, на девяносто девять процентов состоящее из пустоты. Для наглядности представьте себе большую, темную, пыльную комнату без окон и дверей. Где-то высоко, под потолком, которого не видно, горит несколько тусклых лампочек от карманных фонариков, – батарейки почти сели и тусклые огоньки вот-вот погаснут. На пол кто-то бросил парочку скудных пригоршней риса, щепоть гречки и несколько сморщенных фасолин. Если на фасолину случайно наступить, то она рассыплется на тысячи крошечных осколков, которые разлетятся в разные стороны. Единственное, что в какой-то степени может вселять оптимизм, так это мысль о том, что комната все время увеличивается в размерах. Если вы домовладелец, то можете постоянно увеличивать плату, взимаемую за жилье. А что, если вы сами снимаете эту комнату?.. Вот то-то и оно!
Большая часть материи рассеяна по космосу в виде пыли, – вспомните об этом, когда в очередной раз соберетесь устроить жене разнос за пыль под диваном. Порой эта пыль, – не та, что под диваном, а та, что в космосе, – собирается в ком, чтобы превратиться в звезду или, на худой случай, в планету. Что странно, в остальном мире пыли от этого меньше не становится. И это при том, что постоянно работают такие широко разрекламированные космические пылесосы, как черные дыры. Глядя на то, что творится, понимаешь, почему до сих пор не объявился тот, кто все это создал. А вы бы на его месте не боялись получить рекламацию с требованием возмещения морального ущерба?
Но, пожалуй, самое большая нелепица из всего, что есть в космосе, это астероиды. Кому, спрашивается, и зачем нужны бесформенные каменные обломки, летящие из никуда в еще более определенное никуда? Да, случается порой, что астероид состоит из редких металлов, тогда его тут же возьмет в оборот зубастая компания по добыче полезных ископаемых и за пару лет от космического камня если что-то и останется, то все та же космическая пыль, которой и без того навалом. Да, порой какой-нибудь астероид может врезаться в планету, по которой мирно разгуливают, поедая друг друга, гигантские рептилии, не подозревающие о том, что за пакость готовят им небеса. Космический камень падает на планету, к небесам взлетают фонтаны грязи, сажи, копоти и, опять-таки, пыли, и наступает ледниковый период. В результате голокожие и холоднокровные гиганты вымирают, а на поверхность вылезают волосатые крысеныши, которые очень быстро завоевывают освободившееся жизненное пространство. Как вам это нравится? Один обломок скалы, весом в несколько тысяч тонн, – бац! – и вся пищевая пирамида, выстроенная в результате многовекового эволюционного процесса, летит вверх тормашки, а план исторического развития, тщательнейшим образом проработанный и получивший одобрения в самых высоких инстанциях, оборачивается вымороченным фарсом!
Кромов сделал паузу, и еще один лист из стопки, что держал в руках бортинженер, аккуратно лег на край пульта.
– Слишком пафосно, – удрученно покачал головой Ку Ши.
– А мне понравилось, – возразил Пасти. – Особенно про пыль.