— А я? — заинтересовался Джеймс.
— Ты — вода, — она улыбнулась. — Поэтому вы с ней так близки…
— А Малфой?
— Воздух, причем в крайнем своем проявлении, — Ксения встала и потянула Джеймса за собой. — Холодно, пойдем лучше в замок.
— Понятно, я — вода, Малфой — воздух, Лили — огонь. Ты тогда просто обязана быть землей, — заключил он.
— Так и есть, — просто ответила девушка. — Природа всегда стремится к законченности и равновесию. Где есть вода — есть и суша, где есть огонь, там есть и воздух, который подпитывает пламя.
— Этому вас в Академии учат?
Ксения кивнула, беря его за руку:
— Я же тебе говорила — целители душ не обычные целители. Мы не лечим заклинаниями и зельями, мы лечим знаниями о душе…
Джеймс глубоко вздохнул:
— Знаешь, предпочитаю Историю Магии, там все проще и понятнее.
Она рассмеялась.
Глава 2. Лили Поттер
Как страшно, как странно, как сладко…
Пусть сердце на сотне замков.
По нервам, спускаясь украдкой
Без стука, без стона, без слов,
Оно разольется по телу,
Сладкою мукой томя,
На белой доске белым мелом
Напишет все за меня:
Коротко, ясно, беззвучно,
Боль принося и восторг.
Словно невидимой ручкой,
Белым исписан листок.
Словно в белом тумане
Прожженные мелом горят,
Слова на белом посланье
С душою моей говорят.
Язык тот понятен немногим:
По венам пульсирует он,
И буквы сливаются в слоги,
Влекущие в сладостный сон.
— Лили, постой, пожалуйста…
Это последнее слово все-таки подействовало. Девушка остановилась почти у самого крыльца замка, но не обернулась. Идиот… Идиоты, оба! Сердце до сих пор заходилось от страха.
— Никогда не думал, что кто-то в семье Поттеров так реагирует на полеты на метле, — раздался тихий голос у самого ее уха. Она развернулась и сердито посмотрела на Малфоя.
— Ах, это, оказывается, были полеты на метле? — язвительно спросила она. — А я думала, что мы стали свидетелями представления, в котором участвовали два павлина — кто больше распушит свой хвост!
— Павлины не летают, — заметил Скорпиус, опираясь на метлу.
— Правда? Спасибо за справку, — Лили резко повернулась и взбежала на пару ступенек, но Малфой догнал ее и схватил за руку.
— Лили, ну, хватит, — попросил он, глядя в ее суженные от злости глаза. — Все вышло случайно.
— Случайно? Жаль тогда, что вы оба не сломали себе по случайности шеи, вот бы Хогвартс порадовался такой случайности!
— Мерлин, да мы просто валяли дурака!
— Вот и отправляйся дальше этим заниматься… — она хотела уйти, потому что была ужасно зла на него, но Малфой крепко держал ее за руку. — Пусти.
— Нет, — покачал он головой. — Перестань злиться.
— Пусти!
— Сначала успокойся…
— А еще что? — огрызнулась девушка, ударив его свободной рукой по груди. Казалось, их вчерашняя нежность была лишь иллюзией. — Может, ты попросишь в следующий раз, чтобы я еще и бинты с собой взяла, на всякий случай?! Вы сами-то понимаете, как это смотрится со стороны, ваши развлечения?!
Мимо проходили студенты, она с интересом вслушивались в перепалку Малфоя и Лили. Но девушке было все равно, она слишком испугалась. Слишком. И до сих пор сердце билось, как у зайчишки. Потому что ее брат и ее любимый человек из-за глупости чуть не убились.
Но Малфою, видимо, было не все равно, что на них смотрят.
— До чего вы, Поттеры, любите все драматизировать… — он вдруг притянул Лили к себе, перекинул ногу через метлу, и Лили с ужасом поняла, что ее ноги уже не на земле. Она судорожно вцепилась в шею слизеринца и пискнула, закрывая глаза.
— Ч… что ты делаешь, Малфой? Опустись на землю, немедленно!
— Тихо, я тебя держу, — он действительно одной рукой крепко обнимал ее за талию, но Лили зажмурилась, даже боясь представить, как высоко они сейчас находятся. Кровь гулко стучала по вискам, руки онемели.
— Скорпиус… — она почти не дышала. — Пожалуйста, спустись…
— Мерлин, — прошептал он ей на ухо, — Лили, ты же боишься высоты…
Девушка лишь крепче к нему прижалась. Он легким движением посадил ее на древко боком и прижал к груди. Лили обняла его за шею, до боли прикусив губу.
— Скорпиус…
Наверное, он понял, как ей страшно, потому что через миг ее ноги коснулись твердой поверхности. Она распахнула глаза и отступила прочь от метлы. Руки подрагивали.
Лили не хотела смотреть на Малфоя, поэтому озиралась. Они оказались на площадке Астрономической башни. Высоко. Девушка отошла от края, не зная, за что бы схватиться.
Скорпиус приставил метлу к парапету и тут же шагнул к дрожащей, как осиновый лист, Лили. Она вцепилась в его руку, как за спасительную соломинку, и тут же прижалась, забыв о гневе, что еще минуту назад бушевал в ней.
— Прости, я не знал, — только и смог сказать Малфой, успокоительно поглаживая ее по спине. — Просто не думал, что ты можешь бояться высоты…
— По-моему, ты сегодня вообще не думаешь, — пробормотала она, успокаиваясь в его объятиях. Если не смотреть по сторонам и не думать о том, где они, то терпеть можно. Но, когда она смогла укротить свой страх, то тут же поняла, что сердце все равно будет учащенно биться, потому что с каждым вдохом ее переполнял его запах. Зеленый джемпер, в который она уткнулась лицом, приятно холодил щеки.
— Ну, если хочешь, можешь меня поколотить, — милостиво разрешил слизеринец, стягивая с ее головы шапку и целуя в рыжую макушку. Волосы тут же подхватил ветер.
— Я хочу, чтобы мы спустились отсюда, — попросила Лили, и Малфой тут же повел ее к дверям.
— Твоя метла, — напомнила она, когда они вышли на лестницу.
— Потом заберу, на ней противоугонные чары, — отмахнулся Скорпиус, придерживая девушку за талию, пока они спускались по винтовым ступеням. — А как ты на Астрономию ходишь?
— Мне профессор Слизнорт дал специальное зелье, я его понемногу пью перед уроками Астрономии, — созналась Лили и даже с облегчением вздохнула, когда они вышли в коридор.
— Просто в голове не укладывается. Храбрая Лили Поттер боится высоты… А уроки полетов на первом курсе?
— А я не сдавала. Меня освободили. Отец сам специально приходил, чтобы договориться.
— То есть ты не умеешь летать на метле? — неверяще спросил Скорпиус.
— Умею, — даже обиделась Лили. — Меня папа научил, он считал, что на всякий случай я должна научиться…
— Но как?
— Зелье. То же самое, что я пью для Астрономии. Но тогда было много зелья, а это вредно, — они шли по седьмому этажу. — Я овладела навыками, вот и все.
— А твой братец, судя по всему, не знает? — усмехнулся Скорпиус, когда они начали спускаться по ступеням.
— Нет, потому что отец ему много раз рассказывал, как я замечательно летаю, — Лили тепло улыбнулась. — Папа знает, что Джеймс будет шутить по этому поводу или упрется, как баран, и будет пытаться меня перебороть… Ничем хорошим это не закончится.
Лили почувствовала, как Скорпиус резко остановился.
— Что?
— Слушай… — он взглянул сначала на нее, потом на коридор, что вел по шестому этажу. — Можно, я заглажу свою вину перед тобой?
— Как? — насторожилась девушка.
— Пойдем, — он потянул ее по коридору и остановился перед уже знакомым портретом с гиппогрифом. Скорпиус на минуту закрыл глаза, словно пытался что-то представить или вспомнить. Лили подумала, что, наверное, он о чем-то просит Выручай-комнату. Слизеринец поклонился гиппогрифу, Лили тоже проделала необходимый ритуал.
А потом она вошла внутрь и выдохнула:
— Ох…
Она зажмурилась и снова открыла глаза. Это было наяву.
— Скор… как…?
— Вчера, после того, как ты ушла к себе, я не мог заснуть, — Малфой стоял позади, положив руки на ее плечи, — и просто решил заглянуть. И тут было все именно так… хотя нет, снег был все-таки белым…
Лили сделала шаг и по колени утонула в снегу. В серебряном снегу. Теплом снегу. Мягком, как пух. Насколько хватало глаз — был серебряный ковер из снега. И темно-зеленые ели, покрытые шапками из такого же снега. Вместо потолка — низкое, серое небо.
Запах хвои. Мягкий — теплый! — снег под ногами. Здесь не было ни холодно, ни жарко.
— Я вчера тут походил… Лес не бесконечен, просто это такая иллюзия, — тихо рассказывал Скорпиус, идя вслед за Лили. — Стена просто кажется продолжением леса. Наверное, и с потолком так же…
— Скор… — она нашла его руку, — что же ты попросил у Выручай-комнаты, что она стала… вот такой? — девушка не могла поверить, что все это видит. Запах хвои. Ели. Серебряный снег.
Он лишь улыбнулся, но не ответил. Да она и не настаивала, потому что сейчас ее переполняли чувства, а мыслей почти не было. Лили сняла перчатки и мантию, бросила их прямо в снег. Дышалось так свежо и глубоко, сердце как-то сладко билось в груди.
— Я рад, что тебе нравится, — шепнул Малфой. Он тоже снял шапку, шарф и перчатки. Нагнулся и подхватил снег ладонями, а потом высыпал ей на голову.
Она рассмеялась, смахивая теплое серебро с лица. Тоже нагнулась, и — удивительно! — ей удалось слепить снежок из этого необычного снега. Снежок разбился о грудь слизеринца. Он рассмеялся и нагнулся к сугробу, а Лили побежала, чтобы спрятаться.
Все было каким-то нереальным. На душе — легко и свободно, так она не чувствовала себя давно.
Малфой подкрался как-то совсем бесшумно и незаметно — снежок мягко ударился о плечо Лили. Она развернулась, взметнув рыжими волосами, но слизеринец уже спрятался среди деревьев.
Она нашла его через пару минут — наступив на него. Хитрый Малфой зарылся в снег возле одной из самый высоких елей. Лили ойкнула и отскочила прежде, чем он успел ее поймать, а потом стала закидывать его снегом, пока он пытался выбраться из сугроба.
Когда он смог подняться, сверкая глазами и хищно улыбаясь, весь покрытый серебром, Лили побежала от него, смеясь. Но он достиг ее за пару шагов, обнял и повалил в снег.