И тогда она всё-таки тихо захныкала, когда поблизости появился блестящий чёрный треугольник, рассекая водную поверхность, затем он нырнул, оставляя позади зловещую воронку. Было достаточно одного момента, чтобы осознать каждую маленькую деталь: треугольный плавник, бело-серая полосатая рыбья кожа. Ногами Саммер почувствовала перемещение воды, словно вибрируя, её вытесняет сильное тело.
— Прекрати дёргаться, — грубо прорычал ей офицер, сидящий в лодке рядом с Фаррином. — Иначе она подумает, что ты раненая рыба и вонзит в тебя свои зубы. — Теперь Саммер готова была завопить, однако накатившаяся волна поглотила каждый звук. Шлюпка была уже совсем рядом, когда она вцепилась в верёвку, хлопнувшуюся об её лоб. И тут же энергично начала грести руками к лодке, в то время как её ноги покалывало в ожидании острых как бритва зубов. Через несколько секунд она лежала в лодке, тяжело дыша, в окружении двух удивлённых лиц.
— Ты? — спросил Фаррин. — Во имя всех морских богов, Тая! Каким образом посреди ночи ты упала с корабля?
Саммер закашлялась.
— Я не падала, — проскрежетала она. — Я спрыгнула. Матрос... не позволил мне... подойти к лестнице. Но я хочу ехать с вами. Я всё хорошо обдумала.
Оба пристально посмотрели на неё, будто она заявила, что среди ночи решила приласкать акулу.
— Мы вернем её обратно, — решил офицер.
Саммер вцепилась в руку Фаррина.
— Ты спрашивал меня, на чьей я стороне, и я размышляла над этим и решила. Ты говорил, что вы нуждаетесь в каждом мужчине и в каждой женщине! Неужели твои слова ничего не значат?
— Что ты ей сказал? — зашипел на него офицер.
Фаррин будто лишился дара речи. Саммер бросила испуганный взгляд на переднюю мачту и воронье гнездо, затем вытащила из своего кармана горсть денег.
— Если я вам не нужна, я заплачу за переправу, — выпалила она. — Высадите меня на берег, а я найду того, кто оценит мои услуги.
— Разве мы выглядим, как перевозчики? Если ты хочешь нести военную службу, будь любезна зарегистрируйся как доброволец и выходи в меловой гавани. — Прорычала женщина, складка между её бровями стала еще глубже.
— Подожди минутку Люкс, — заговорил снова Фаррин. – Пожалуй, она на самом деле может быть нам полезна.
— Нам не нужно ещё больше сумасшедших.
— Может и так, но всё—таки она говорит на нескольких языках. Она даже беседовала с мужчиной из Никала, стариком с лошадиной мордой, а потом пела песню на северном наречии, я наблюдал за ней. И мы можем это использовать. Ты и сама знаешь, сколько у нас новобранцев и гонцов из различных стран, не говоря уже о советниках.
Саммер невольно задержала дыхание. Значит, Анжей вовсе не учил её язык. Это она была тем, кто постепенно всё лучше стал его понимать. Или я просто их вспомнила? Но очевидно, она владела и другими языками, не осознавая этого. Только теперь она поняла, что никогда не задавалась вопросом, почему на самом деле понимает людей во всех городах, где побывала и самое удивительное, воспринимала разные диалекты. Её зубы застучали сами по себе.
Люкс бросила взгляд на моторную лодку. Там кто-то уже мигал светом, будто хотел поторопиться их. Морское течение уже относило шлюпку к карме.
— Как бы то ни было, у нас нет времени возвращать её на корабль. — Ответила офицер и схватилась за ремень. — И ты бы, так или иначе, взял её с собой, так ведь? Ты ещё больший упрямец, чем капитан.
Фаррин рассмеялся.
— Ни слова больше против капитана! И не путай мудрость и силу с упрямством.
Люкс пробормотала что-то, что звучало не очень дружелюбно, а затем ткнула указательным пальцем в направлении Саммер.
— И ты — акулий корм, засунь свои деньги обратно. Там, куда мы отправляемся, они тебе не понадобятся.
Саммер повиновалась, и положила мокрый комок обратно в карман. С каждым ударом сердца ей становилось легче.
— Не радуйся слишком рано, — сказал Фаррин, как, если бы он прочитал её мысли. — Сможешь ли ты на самом деле сопровождать нас, решит только капитан.
Саммер сглотнула.
— Кажется, будет не так уж просто испытывать к нему симпатию, — хрипло промолвила она.
— Скажем так, его нелегко убедить в чём-то. — Он наклонился вперёд. — А что с твоим другом? — спросил он тихо.
— Лжец, вор и предатель. К сожалению, я поняла это слишком поздно. — Эти слова вырвались из её сердца.
На моторной лодке примерно около дюжины человек ожидали шлюпку. Фаррин первый прыгнул на палубу и большими шагами направился вглубь лодки, к каюте, расположенной в средней части. Саммер пыталась вникнуть в обрывки спора нескольких человек, но ветер уносил слова в другом направлении. И всё же, наконец, она почувствовала бесконечное облегчение, когда Фаррин вернулся и подал ей руку. На этот раз Саммер приняла её и позволила себя вести.
Моторная лодка завелась, шум казался ей оглушительным, быстрое движение отбросило её в сторону. Всё ещё с клацающими зубами она опустилась на ящик. Куртка на её теле встала колом от холода. Через вспенивающуюся борозду, которую создавал мотор, она озабоченно оглянулась назад к кораблю и испытала облегчение, обнаружив, что в вороньем гнезде ничего не двигалось. Ветер был благоприятным. И никто из матросов, кажется, не заметил, что кто—то прыгнул за борт.
«Ты никогда больше не найдёшь меня, Анжей», — размышляла она и тесней натянула мокрую куртку на плечи. Она насторожилась, когда что—то угловатое упёрлось в её ключицы. Некоторое время она ощупывала нечто руками до тех пор, пока не нашла хорошо спрятанный потайной карман. Её указательный палец нащупал картон и гладкий лак. В кармане обнаружилась стопка размягчённых карт. Саммер вытащила их, и ей пришлось бороться со слезами, когда она увидела последнее доказательство фальшивой игры Анжея. В руках она держала игральные карты из трактира в Анаканде. Сверху лежала дама червей, нарисованные усы которой смешались со стекающими каплями воды.
Глава 10Вторая реальность
Саммер проснулась, окружённая тем же ненавистным шумом воды вокруг себя, только на этот раз к нему присоединился гул мотора, который помог разобраться в том, где она находилась. Пока девушка соображала, что её разбудило, в плечо опять ткнули чем-то жёстким.
— Что это? Не сплю я! — недовольно пробормотала Саммер. Ресницы слиплись от соляной корки, и было тяжело открыть глаза. Солнечный свет падал на мокрые доски, на которых она лежала свернувшись. В нескольких дюймах от своего носа, девушка обнаружила оббитый железом носок сапога, и над ним, против света, стройную фигуру с длинными волосами.
— Доброе утро, — сказала тень. Как эхо ей отозвался резкий, хриплый рык, прямо рядом с Саммер.
Так быстро она ещё никогда не вскакивала на ноги. И когда Саммер окончательно поняла, кто именно стоит перед ней, ей показалось, что со встречи в Маймаре не прошло и секунды. Снова она стояла лицом к лицу с вооруженной женщиной. Ощущения соответствовали точно тому, что Саммер чувствовала тогда — желание убежать, и, тем не менее, не сдвинулась с места. И внезапно Кровавый Мужчина тоже оказался совсем рядом, его ледяное дыхание, серо-зелёные глаза полные ненависти и лезвие на коже.
Кончиками пальцев она почувствовала дыхание охотничьей собаки, но не решилась отдёрнуть руку.
— Привет, танцующая девочка, — спокойно сказала женщина. — Много путешествуешь.
Так происходило редко, но в данный момент Саммер не нашлась с ответом. Это советник лорда Термеса? Единственным отличием от их прошлой встречи в Маймаре, был тот факт, что на этот раз её волосы не так туго стянуты. Ветер трепал длинные орехово-коричневые пряди, и она выглядела как невеста ветра.
— Странно. Каждый раз, когда я тебя встречаю, у тебя есть новый друг, от которого ты сбегаешь. И? Что такого совершил красивый блондин, с которым ты спорила вчера на палубе?
Очевидно, женщина давно её узнала, и даже наблюдала за ней.
— Он … не мой друг, — ответила Саммер. — Мы были только … спутниками. Послушайте, я могу объяснить вам, что произошло в Маймаре. Я не хотела …
— Избавь меня от сказок, — резко прервала её женщина. — И оставь эти формальности. Любезничать принято только тем людям, которые уважают друг друга. А у меня очень мало почтения к тем, кто бросает на произвол судьбы своих друзей.
Горячая кровь стремительно прилила к щекам Саммер и обожгла их. Удар попал в цель.
— Впрочем, меня абсолютно не интересует, почему ты сбежала в Маймаре, — продолжила женщина совершенно спокойно. — Во время нашей встречи я говорила тебе, что я — не штатный полицейский. Если ты не совершила ничего противозаконного, хорошо. Если это так, что ж, повезло, что ты сбежала. Это не моё дело.
Саммер поражённо уставилась на неё. И поняла, что внезапно почувствовала облегчение.
Женщина прищурила глаза.
— Рана на виске удивительно хорошо зажила, — заметила она удивлённо. — Странно, даже шрам не остался. — Её взгляд был неприятен, Саммер будто чувствовала прикосновение ко лбу. И неожиданно перед ней предстал образ Финна. Финн, бессознательное тело, будто тряпичная кукла, подпирающая стену дома. И Морт, возможно, его уже нет в живых.
— Что случилось с театром? А с актёрами? С Финном всё в порядке? — вопросы сами собой срывались с её губ. Советник нахмурилась, Саммер уже знала, как должно быть неуместно звучат вопросы, учитывая её поведение.
— Без понятия, девочка. Вероятно, как ты уже вспомнила, я как раз была на пути к пристани. Могу только сказать, что твой друг, когда пришёл в сознание, был больше, чем в тебе разочарован. Не могу его винить.
Она действительно знала, как надавить на больное место. Но, всё же, в новости о том, что Финн не так уж сильно пострадал, было хоть что-то утешительное.
Собака всё так же не сводила с неё пристальных глаз, ожидая дальнейших команд. Её хозяйка также всматривалась в Саммер, будто рассматривая вопрос о том, стоит ли её скормить акулам.
— Я не знаю, кто ты такая, но я не спущу с тебя глаз, — продолжила она через некоторое время. — Позволишь себе хотя бы одну ошибку или самую маленькую трусость и Ёла с радостью поточит свои клыки о твою глотку.