— Ты действительно не глупа, Тая. Или Саммер... или как там твоё настоящее имя. Да, узор действительно должен мне всегда напоминать о том, чтобы не строить свои стратегии как на игровой доске. Потому что лишь шахматные фигуры или овцы могут быть лишь чёрными или белыми. Но люди — никогда.
Теперь улыбнулась и Саммер. Если бы мы встретились в другом месте, вероятно у нас получилось бы стать друзьями.
— Каждая воюющая сторона считает, что принадлежит к белой, — сказала она.
Мойра пожала плечами.
— Естественно, но это не играет никакой роли. Чёрный и белый цвет служит лишь для того, чтобы различить друга от врага. Иначе обе стороны должны были бы признать насколько они похожи друг на друга. Жадность, жестокость и доброта в равной степени присутствуют в каждой из сторон. — И совсем тихо она добавила: — Иногда я думаю, что бывают вещи, которые мы вообще не замечаем. Лишь маленькие различия между этими вещами. Так как они — единственное, что мы действительно можем воспринимать.
— В таком случае княгиня тоже не является светлой фигурой. Леди... Марс?
Мойра резко втянула воздух.
— Я знаю, я не должна была спрашивать о ней, — затараторила Саммер. — Фаррин предупреждал меня не упоминать о ней при тебе.
Мойра молчала, пока лошадь нервно переступала с ноги на ногу. Возможно, Саммер всего лишь почудилось, что воздух на возвышенности внезапно стал холоднее.
Лес сменился луговой полосой. На окраине поляны ждали Фаррин и Люкс на своих лошадях. Как только они убедились в том, что группа подтянулась, мужчины продолжили свой путь, и снова исчезли между деревьями.
— Леди Марс — это совершенно иное, — резко сказала Мойра. Это снова была неприступная, жёсткая женщина, с которой Саммер только познакомилась. — Не найдётся более жестокой властительницы. Некоторые называют её леди Смерть. И на это есть особые причины.
Саммер сглотнула. В один миг ей стало плохо на душе. Близость к Мойре казалась зловещей.
— Правда ли, что ты видела её? — робко спросила она.
— О, да, — пробормотала Мойра. И это прозвучало так, будто она дрожит. — А также нет.
Лошадь начала пританцовывать. Вибрации мыслей и воспоминаний, казалось, окружили Саммер. Может, это были мысли Мойры, которые теперь перешли к ней. Лес и трава снова казались окружёнными этим странным блеском, который делал все очертания нечёткими. Она видела леди Смерть перед собой — красные локоны и череп мертвеца. Кости под стеклянной кожей.
— Если ты и правда видела княгиню, то она не может быть леди Смертью, — сказала она тихо. — У леди Смерть нет лица. А по её венам вместо крови течёт пепел.
По знаку Мойры, лошадь резко остановилась, испуганно вскинула голову вверх, и попыталась вновь пойти, но Мойра сдержала её железной хваткой. С дрожащими боками она стояла там… Мойра перераспределила свой вес, и в полуобороте повернулась к Саммер. Через плечо она могла рассмотреть её с близкого расстояния.
— Кто, чёрт возьми, ты такая? — спросила Мойра.
Саммер сглотнула. В серых глазах она увидел туман. И пепел, который развеивался на ветру.
— Я не знаю, — прошептала Саммер. — Но должна это выяснить.
Предостерегающее рычание Джоласа вырвало её из оцепенения. В тот же самый момент раздался раскат грома, сопровождающийся треском ветвей. Неожиданно, точно рядом с ними вспыхнуло дерево. Лошадь встала на дыбы, и Саммер, словно утопающий, вцепилась в Мойру. В сумерках зазвучали залпы винтовок, и краем глаза Саммер заметила другой столб дыма, который поднимался впереди над деревьями. И снова Саммер получила урок: чтобы получить страх, нужно время, но ужас приходит незамедлительно.
— Дьявол, — процедила Мойра сквозь зубы. — Лагерь! — два солдата, которые ехали верхом позади них закашлялись, и в следующий момент попадали на землю из—за выстрелов, попавших в лошадей.
Мойра круто развернула лошадь, направляя в безопасное место, потом скинула поводья. В следующий момент земля под ними расплылась в ухабистом зигзаге: кустарники, камни и низкие ветви, хлещущие ноги Саммер. Когда они достигли края луга, лошадь напряглась и прыгнула через покорёженный земляной вал, оставленный одним из взрывов. Пыхтя, приземлилась на другой стороне, и поскакала дальше галопом.
Чисто случайно, через плечо Мойры, Саммер заметила в чаще еле уловимое движение. Стрелок в чёрно—серой одежде, едва ли различимый с тенью. Мушкой винтовки он целился непосредственно в Мойру.
— Вниз! — завопила она. И когда Мойра не сразу среагировала, Саммер вцепилась своими пальцами в ремень для кобуры и рванула её со всей силы в сторону. Лошадь на бегу встала на дыбы, и они с удвоенной силой вылетели из седла. Один яркий «пиф», отрикошетивший от стремени, определённо был выстрелом, и наверняка, предназначенным для сердца Мойры. Упав вместе, они ещё какое—то расстояние покувыркались по неровной земле.
Мойра, ещё не придя в равновесие, вытащила оружие и начала стрельбу из положения лёжа, но противник уже скрылся. В этот момент раздался ещё один взрыв, совсем близко от них. Едкий дым, смешавшийся с туманом, закрыл обзор стрелку. Мойра схватила Саммер за запястье и потянула вверх. Бок о бок, нагнувшись, они бежали к ряду кустов. Затем, прежде чем Саммер поняла, что задумала воительница, она уже ударилась о земляную насыпь и скользила по грязи и листьям, уходящим глубоко в землю. Это была нора под наполовину выкорчёванным деревом.
— Голову вниз и не двигайся с места! — прошептала Мойра ей сверху. — Я приведу помощь.
— Ты сумасшедшая? — зашипела Саммер и вскочила на ноги. — Оставайся здесь, мы спрячемся, пока...
Однако Мойра уже убежала. Последнее, что видела Саммер, выглянув над насыпью, было её развивающееся пальто, которое растворилось в дыме и тумане. Раздались выстрелы, и Саммер бросилась назад в нору, заползая внутрь до тех пор, как могла, и защищая голову руками. Комья земли отрывались от корней и сыпались на неё. Смерть была настолько близка, что она ощущала ледяное дыхание тысячи её крыльев. Она не знала, почему в одну секунду должна была так сильно плакать, что её это потрясло, а в следующий сумасшедший момент, одновременно с этим, она почти... счастлива?... была.
Глава 11Чёрный мёд
Свернувшись, она лежала между корнями и ждала следующей атаки. Казалось, прошла целая вечность, но так ничего и не происходило. Наоборот, шум боя, кажется, удалялся, криков стало меньше. И тогда Саммер кое-что услышала, хотя это было слишком тихо, чтобы понять, что именно. И действительно, она скорее почувствовала это - эхо в её голове, в то время как её уши всё ещё были будто набиты ватой. Кто-то… звал? Какое-то… имя?
Саммер испуганно вздрогнула и внимательно прислушалась. Где-то поблизости: звук, переворачивающий её внутренности, будто кто-то зовет её.
Осторожно, она расслабила свои затёкшие мышцы, и опустила руки, которыми до сих пор защищала голову от падающих комьев.
— Мойра? — позвала она.
Снова этот звук. Теперь он был отчётливее — стон. «Пожалуйста, только не Мойра! А также не Фаррин или один из группы!» Осторожно девушка поползла выше, к краю пещеры и выглянула наружу.
По лугу всё ещё плыли клочья дыма, как будто бы призраки павших не смирились со смертью и дезориентировано бродят по траве. Запах разорвавшихся снарядов был удушающе плотным. Поблизости кто-то ещё раз застонал, затем послышался хриплый, медленный вздох, за которым последовало... тихое завывание! Мелодия, переполненная отчаянием. Складывалось впечатление, будто кто-то, шагая по тёмному лесу, пытается придать себе смелости. Саммер желала вернуться в безопасность пещеры, но оказалась не способной бросить в беде человека с таким отчаянием в голосе. Там, снаружи, кому-то было страшно. И этот кто-то нуждался в помощи.
«Спрячься! Оставь его, тебя это не касается, вероятнее всего, он принадлежит к армии жестокой княгини», — нашептывал ей внутренний голос. Но сегодня Саммер проигнорировала его, на четвереньках она аккуратно спустилась с вала, и, продолжая работать локтями и коленями, продвигалась вперёд по мокрой траве. Оторванные ветви преграждали ей путь. Стволы деревьев всё ещё дымились после взрыва.
Первое, что обнаружила Саммер — это носок сапога, торчащий из травы. Без железной окантовки, значит, не может принадлежать Мойре. Затем она наткнулась на руку. Бледные пальцы, судорожно обхватившие корень, торчащий из земли, словно деревянная петля, будто жаждали удержаться за жизнь. Саммер забыла о Мойре, Фаррине, о войне. А так же об опасности, которая угрожала ей самой. Так быстро, как могла, она доползла до раздробленного дерева. Под ним лежал молодой человек. С первого взгляда Саммер поняла, что он больше не был раненым, а уже умирающим. Пуля попала в правую сторону груди, и он зажимал рану рукой. Его лицо приобрело пепельный цвет, под глазами залегли тёмные круги, а взгляд бессмысленный. Между равными вздохами он всё ещё пытался напевать эту песню.
Саммер поспешно преодолела последние метры и встала на колени рядом с ним. Она не медлила ни секунды, даже когда увидела знак лилии на его предплечье, который свидетельствовал о том, что он солдат леди Марс, и положила свою руку поверх его ледяной левой руки.
— Я здесь! — шептала она ему. — Я не оставлю тебя одного.
Саммер внезапно умолкла. Она не ожидала, что он действительно всё ещё осознанно будет её воспринимать. Тем больше поразила его реакция. Он открыл глаза и рассматривал её ясным взглядом. Бескрайнее облегчение разгладило его обеспокоенное лицо и позволило девушке предположить, как бы он выглядел, когда был счастлив.
— Это ты! — выговорил он с трудом. — Ты вернулась! — и тогда улыбнулся, и всё в нём стало мягким и молодым. Взгляд Саммер затуманился и прояснился снова, только тогда она поняла, что слёзы бегут по её лицу. Он с кем-то меня перепутал! И всё же она ответила:
— Да, это я. — Ещё не договорив этих слов, девушка испытала такую нежность к этому юноше, что, не осознавая, ответила на его улыбку. — Лежи очень спокойно. И ничего не бойся, — шепнула она ему. — Я останусь здесь, с тобой.