тальные будут здесь её искать.
«Итак, один на один со своим кошмаром», — размышляла она подавлено. Напрасно Саммер старалась вызвать вторую реальность. Всё ощущалось так, будто никогда не было ни Анжея, ни встречи с Норатом. С ночи в пещере она больше не решалась крепко засыпать, а лишь влачила жалкое существование и при самом малейшем шуме издавала пугливые крики, после чего снова ощущала на себе тёмный, испытующий взгляд. Он больше не разговаривал с ней, но очень часто девушка чувствовала, что мужчина пристально за ней наблюдает.
В день, когда скалистые расщелины стали значительно шире, она обнаруживала под красной осенней листвой железнодорожные шпалы. Очевидно, они перемещались по приостановленной железнодорожной линии. Дорога через скалы была для неё уже пробита, но не закончена. Саммер судорожно отыскивала в своей памяти карту, однако, вспоминала только слова Фаррина о запланированной транспортной линии из второго фьорда к городу Карс. Если это была она, то они приближались к среднему из трёх больших фьордов. Значит, их путь не вел к цитадели.
Поблизости от уступа скалы, послышалось журчание потока воды. Услышав его, Кровавый Мужчина спрыгнул с лошади и направил её к берегу ручья. Саммер не оставалось ничего другого, как последовать за животным. К её облегчению, веревка была достаточно длиной, чтобы ей не пришлось заходить в воду, в отличие от вороного, который остановился только посреди ручья, где сразу же погрузил свой нос в воду. Девушка опустилась коленями на шелестящую осеннюю листву пурпурных дубов, и также наклонилась вперёд, чтобы попить. Из отражения водной глади на неё смотрело утомлённое лицо.
Волосы Саммер, которые уже снова отрасли до самых ушей, сбились в непослушные колтуны из-за пыли и засохшей грязи. «Я превратилась в дикое животное». Она выглядела не лучше Кровавого Мужчины с его боевой окраской. Её лицо стало чёрным, будто бы девушка тоже замаскировалась. Только дорожки от слёз оставили необычные разводы на её щеках. Она черпала воду и жадно пила. Потом как могла, умылась. Ледяная вода облегчила пульсацию на её запястьях. Грязевое облако образовалось в воде, однако довольно быстро течение снова сделало воду чистой.
В надежде снова понаблюдать за этим, Саммер дождалась пока вода успокоиться и с криком отскочила назад. Лошадь испугалась и сделала резкое движение в сторону, веревка натянулась и потянула девушку в воду. Краем глаза она увидела, как Кровавый Мужчина в последний момент остановил лошадь.
— Что это значит? — обратился он к ней.
— Там ... чудовище! — выпалила она. Над ними, на уступе скалы послышался шелест. Заросли на холме зашевелились, будто кто-то, уходя их коснулся. Должно быть, монстр сидел на дереве и наблюдал за ними.
— Это всего лишь звериный бегун, — недовольно проворчал Кровавый Мужчина.
— Звериный бегун? — Саммер покачала головой. — Нет, этого не может быть! Ведь, это же люди или нет? Но штука в воде, у неё была тёмно-синяя кожа и белые пылающие глаза как у демона. И клыки и когти!
Она не решалась оторвать взгляд от кустов. Кровавый Мужчина, кажется, насторожился, во всяком случае, его голос звучал удивлённо, когда он ответил:
— Конечно. Они — люди. Но их отражение показывает их другое «я».
Саммер повернулась к нему.
— Его отражение выглядело как…, — начала она, и тут же забыла всё, что хотела сказать. Посреди ручья стоял незнакомец и смотрел на неё так же растерянно, как и она на него. По крайней мере, это больше не был Кровавый Мужчина, которого днём, в большинстве случаев девушка видела только со спины, а ночью лишь нечёткий силуэт. И он больше не имел ничего общего, с жестоким палачом её кошмарных снов и страхов.
Похититель отмыл лицо от грязевой корки и боевого раскраса и пальцами отбросил мокрые волосы с лица. Его глаза были немного не ясными. «И на самом деле, он определённо не старше меня!», — подумала она наполовину шокированно, наполовину заинтригованно.
Задумчиво он рассматривал лицо Саммер, будто бы искал в нём ответ на загадку. Его правая рука лежала на шее лошади, на загривке. Успокаивающим движением мужчина поглаживал шерсть, и как всегда мягкость, с которой он обращался с животным, была ошеломляюще контрастной в сравнении с грубостью, которую похититель проявлял в общении с Саммер.
Страннее всего было то, что она не могла отвести от него взгляд. Всматриваясь в его лицо, девушка причудливым образом хотела до него дотронуться. «Если бы я встретила его в другом месте, не зная, кем он является, я бы улыбнулась ему. Он... даже понравился бы мне».
Его брови были чётко очерчены, что ещё больше подчеркивало правильные черты лица. Только на правой скуле находилась небольшая неровность — старый шрам. Он был в форме полумесяца и немного выпуклым, выделяясь легким контрастом от его смуглой кожи.
Внезапно её сердце неистово забилось, и что-то глубокое в памяти зашевелилось и стало достаточно близко, чтобы зацепиться за это. «Я действительно его знаю! Этот шрам, в виде полумесяца и...»
Её взгляд пропутешествовал к его левой руке, которой он держал поводья. На ней не было перчатки. Тыльная сторона руки выделялась шрамами. Они также были несколько рельефными, и их форма походила на белые, папоротниковые листья. Были ли это следы от ожогов? Шрамы не выглядели безобразно, их можно было с лёгкостью принять за знак инициации таинства племени, однако, по тому, как быстро он отдёрнул свою руку и сунул её в карман куртки, Саммер чётко поняла, что мужчина считал эти шрамы недостатком.
Резким движением он отвернулся от неё, как будто бы больше не мог вынести её взгляда.
— Привыкай к тому, что они наблюдают за нами, — сказал мужчина в то время, как вытянув из сумки перчатки, поспешно их надел. — Мы на чужой территории — местности звериных бегунов.
Мимолётное подозрение мелькнуло в её голове, но когда она взглянула на своё отражение, оно немедленно исчезло. Нет, если у звериных бегунов отражения как у демонов, тогда он точно не один из них. В воде Саммер видела только его образ.
— Они нам ничего не сделают? — спросила девушка боязливым голосом. — Фаррин рассказывал, что они никого не допускают на свои земли.
Он приподнял левый уголок рта в ироничной улыбке.
— Ну, видела там, старые рельсы? Когда-то здесь планировали провести железнодорожную линию, проходящую прямо посреди их территории. Королю Берасу пришлось отказаться от этой затеи спустя год. Его рабочие больше никогда не были найдены.
Саммер вздрогнула и окинула взглядом возвышенности. Он вывел лошадь из ручья и приготовился снова оседлать её.
— Эй, подожди! — окликнула она его. — Было бы не лучше, если бы мы ... оба поехали верхом? Так было бы намного быстрее.
Ещё до того, как произнести это предложение до конца, она уже знала, что это было ошибкой. Уголки его рта вздрогнули, будто бы он старался сдержаться от насмешливого смеха.
— Естественно, мы были бы быстрее, — сказал мужчина сухо. — Но, во-первых, я не буду снова подвергать лошадь мучению близости с тобой. И, во-вторых, — он подтянул себя в седло и засиял надменной улыбкой, — во время нападения, я должен быть быстрее только тебя.
Это был ещё один интересный урок, который Саммер выучила о самой себе. Ей не удавалось одновременно люто ненавидеть Кровавого Мужчину и испытывать страх перед звериными бегунами. Поэтому, она решила полностью сосредоточиться на Кровавом Мужчине. Сегодня, странным образом, они продвигались значительно медленней, но девушка не могла и не хотела представлять себе, что мужчина сдерживал животное только для того, чтобы пощадить её. Всё больше деревьев обрамляли становящиеся более широкими ущелья.
Тут и там Саммер замечала метки на ветвях, палочки и перья, возможно являющиеся указателями звериных бегунов, взгляды которых она ощущала на своём затылке. Как будто бы бог ветра вдохновился её настроением, в течение нескольких часов ветер переменился и температура понизилась, а небо затянуло свинцово—серыми тучами. Когда ближе к вечеру Кровавый Мужчина остановил лошадь и спрыгнул с седла, под подошвами Саммер уже скрипел иней и первые снежинки закружились в пространстве между тремя елями.
Саммер молча, наблюдала за тем, как он расседлал лошадь и собрал под елью сухие ветки для костра. Мужчина обыскал карманы своей куртки, выругался и начал рыться в армейском рюкзаке. В нём обнаружился спальный мешок, последние остатки сухого мяса, компас, ещё веревки и запасные боеприпасы для винтовки, которая находилась в чехле под седлом. Однако, кажется, он не нашёл то, что искал. Лошадь фыркнула и в воздухе образовалось белое облако, она нетерпеливо била передним копытом о землю, пока не получила остатки овса из мешка. Саммер, прищурив глаза, пристально осмотрела Кровавого Мужчину. Удовлетворенно она заметила, что похититель замёрз сильнее, чем она. Очевидно, парень не рассчитывал на быструю смену погоды. И камуфляжная куртка казалась не достаточно тёплой для ночи под открытым небом.
— Нет зажигалки для костра? — спросила она спустя некоторое время.
И встретилась с уничтожающим взглядом
— По крайней мере, хотя бы её ты не сможешь украсть, — прорычал он.
— Она мне не нужна. У меня есть своя.
Он нахмурился и с подозрением уставился на девушку. Белое дыхание окутало его лицо.
— Серьёзно? Я обыскивал тебя на оружие и ничего у тебя не нашёл.
— Вероятно, ты смотрел в не правильном кармане.
Когда мужчина ничего не ответил, Саммер добавила:
— Развяжешь меня, сможешь развести огонь.
Он рассмеялся и продолжил рыться в сумке.
— Хорошая попытка.
— Я серьёзно! С завязанными руками я не доберусь до потайного кармана ...
Теперь похититель встал и подошёл к ней. Когда мужчина присел рядом с ней, она напрягла свои мышцы, чтобы перепрыгнуть через него, пнуть ногой, или нанести удар связанными руками, сжатыми в кулаки, но лезвие, небрежно приставленное к её шее, остановило девушку.