Раздался шорох.
— Ага! — шепнул Тоби.
— Я скоро вернусь. Что бы ни случилось, сиди там, пока я тебя не крикну. И ничего не бойся. Мне нужно пообщаться с одним человеком. Ясно?
— Да, — отозвался Тоби.
Джоэл огляделся — не наблюдает ли кто за ним — и, успокоившись, двинулся в сторону поля.
Он оставил позади Минвайл-гарденс и миновал Элкстоун-роуд. Подойдя к футбольному полю, Джоэл обнаружил, что городские власти закрасили стену с граффити — должны же городские власти чем-то заниматься — и тем самым предоставили художникам чистое поле для творчества. На стене висело объявление, которое предупреждало о наказании за порчу общественного имущества. Оно уже было разрисовано черной и красной краской. Джоэл обогнул поле и спустился к нему по ступенькам. Нила Уатта еще не было.
Джоэл нервничал из-за предстоящей встречи, да еще в таком месте. Футбольное поле находилось на восемь футов ниже уровня тротуара, и прохожие — а их было мало в дождливый осенний день — могли видеть происходящее на футбольном поле, только вплотную приблизившись к сеточному ограждению.
Джоэл продрог до костей. Он встал в центр поля; влажный туман поднимался от земли и окутывал его ноги. Мальчик попрыгал на месте и спрятал руки под мышки. В это время года и днем не особенно светло, и темнеет рано. Быстро сгущались сумерки.
Время шло. Сначала Джоэл подумал, что перепутал место встречи и пришел не на то поле. Есть ведь еще одно, за высоткой Треллик, но оно обычное, не в выемке, а Грев сказал: «На футбольном поле в выемке». Или нет?
Джоэл начал сомневаться. Дважды слышались чьи-то шаги, и мускулы мальчика напрягались. Однако звуки удалялись, оставалось только эхо и терпкий запах сигаретного дыма.
Джоэл ходил туда-сюда, зажав зубами кончик большого пальца. Он пытался сообразить, как быть.
Джоэл хотел одного — мира и душевного покоя. Это жгучее стремление вкупе с попыткой попросить помощи у Блэйда и видимым отсутствием интереса со стороны Нила в последнее время стало причиной того, что Джоэл клюнул на слово «переговоры» как на приманку, и теперь это казалось ему непростительной глупостью. Правда заключалась в том, что он оказался на месте, где ему грозит опасность. Один, без оружия, прохожих нет, спрятаться негде. Можно делать с ним что угодно. И некого винить, кроме самого себя. Нилу с его ребятами всего-то и нужно, что перепрыгнуть через забор и загнать его в угол. Бежать некуда; с ним будет покончено в два счета — Нил Уатт только об этом и мечтает.
Джоэл покрылся липким потом. Опять раздались шаги. Джоэл едва не потерял сознание. Стукнула крышка мусорного контейнера в соседнем дворе. Джоэл подумал, что Нил Уатт именно этого и добивается: чтобы Джоэл нервничал, ждал и мучился неизвестностью. Превратить Джоэла в сгусток страха — такова цель Нила; тогда он почувствует себя хозяином положения и обретет преимущество.
Преимущество. Тут Джоэла осенило. Это слово вспыхнуло в голове, новым светом осветив ситуацию. Мальчик вылетел с футбольного поля и помчался как лиса, которая убегает от своры гончих. Он понял, что совершил больше чем ошибку. Он потерял бдительность. Так люди и погибают.
Добежав до угла, Джоэл повернул, ориентируясь по высотке Голдфингер как по маяку. Он держал курс на Иденем-истейт. Джоэл уже понял, что будет дальше, но боялся в это поверить.
Сначала, на Элкстоун-роуд, он услышал звуки сирены. Первое, что увидел Джоэл, — это сигнальный фонарь, вращающийся прожектор на крыше пожарной машины, который дает знак автомобилистам пропустить пожарную бригаду. Сама пожарная машина стояла на мосту. Шланг брандспойта тянулся по лестнице, но вода еще не начала поступать. Огонь яростно пожирал заброшенную баржу. Кто-то ее отвязал и поджег, и теперь она плыла, достигнув середины канала, и из нее валил дым.
Повсюду стояли толпы зевак — и на мосту, и в парке, и на берегу.
Уже понимая, что случилось, Джоэл продолжал бежать и смотреть по сторонам — не видно ли Тоби. Он звал брата, пробиваясь через толпу. Приблизившись, Джоэл понял, почему пожарные не заливают водой огонь на барже.
Один пожарный держал наготове шланг, другой — его куртка лежала на берегу — двигался в сторону баржи с веревкой через плечо; он зашел уже по грудь в грязную воду канала. Пожарный направлялся к углу, еще не охваченному огнем. Там виднелась съежившаяся фигурка.
— Тоби! — крикнул Джоэл. — Тоби! Тоб!
Но баржа была слишком далеко, и малыш не слышал. Огни пламени лизали старое сухое дерево; люди возгласами подбадривали пожарных; из рации на пожарной машине периодически доносились крики. В этот шум и гвалт врезалась сирена въехавшего на мост полицейского фургона.
Джоэл проклинал себя за то, что Нилу Уатту стал известен придуманный им способ спасения Тоби. Мальчик по команде бежит в укрытие, и Нил со своей бандой превращает укрытие в ловушку. Конец истории. Джоэл огляделся в поисках врагов, хотя понимал, что Нил и его подельники давно скрылись, сотворив свое черное дело. И не с ним, не с Джоэлом, который может хотя бы ударить в ответ, а с его маленьким братом, который абсолютно ни к чему не причастен.
Между тем пожарник добрался до баржи и вскарабкался на нее. Тоби из своего угла смотрел на человека, возникшего из воды. Он мог подумать, что это охотник за головами, которого велено бояться, или даже сам Мейдарк, явившийся за ним из Муравии, но чутье подсказало Тоби, что подлинную угрозу представляет огонь, а не этот мужчина с веревкой. Поэтому Тоби на четвереньках пополз навстречу своему спасителю. Пожарник привязал баржу, останавливая движение этого плавучего костра по каналу, затем схватил подползшего Тоби на руки. Как только Тоби оказался вне опасности, пожарник подал знак — и его товарищи стали сверху заливать баржу водой.
Все могло бы закончиться хорошо, если бы жизнь была похожа на кино. Помешала полиция. Полицейский подошел к Тоби прежде, чем Джоэл сумел пробиться сквозь толпу. Констебль схватил Тоби за воротник курточки прежде, чем пожарный поставил его на землю. Ясно было, что полицейский хочет запугать Тоби перед тем, как приступить к допросу. Джоэл поспешил к ним.
— Ты поджег баржу? — строго спросил констебль. — Говори правду, не ври.
— Это не он! — вмешался Джоэл, вставая рядом с Тоби. — Он там прятался. По моей просьбе.
Тоби, с расширенными от ужаса глазами, дрожащий, но явно обрадованный появлением Джоэла, обратился к брату, а не к констеблю.
— Я ждал, пока ты меня позовешь. Я сделал, как ты велел!
— Как ты велел? — повторил констебль.
Он сграбастал Джоэла, и теперь оба брата были в его руках.
— Значит, вы действовали сообща. Как тебя зовут?
— Я слышал, как они орали, Джоэл, — захлебывался Тоби. — Они залезли на баржу и чем-то брызгали. Там сильно запахло.
— Бензин, — вмешался мужской голос. Он же крикнул кому-то в сторону канала: — Посмотри, нигде эти двое стартер не бросили?
— Да нет же! — воскликнул Джоэл. — Я не поджигал! И брат не поджигал. Он даже спичку не может зажечь.
— Следуйте за мной, — величественно приказал полицейский.
Он повел мальчиков к винтовой лестнице. Тоби заплакал.
— Эй! Мы не поджигали, — настаивал Джоэл. — Меня тут даже не было, выясните хоть у… хоть у тех пацанов со скейтодрома. Они видели.
— Это все прибереги для полицейского участка.
— Джоэл! Я же спрятался! — ныл Тоби. — Я все сделал, как ты велел.
Они подошли к полицейскому фургону. Задняя дверца была открыта. Возле нее пожилой мужчина с восточной внешностью что-то взволнованно объяснял второму констеблю. Джоэл с Тоби, сев в машину, услышали:
— Этот мальчик не поджигал, поймите. Мое окно — вон там — выходит как раз на канал! Все как на ладони. Парней было пятеро. Сначала они чем-то облили баржу из канистры. Потом подожгли и отвязали. Я все видел собственными глазами. Выслушайте меня, добрый человек. Эти двое тут ни при чем.
— Дашь свои показания в участке, если тебя вызовут, — отрезал водитель.
Не слушая возражений старика, он захлопнул дверцу и завел машину.
Джоэл подумал, что эти двое полицейских насмотрелись американских фильмов. Тоби ревел в голос.
— Не плачь, Тоби. Разберемся, — прошептал Джоэл.
На них смотрело множество глаз, но Джоэл усилием воли не опускал голову. Не потому, что хотел продемонстрировать свою гордость, — он высматривал в толпе Нила Уатта. Но того, разумеется, не было.
В полицейском участке на Харроу-роуд Джоэла и Тоби провели в жарко натопленную комнату для допросов. Четыре стула были намертво привинчены к полу по обе стороны от стола. На столе находились большой магнитофон и блокнот. Мальчикам велели сесть, и они послушно опустились на стулья. Дверь закрыли, но не заперли на замок. Джоэл решил, что это добрый знак.
Тоби затих, но в любой момент мог снова начать плакать. Глаза у него были размером с блюдца; он судорожно держал Джоэла за джинсы.
— Я же спрятался, — бормотал Тоби. — А они все равно меня нашли. Джоэл, как они меня нашли, раз я спрятался?
Джоэл не смог бы объяснить брату, что случилось.
— Ты все сделал правильно, Тоби. Ты молодец, — повторял он.
Следующее действие разыгралось с участием Фабии Бендер. Открылась дверь, и вошла Фабия в сопровождении мощного чернокожего мужчины в костюме и галстуке. Она представилась, затем указала на спутника, сказав, что это сержант Август Старр. Затем Фабия сообщила, что нужно записать имена мальчиков и связаться с их родителями.
Прежде Фабия Бендер не видела младших Кэмпбеллов. Она подвинула к себе блокнот, взяла ручку и приготовилась фиксировать имена. Но, услышав от Джоэла знакомую фамилию, подняла голову.
— Вы братья Ванессы? — поинтересовалась она.
Джоэл кивнул.
Фабия задумалась. Она глядела в пустой блокнот и постукивала по нему ручкой. Сержант Старр явно недоумевал — он не привык к нерешительности со стороны Фабии Бендер.
— Кто ваши родители? — осведомился сержант. — Где они сейчас?
— Мама в больнице, — отозвался Тоби, ободренный дружелюбием этих двух взрослых. Он не понимал, что их располагающий тон предназначен исключительно для вытягивания сведений. — Она там поливает цветы. С Джоэлом она разговаривает, а со мной нет. Однажды я съел мамину шоколадку.