– Ну, он намекнул, что многое может измениться.
– И все?
– И все.
– Отлично, – кивнул Хольмер. – Значит, ты не удивишься, если я скажу, что через сорок пять минут за вами с Тедом прибудет «середняк».
– Снова война? – удивился Хирш.
– Снова задание, – поправил его Хольмер. – Вы отправитесь в распоряжение какой-то особой группы. Я не очень понял, да мне и не объясняли – звонок был из дивизии, кто там будет объясняться с каким-то комроты? Сказали – выделить две легкие машины, и я сразу подумал про вас.
– А куда лететь? – спросил Джек.
– Лететь далеко, часа три будете болтаться.
– Надо обед взять! – подскочил Хирш.
– Надо, – согласился капитан. – Иди на кухню и потребуй картошки с мясом в фольгу.
– А если скажут жевать сухпай?
– Тогда ты напомнишь им, сколько бабла я переплачивал за мороженые торты и что мой пистолет почищен и смазан. Дальше что-нибудь нафантазируешь сам.
– О да, сэр! Я им нафантазирую! – заверил Хирш.
17
Капитан Хольмер оказался прав: лететь на очередное задание пришлось более трех часов. Спать Джеку не хотелось. Пока не было боевой работы, они и так все время спали да обсуждали меню в столовой. Однако дело было привычное, и Джек с Хиршем все же задремали под мерное гудение двигателей.
В прежние времена таких комфортных режимов транспорты не знали. Быстрый набор высоты, скоростное снижение – почти пикирование. Зависание, сброс десанта, и сразу прочь из простреливаемого пространства.
Теперь все было иначе. «Не служба, а мед», – говорили пилоты и позевывали.
Примерно за полчаса до приземления Джек проснулся и, придвинувшись к иллюминатору, стал смотреть вниз, туда, где среди холмов и пустынных долин то и дело попадались заброшенные шахты, горняцкие деревни, ржавеющие обогатительные фабрики и поседевшие от окислов терриконы, которые местами превышали высоту окрестных холмов.
Частые в этих местах дожди смывали со склонов всякую дрянь, и у подножий искусственных холмов скапливались целые озера с желтой, красноватой или оранжевой водой.
На некоторых даже гнездились какие-то птицы, Джек видел, как поднимались целые стаи, перепуганные грохотом турбин.
Вид этих отравленных районов, конечно, угнетал, но по сравнению с пустошами, в которых жили люди на родной планете Джека, здешние места казались цветущим садом.
Перед самой посадкой «середняк» развернулся неподалеку от брошенного военного городка и стал садиться в пяти километрах севернее его – на старый бетонный плац, недалеко от большущих ангаров из гофрированной оцинковки.
Взметнувшаяся бетонная пыль закрыла Джеку обзор.
«Искусственный кофе с растительным молоком», – успел подумать он, наблюдая в иллюминатор густую пелену.
– Посадка штатная? – прокричал совсем рядом Хирш, растирая уши, чтобы поскорее проснуться.
– Полный порядок, – подтвердил Джек, и в этот момент шасси «середняка» коснулись площадки.
Пилоты сразу выключили двигатели, и вместо привычного гула остался лишь рокот редукторов и дребезжание обшивки потолка.
Джек с Хиршем проследовали к своим машинам-роботам, заняли места в кабинах и вскоре без спешки вывели роботов на окраину плаца.
– Ну что, ты чего-нибудь видишь? – спросил Джек, когда они высунулись из кабин.
– Ничего не вижу и ничего не слышу, – ответил Хирш, зевая.
– Тогда покарауль, я принесу две пары гранатометов для «таргара».
– Ну, неси… – ответил Хирш и снова зевнул так, что щелкнули челюсти.
Джек опустил кабину, сошел на бетон и, поправив на поясе тяжелый револьвер, направился к транспорту.
Заметив его, пилот включил раскладывающиеся мостки, и Джек поднялся в трюм по-человечески, а не снизу – через десантный люк.
Тем временем Хирш поймал местную волну и, откашлявшись, сказал:
– Я – Плотва, два борта прибыли на площадку эн-модуля. Как поняли меня?
– Привет, Плотва, это Окунь. Поняли тебя хорошо, можешь отправлять борт, мы идем к тебе с юго-запада. Ориентир – два пехотинца.
– Хорошо, Окунь, борт отправляю, жду двух пехотинцев… – ответил Хирш, но никаких знаков пилотам давать не стал. Его «грей» крутанул кабиной и прошелся по пыльному плацу, рыская по сторонам зенитными пушками.
Хирш был не новичок и знал, что почем на этой войне.
18
Джек принес четыре гранатомета и, сгрузив их возле опор присевшего «таргара», щелкнул клавишей связи.
– Ты куда поперся, Тедди?
– Жду встречающих…
– Проблемы? – уточнил Джек, осматриваясь.
– Пока все в порядке…
– А что «середняк»?
– Пока пусть стоит.
– Так что тебе сказали – мне в кабину лезть или курить можно?
– Кури, но будь готов лезть в кабину.
– Вот спасибо… – покачал головой Джек и, забравшись в кабину, поднял «таргар» на боевую готовность.
– Вижу двух пехотинцев, – сообщил он через минуту.
– Ага, это они – с юго-запада.
– И что теперь?
– Сейчас их встретим.
– А что с бортом?
В этот момент хлопнула турбина «середняка», и в следующее мгновение оба мотора загрохотали, набирая обороты.
– Тедди, что происходит?
– Ни хрена страшного, капрал, просто ребята перепугались немножко…
– Эй, танки, что у вас за херня?! – на открытой волне спросили пилоты.
– Никакой херни, командир, сейчас полетите домой, – ответил им Хирш.
– А чего ты машину по бетонке гоняешь?
– Масло разогреваю, – соврал Хирш. – Не то масло влили, редукторы шумят, фильтры в затыке. Пытаюсь что-то сделать.
На транспорте заглушили вторую турбину, однако первый движок продолжал неспешно вращать лопасти.
Тем временем пехотинцы подошли совсем близко, и Джек даже разглядел на одном офицерские погоны, а у другого старшинские нашивки.
Тяжелого оружия при них не было – только пистолеты в штатных кобурах. Пока они шли к «таргару», Хирш подогнал свой «грей», опустил кабину, спешился и вышел навстречу гостям.
– Лейтенант Хирш и капрал Стентон прибыли в ваше распоряжение, сэр! – прокричал он капитану, принадлежавшему к министерству обороны.
У старшины тоже были министерские знаки отличия, и Хирш чувствовал себя не в своей тарелке. А вдруг наорут?
– Привет, лейтенант, – улыбнулся капитан и пожал Хиршу руку. – А что, капрал так и будет сидеть в «таргаре»?
– Одну минуту, сэр, – сказал Хирш и, пожав руку странному на вид старшине, махнул Джеку, чтобы тот спускался.
– Прошу прощения, сэр, мы с переднего края, там у нас другие манеры…
– Одобряю ваши манеры, лейтенант, но борт можно отпускать.
– Это мы быстро, сэр, просто не знали, кого ждать, – начал оправдываться Хирш и, заскочив в опущенную кабину «грея», ударил по клавише связи.
– Але, экипаж!
– Здесь экипаж…
– У нас все в порядке – всего вам хорошего.
– Ну наконец-то… – отозвался недовольный голос. «Середняк» запустил вторую турбину, прибавил оборотов и, подняв остатки пыли, стал набирать высоту.
19
Джек вышел из кабины и тоже пожал руки капитану и старшине.
– Какой странный у вас «таргар», капрал, – заметил офицер, кивая на упрятанные в чехлы гранатометы.
– Необходимое усиление, сэр. Без них моя машина была в бою только статистом.
– А вам хотелось вмешаться в драку «больших мальчишек»? – спросил капитан, невольно копируя терминологию капитана Хольмера.
– Хотелось.
– Ну и как, получается стрелять такими штуками?
– Получается, сэр. Я на всякий случай с собой еще две пары взял, если у вас тут подходящих не найдется.
– У нас для вас все найдется, капрал, но то, что вы запасливый, очень хорошо, – сказал капитан и, отойдя от «таргара», остановился напротив кабины «грея».
– Это что же – гаусс? – спросил он неуверенно и посмотрел на Хирша.
– Так точно, сэр, гаусс.
– И хорошо работает?
– Пока никто не жаловался.
– И механики не жаловались? – вышел вперед старшина и похлопал по кожуху нестандартной пушки.
– А чего им жаловаться?..
– Ну, я однажды видел, как гаусс пытались приспособить на манипулятор «берга». Так у него после трех выстрелов все контроллеры горели.
– У нас тоже сначала горели, но потом Джек… То есть капрал Стентон придумал, как откалибровать мощность выстрела. Он же придумал, как развести нагрузку по дополнительным контроллерам и запитать дополнительную батарею. После этого проблем у нас не было.
Старшина с капитаном переглянулись.
– Ну что же, – сказал офицер. – Спасибо вашему командиру, что не поскупился на таких бойцов, я думал, зажмет.
– Так капитан Хольмер знал, что вы именно нас затребовали, сэр? – удивился Джек.
– Конечно знал, мы ведь не абы кого вызывали, мы отбирали лучших и рекомендовали нам вас не только ваши начальники, но и бывшие противники. Те врать не станут. Ну, на этом все, хотя… Вам же нужно знать наши имена, правильно?
– Как хотите, мы может обойтись прозвищами или какими-то кодовыми словами, – заметил Хирш.
– Замечательно. Тогда старшина будет Крафт, а я Лефлер. Подходит?
– Вполне подходит, сэр.
– Тогда милости просим – в машины и за нами. Крафт, помоги капралу загрузить гранатометы. Они влезут в кабину?
– Влезут, сэр, проверено, – заверил его Джек.
Когда все было погружено, Джек и Хирш забрались в кабины, а капитан со старшиной пошли вперед, указывая дорогу.
Опустив бронированные шторки, Джек вертел головой, запоминая маршрут. Четыре гранатомета в кабине сковывали его движения, но он к такой тесноте был привычен – не раз приходилось таскать что-то внутри.
– Тедди, как тебе обстановочка? – спросил он на корпоративной волне.
– Нормально. Ловушки нет, и на том спасибо.
– Как-то ты не радостно…
– А чего радоваться? Они про нас все знают, а мы про них – ничего.
– Расскажут еще…
– Ага, жди. Представляю, как они смеялись, когда узнали, что я люблю печенье с молоком – как маленький мальчик.