Крафт выждал мгновение и подал руку в ответ. Джек почувствовал мозолистую ладонь, как у механика круговой сварки из команды Берта Тильгаузена, а взглянув на руку, разглядел приплюснутые пальцы и массивные ногти, которые, несмотря на ухоженность, выглядели как подрезанные когти зверя.
– Рад видеть тебя, капрал. Зачем пришел?
– А вот зачем… – произнес Джек и двумя руками навалился на руку Крафта, стараясь вывернуть ему ладонь, но старшина одним движением восстановил статус-кво, заставив Джека упасть на пол.
– Постойте, старшина, отпустите его! – закричал подбежавший Хирш.
– Он первый начал, сэр, – сказал Крафт, отпуская Джека.
– Да я уже понял! Извините его, кажется, он нажрался зубной пасты…
Хирш помог Джеку подняться, и вместе они вернулись к своей палатке.
29
Какое-то время приятели молчали. Джек смотрел в брезентовый потолок и даже не моргал, сосредоточившись на какой-то очень важной мысли. Хирш ему не мешал, устав думать, с чего его товарищу припекло сцепиться со старшиной.
– Я не все тебе вчера рассказал, Тедди… – сказал Джек и вздохнул.
– О чем? – спросил Хирш, делая вид, что не понимает.
– Вчера в этом подземелье…
– Ну.
– Помнишь эти мостки над главным залом?
– Конечно. Мы с Шойбле ссаживали с них пехотинцев. Мне понравилось, как он работает, честное слово, хотел бы я, чтобы в нашей роте служил такой парень. Но это так, к слову, ты продолжай.
– Я ведь чего к Крафту ходил…
– И чего?
– Я на его руку смотрел… Правую…
– И что увидел?
– У него не ногти, Тедди, у него звериные когти и повадки такие же.
– Вот тут я не понял, Джек, – сказал Хирш, поворачиваясь на бок лицом к Джеку.
– Я вчера видел, как наши пехотинцы по этому мосту рванули навстречу чужакам.
– И что?
– А то, что командира взвода пронзил рукой один из чужаков. Я просто уверен, что у него была такая же рожа, как у того парня, который атаковал мой «таргар». Я видел его совсем близко, Тедди, оскаленная харя, утопленные глаза! Если бы мог, он бы разорвал машину в клочья, но ему это было не по силам. Он просто сбил меня – врезался, как танк, и свалил машину, понимаешь?
– Да все я помню, Джек, что здесь нового?
– Новое то, что человека пробили рукой! Нанизали прямо через броник!
– Нет, подожди, – Хирш сел. – Давай разберемся, что значит «пробили рукой»?
– Это случилось, когда наши пехотинцы и эти чужаки сошлись на мостке врукопашную.
– Я этого момента не заметил, я к этой лесенке позже подключился.
– Знаю, потому и рассказываю. Ты не перебивай, Тедди.
– Не перебиваю.
– Так вот, первым бежал сержант, я даже имя его не успел запомнить.
– Кажется, Линжал, сержант Линжал.
– Ну вот, этот зверюга выскочил на него из темноты и саданул рукой, насквозь, представляешь? А потом просто отшвырнул беднягу, как задушенную кошку. А вторым за Линжалом бежал… – тут Джек понизил голос и посмотрел в сторону палатки начальства, как будто мог видеть сквозь брезентовые стенки. – За Линжалом бежал Крафт, и этот зверь хотел повторить с ним тот же фокус – ударил, да ничего не вышло! А потом ударил Крафт и сам нанизал этого на руку, а потом тоже сбросил вниз и побежал дальше. Все произошло за какие-то секунды, ну ты понимаешь, рукопашная – это как столкновение бронемашин! Искры, огонь, стрельба в упор!..
Они помолчали немного, Джек остужал разыгравшиеся воспоминания, Хирш, напротив, пытался дорисовать в воображении эти подробности. Получилось жутковато. Хирш перевел дух и вытер со лба проступивший пот.
– И чего ты ходил к Крафту? Хотел посмотреть, есть ли на руке кровь? Думаешь, он руки не моет?
– Нет, Тедди, я хотел посмотреть на эту руку как на оружие, я хотел понять, как он это сделал. Ну, убить так голого человека теоретически можно, если убийца долго тренировал руку и пальцы. Однако бронежилет, Тедди, он держит девятимиллиметровую винтовочную пулю…
– И тут ты вспомнил, что нам рассказывал про Крафта Шойбле?
– Да, вспомнил, – кивнул Джек. – Может, он какой-то пятижильный, а? Железный человек?
Хирш пожал плечами. Радовало уже то, что Крафт на их стороне.
– Наверняка капитан про все это знает, – сказал Хирш.
– Ясное дело, – кивнул Джек. – Он все время трещит без умолку, но фактов выдал по минимуму.
– Эсгэбэшник, что с него взять?
– Меня не нужно развлекать, Тедди, ты это знаешь, но, когда мы идем в бой, хотелось бы знать о нашем подразделении больше, я прав?
– Ты прав, Джек, и я с тобой согласен. Надо будет попытать этого Лефлера еще раз. Как-нибудь зажмем его и выдоим как следует.
30
Издалека, от самого горизонта, доносился тяжелый гул «середняка». Джек подумал, что следовало позавтракать перед прибытием пополнения, и уже стал прикидывать, с чего начать: с персика в сливочном сиропе или по-взрослому – с пюре и котлеты под соусом?
– Тук-тук-тук! – послышалось совсем рядом. – Тут-тук, камрады, выходи строиться!
– Тебе чего надо, Петер? – спросил Хирш, высовываясь из палатки.
– Прошу прощения, господин офицер, разрешите официально пригласить вас на встречу пополнения! – сказал Шойбле и, щелкнув каблуками, отдал Хиршу честь.
– А что, хорошая мысль! – неожиданно для самого себя поддержал его Джек, тоже выбираясь наружу.
– Завтракать после будем? – уточнил Хирш.
– Так даже удобнее, – сказал Джек. – Выдернем чеку и пусть разогревается…
– Тебе чего сегодня? – уточнил Хирш, подходя к ящику с консервами.
– Котлета и картофельное пюре.
– Отлично. А я возьму макароны по-флотски…
– А что это такое? В смысле, как это переводится? – спросил Шойбле.
– Не знаю, как переводится, но мне нравится, – ответил Хирш, поочередно выдергивая шнурки активаторов, сначала из своей банки, потом из банки Джека.
В поддонах зашелестели, защелкали химикаты, и посуда начала разогреваться. Готовность наступала уже через полторы минуты, однако Джек с Хиршем сумели разобраться, что дозревало блюдо минут через десять, приобретая не только нужную температуру, но и оттенки вкуса и запаха.
– А я, признаться, побаиваюсь этих макарон. Ну что такое «по-флотски»?
– Не бойся, я за вечер полкоробки истратил, – сообщил Хирш.
Шум подлетавшего «середняка» усилился.
– Ну что, пошли, кавалерия? – заволновался Шойбле.
– Идем, камрад, уже идем, – заверил его Джек, вставая и одергивая куртку. Потом напялил кепи, проверил положение кокарды и поспешил к выходу из ангара.
Когда они вышли на воздух, черная точка «середняка» уже появилась со стороны северо-востока.
– Надо поспешить! – сказал Шойбле и пошел быстрее.
– Тебе-то что, они же тардионы! – заметил ему Хирш, тоже переходя на скорый шаг.
– Какая разница? Пополнение – оно и есть пополнение, это всегда радует.
– Правда? – удивился Джек.
– Правда, – заверил Шойбле. – Но вы должны дать мне частоту вашего внутреннего канала связи.
– С чего это?
– С того, что мы теперь одна команда, и мне неприятно, что вы без меня о чем-то там секретничаете.
– А зачем тебе наши секреты? – вмешался Хирш. – Надо спросить – включай открытую волну, мы ответим.
– Нет, я хочу корпоративную. Вдруг вы там обо мне гадости говорите?
– Да ты с дуба рухнул, сержант, – предположил Хирш, но Шойбле не ответил. Между тем «середняк» решительно пошел на посадку, а под старыми липами его ожидал капитан Лефлер.
Они успели как раз к моменту приземления транспорта. Шасси лязгнули о стопоры, турбины сбросили обороты, по раскладным аппарелям на бетон стали сбегать солдаты – собранные, напряженные, с ранцами за спинами и автоматами на изготовку.
– Им сказали, что эта высадка боевая, – предположил Хирш.
– Напугали парней, – согласился Джек.
– Морду надо бить за такие шутки, – подвел итог Шойбле, и с ним все согласились.
31
Поняв, что стрелять не придется, десантники расслабились и стали осматриваться. Лефлер пожал руку прибывшему с ними лейтенанту и повел к ангару, начав инструктировать на ходу. О чем он говорил, было не разобрать, поскольку в этот момент облегченный «середняк» поднялся с плаца и потащил свое брюхо куда-то на восток.
– Привет, кавалерия! – поприветствовал Джека с Хиршем пехотный сержант, определив по шевронам их принадлежность.
– Привет, камрады! – ответил Хирш и начал пожимать руки всем проходившим мимо солдатам. За ним это проделывал Джек, а после него – Шойбле. При этом тардионские разведчики ничуть не удивлялись появлению человека в арконовском обмундировании, кивали ему и хлопали по плечу.
– Ваши ребята просто преотличные! – подвел итог Шойбле, когда вся команда проследовала мимо. – Наши-то вам руки не пожимали.
– Они были набыченными, – вспомнил Джек.
– Так как насчет корпоративных частот, камрады?
– Обращайся к начальству, – кивнул Джек на Хирша.
– Хорошо. Как насчет частот, господин лейтенант?
– Получишь ты свои частоты… – обронил Хирш, направляясь за командой новичков.
– А когда?
– Завтра. Перед выездом на задание.
– Завтра будет задание?
– Будет. Капитан обещал, что мы отправимся подтирать чужую задницу…
– Это то, что я думаю? – уточнил Шойбле.
– Это то, что ты думаешь, – подтвердил Хирш.
– Кстати, эти ваши ребята имеют странную амуницию.
– Чего же там странного? – не согласился Джек.
– Ну… Шлемы «квартион», такие никто не носит. Автоматы «пума», это оружие охранников, потом – бронежилеты ячеистые…
– Знаешь что, Шойбле!.. – начал было Хирш, собираясь отшить сержанта, но его неожиданно перебил Джек:
– А я тоже так подумал – выглядят они как-то не по-нашему.
– Не по-нашему? – не понял Хирш, невольно поглядывая на последнего в колонне пехотинца. – Что в них не так?
– Во-первых, здоровые очень, прямо качки какие-то. Морды в шрамах, как у бандитов, а еще – ладные какие-то. Все у них на месте, все на ремешках, кнопках и никаких веревочек. Разве бывает так, чтобы у пехоты ничего не было привязано на веревочке?