Хирш задумался. Действительно, пехотинцы были людьми постоянного движения и бесконечного совершенствования. У них всегда было что-то привязанное на веревочках или приклеенное скотчем. Не то чтобы они были раздолбаями и все у них валилось без скотча, но они постоянно что-то улучшали, добавляли, усиливали и облегчали.
Шили чехлы на автоматную механику – в пыльных районах это было оправдано. Натягивали на оптику презервативы – так она не давала бликов, а четкость картинки почти не страдала.
Сушили на касках носки – для чего предусматривали специальную резинку. В пеших переходах это было удобно: одни носки на ногах, другие сушатся, и дополнительная маскировка.
Пехотинцы придумали палки-думочки, короткие, сантиметров двадцать пять деревянные столбики с широкой набойкой на торце. Лежа на позиции, на такую палку-думочку можно было положить голову и уснуть – как на настоящей кровати, ощущения те же.
Одним словом, перечислять пехотные прибамбасы можно было до бесконечности, но у новоприбывших действительно никаких видимых прибамбасов не наблюдалось.
– Может, у них в ранцах чего-то имеется? – предположил Джек. – А шлемы – да, дурацкие. Я бы такой не надел, смотрится, как квадратный горшок.
– Возможно, их хорошо кормили, отсюда и атлетичность, – предположил Шойбле.
– Да ладно тебе выдумывать, если много жрать, вся атлетичность в брюхо пойдет, а у этих плечи, морды! И кулаки, как манипуляторы, – возразил Джек. – Нет, тут что-то другое.
– Для начала нужно узнать, откуда их перебросили. Возможно, это многое объяснит, – сказал Хирш, и Джек с Шойбле с ним согласились.
32
Поначалу все было, как и у Джека с Хиршем. Новички радовались нелимитированному запасу консервов, отсутствию очереди в сортир и душ, чистому воздуху, ясному небу и отсутствию ограничений на жилое пространство.
– Возьми все на себя, – негромко произнес Лефлер, обращаясь к Хиршу, и ушел к себе в начальственный угол, а Тедди принялся раздавать палатки – кому какие приглянулись, и всем приглянулись две большие. В результате правый дальний угол расцвел еще двумя туристическими домиками – оранжевого и желтого цветов.
Новички проверили действие туалетных кабин, потом поочередно приняли душ и, облачившись в чистое, собрались возле настоящего угольного очага из нержавеющей стали, который Хирш недавно нашел в самом дальнем штабеле ящиков с оборудованием.
Это была обыкновенная жаровня для пикников, но к ней прилагался изрядный запас угля и горючей жидкости. В качестве шашлыка подошли консервы из полусырой конины, которая до этого момента всеми игнорировалась. Ну кто станет есть конину, да еще полусырую, когда полно тушеной говядины и свинины со специями?
Предполагалось, что этот запас предназначен для наведения контактов с некими степными сектантами, однако теперь Тедди нашел консервам другое применение.
– Шашлык, господа! – громко объявил он, показывая унизанные мясом шампуры. – Требуются добровольцы, нам нужно нанизать два ящика консервов!
Добровольцев хватало, ими стали все новоприбывшие, и вскоре мясо аппетитно шкворчало на огне, а лейтенант Хирш наводил с новыми камрадами знакомство.
– С какой, говоришь, вы планеты? – переспросил он, не забывая поправлять шампуры.
– Арлизон. Разве капитан тебе не говорил? – удивлялся лейтенант по имени Джеймс Карно.
– У нас тут не особенно разговаривают, времени в обрез, заданий много, поэтому начальство просвещает нас в самую последнюю очередь. Я прав, камрады? – обратился Хирш к Джеку с Шойбле, которые находились тут же в общем кругу.
– Так точно, сэр, – кивнул Джек.
– Тут ясный перец, – поддержал Шойбле.
– Странное дело, что у тебя, Хирш, и у капрала одинаковые знаки различия, а у сержанта совсем другие. Это разные рода войск или что?
Хирш закашлялся, но тут же взял себя в руки и вернулся на пустой ящик, на котором сидел.
Джек и Шойбле недоуменно переглянулись, однако решили помолчать, не зная, чего теперь ожидать. Прибывшее тардионовское пополнение отчего-то понятия не имело, как выглядели арконы – их недавние враги.
– Как у вас на Арлизоне было с погодой? Снег, дождь или жара?
– Зимой снег, летом жара, – пожал плечами лейтенант Карно.
– А еще в перечень – булыжники с неба валились. К этому никто привыкнуть не может, – добавил смотревший на угли рыжий капрал, и все закивали, подтверждая, что странный период, называемый «перечнем», имел на Арлизоне большое значение.
– Что значит «булыжники»? – решился спросить Джек, жалея, что оставил свой револьвер в кабине. Кто знает, как поведут себя эти молодцы, когда почувствуют, что их раскрыли?
– Самые обыкновенные булыжники, от полкилограмма до шести. Мы как-то их даже завешивали по требованию командования.
– Они что же, из булыжных облаков падают? – спросил Хирш и делано рассмеялся, однако его никто не поддержал. Джек и Шойбле все еще были в шоке, а новички уставились на Хирша, словно на ядовитую сороконожку – с легким удивлением и брезгливостью.
– Прошу прощения, – нервно улыбнулся тот, жалея, что Лефлер убрался в свою палатку. Как бы он сейчас был кстати.
– Не, ну перечень длится недолго. Как правило, две недели в полгода. Торнадо поднимали булыжники на океанских пляжах, а потом сбрасывали где придется. Причем начиналось это в любой момент времени – утром, вечером, в обед или в полночь. Один булыжник упадет или двести, никто заранее определить не может, поэтому все сидят в помещении и смотрят на солнышко, птичек и мошкару. Вы видели когда-нибудь ночную фосфоресцирующую мошкару?
– А против кого вы там воевали, камрад? – решился спросить Хирш, чувствуя, как деревенеют губы. Да, к своему роботу он не поспеет, но, может, спасутся Джек и Шойбле?
– Да все, как у вас, – пожал плечами лейтенант, и общий вздох прошел по всему кругу. Разговорчивых здесь не было, а Карно был вынужден говорить согласно должности.
33
Звонкий щелчок заставил Хирша снова взглянуть на Карно, и от увиденного он перепугался еще больше: Карно сидел в странной позе, опустив плечи почти до пола и зыркая исподлобья на проходившего неподалеку Крафта.
Должно быть, старшина пошел в сортир или прогуляться на воздухе, однако его появление вызвало у новичков удивительную реакцию.
– «Носорог», сэр… – пророкотал прижавшийся к полу капрал – справа от Карно.
– Вижу, Дэн, – горлом проговорил лейтенант.
В одной руке он держал нож с активированной кромкой, а в другой – самодельный «глушак» большой мощности – обрезанное до механики бронебойное ружье «А-10».
И тут – о ужас! Хирш увидел такие же обрезы у каждого из солдат! И все наготове держали виброножи с активированной кромкой!..
– В башку, лейтенант, – прошипел капрал.
– И ножами, – добавил Карно.
– Какими ножами, вы что?! – закричал Джек и вскочил, растопырив руки. – Давай назад, старшина! Давай назад, а то подстрелят! – закричал он, пятясь к удивленному Крафту. Через мгновение старшина понял, в чем дело, и быстро убрался в начальственный угол, а из палатки появился слегка заспанный Лефлер и, поправив обмундирование, направился к шкворчащей жаровне.
– Ну и что тут происходит? – бодро спросил он, как будто не видел бледной морды старшины Крафта.
– Здесь «носорог», сэр, и, возможно, не один, – нависая над Лефлером, сообщил Карно.
– Носорог?
– Так мы называем нороздулов.
– Нороздулов?
– Нороздулов, сэр. Фризонталов мы называем «бэжэ»…
– Бэжэ? Почему такая разница? На мой взгляд, они неотличимы.
– Неотличимы, сэр, пока вы не всадите в них графитовый нож, – пояснил лейтенант и продемонстрировал тот самый нож со сверкающей активированной кромкой.
– Прошу прощения, лейтенант… – хихикнул капитан Лефлер и огляделся в поисках хоть какой-то поддержки. Он окончил много курсов, он повидал немало разного – стать капитаном СГБ не так-то просто, но теперь он почти обделался. Кто эти люди и зачем их сюда прислали?
А эта сволочь – майор Резник – все время что-то недоговаривал. Бери, говорит, хорошие ребята, а на вопрос, откуда они, только смеялся. Сволочь, фальшивомонетчик!
– Прошу прощения, сэр, но они восприняли нашего старшину как врага! – сообщил подобравшийся к капитану Джек.
– Спасибо, капрал, – искренне поблагодарил Лефлер, ему сейчас любая помощь была кстати. – Итак, Карно, что вам не понравилось в старшине?
– Он «носорог», сэр.
– Я больше догадываюсь, чем понимаю, дорогой камрад. Просто представьте себе, что некоторые «носороги» находятся на нашей стороне… Представили?
– Нет, сэр.
– В чем проблема?
– «Носорог» – стремительный убийца, сэр. Те, кто в этом сомневались, давно мертвы.
– А если он перешел на нашу сторону?
– «Носороги» не переходят на нашу сторону.
– А если это не «носорог»?!
– А кто тогда?
– Была и третья сторона, лейтенант, нороздулы, фризонталы и инсайдеры. Так вот Крафт – инсайдер.
– Инсайдер? – не ослабляя хватки на обрезе «А-10», уточнил лейтенант.
– Инсайдер, лейтенант. Он очень похож на вашего врага, но он не враг. Вчера он пронзил рукой одного из нороздулов, и тот свалился с моста вниз, как распотрошенная падаль. Вам этого достаточно?
– Нет, сэр. Но описано красиво.
34
С большим трудом, при поддержке Джека и Хирша, капитану Лефлеру все же удалось убедить лейтенанта Карно убрать свои обрез и вибронож, а тому, в свою очередь, было непросто убедить своих людей.
Джек видел застывшие в их глазах ужас и решимость вступить в бой, из которого только два выхода – победа или смерть.
Так вот отчего они такие странные! Вот почему они знать не знают, как выглядят арконы, они их никогда не видели, зато повидали кое-что пострашнее.
Наконец, когда какое-то спокойствие было восстановлено, Лефлер предложил Карно встретиться со старшиной Крафтом, чтобы рассеять все подозрения.
– Тем более что ему нужно в туалет, а он там терпит, бедняга!