96
Фред толкнул напарника в бок и кивнул на внедорожник. Рем его не понял – грабить, что ли, он тут собрался в двух шагах от укрытия?
– Пойдем поможем военному!..
– А зачем нам перед ним рисоваться?
– Да он нетрезвый, как и мы с тобой. Скажем, что прохожие, заодно выясним, что здесь за чудеса творятся. Может, отсюда надо когти рвать, а не сидеть, дожидаясь неизвестно чего.
Рем пожал плечами. С одной стороны, хорошо было сидеть у машины, где они неплохо замаскировались и где имелись выпивка и еда. А с другой – лишняя информация не помешает, тем более что пустынная на первый взгляд территория оказалась густо населена.
– Ладно, только не болтай лишнего.
– А когда я болтал?
– Всегда болтал, а потом вдвоем с тобой расхлебывали, дебил ты хренов, – напомнил Рем, однако проследовал за напарником, и они вышли к застрявшей машине.
– Доброе утро, господин майор, – поздоровался Фред, улыбаясь майору.
– О… – произнес тот и дохнул в окно свежей выпивкой. – А вы здесь что делаете?
– На шум вышли. Слышим, двигатель надрывается, и думаем, не надо ли помочь?
– Ой надо, ребята, вы очень кстати! Помогите машину вытащить, а то она совсем ехать отказывается, зараза…
Майор ударил по баранке и вздохнул.
– Подтолкните, сделайте милость, а я вам налью, у меня коньяк имеется… Ик!.. Офицерский.
– Ну, за коньяк обязательно поможем! – сказал Фред, и они с Ремом стали раскачивать внедорожник, пока майор давил на газ. Однако толку от майора было мало, он больше мешал, чем помогал, поэтому Фред попросил его выйти, сел за руль, и они с Ремом вывели машину на дорогу.
Майор был счастлив. Достав из бардачка две плоские фляжки, отдал их своим спасителям, а сам взял себе уже початую.
– Ну, ребята, за содружество войск… Ик!..
– За взаимопонимание, господин майор.
– Зовите меня Брендон! Мы теперь – друзья!
– Спасибо, Брендон, за отличный коньяк, но, может, не стоит тебе налегать, а то опять не впишешься?
– Нет, дальше я впишусь, это полковник Хорьх со своими дурацкими звонками суется в тот момент, когда я к бутылке прикладываюсь. Он позвонил, я закашлялся, выпустил руль и нажал на газ. Такая вот… Ик!.. Рапсодия.
– Прессует начальство?
– Ой, не то слово! Вынь да положь ему механиков… Ик!.. А вы как тут оказались, спасатели?
– Честно признаться, решили вечерком выпить за городом, да по пьянке и заблудились – мы не местные. Вот только утром и выходим, как из окружения.
– Ха-ха! Ик!.. Как из окружения!.. Смешно!..
Майор отсалютовал новым знакомым фляжкой и отхлебнул.
– А вы, кроме как в пустыне пить, чего еще делать можете?
– Да мы не все время пили… Нам дали расчет, когда корпоранты свои дела свернули.
– О да, много народу работу потеряло. Вы-то что там делали?
– Да мы по железкам больше, где мотор перебрать, где электропроводку починить. По металлу можем резать, сварку знаем. Рабочий класс, короче.
– Так вы механики, ребята?! – осенило майора, и его сонные глазки заблестели.
– Механики, Брендон. Как есть, без ложной скромности.
– Так мне механики и нужны! Мне же Хорьх только что за это втык давал, что механиками его не могу обеспечить! А где я их могу взять, если мы интенданты и нам механики не нужны, а тут же вон какое дело образовалось, вы вообще в курсе?
– В курсе чего? – не понял Фред, и они с Ремом переглянулись.
– Ну как же…
Майор выдохнул и посмотрел по сторонам, словно опасался, что его подслушают.
– Тут же намечается большая переброска…
– Куда?
– Куда, мне неведомо, но точно на другую планету. Видите эту дорогу? Она ведет к нашему временному пункту развертывания. Была интендантская рота, а теперь будет интендантское управление из трех батальонов, усекаете?
– Нет, – покачал головой Фред.
– Ну, если интендантов настолько расширяют, то и войска настолько же увеличиваются. И потом, мы получаем заявки на резервное питание, которое лежит в складах. Продукты долгого хранения, лекарства-биоциды от всех болезней сразу, газовые фильтры, химиоизоляционная одежда, порошковые аккумуляторы. Все это дорогостоящее универсальное имущество, применяемое в любых климатических условиях, понимаете?
– Чтобы войска выживали, где бы их ни выбросили? – уточнил Рем и потряс фляжкой, в которой закончился коньяк.
– Вот! – кивнул майор. – В самую точку. Коньяк допивайте, а бутылочки возвращайте – для отчетности. И еще, парни, мы просто обязаны работать вместе, идите к нам, пожалуйста, а? У вас солдатские книжки имеются?
– Нет, мы же гражданские специалисты, – покачал головой Фред.
– Мы гражданские, – подтвердил Рем, строго поглядывая на напарника, который, похоже, снова втягивал их в какие-то неприятности.
– Без книжек плохо… – покачал головой майор. – Но интендантская служба тоже кое-что может. Мне строевая часть крепко обязана и выпишет солдатские книжки хоть птице какаду, если я того пожелаю. Так что, ребята, вот вам моя визитка. Позвоните сегодня вечером, и можете считать, что вы уже в штате.
– Даже не знаю, – вздохнул Фред, и они с Ремом снова переглянулись.
– Ну хватит ломаться, ребята, примете мое предложение – такого коньяка у вас будет сколько угодно, Брендон гарантирует!
– Мы обязательно позвоним, Брендон, только тут написано «крошки мадам Камиллы», вряд ли это твоя визитка.
– Ха-ха-ха! – засмеялся майор и хлопнул себя по лбу. – Перепутал! Вот тебе моя карточка, а «крошек» давай сюда, они мне еще пригодятся.
Наконец они расстались. Майор вернулся в свой внедорожник и уехал, довольно сносно управляя, несмотря на количество выпитого.
Рем шмыгнул носом и почесал в затылке.
– Ну, хоть коньяк-то тебе понравился? – спросил Фред.
– Коньяк понравился, но ты опять втравил нас в новую историю.
– А что тебе не нравится в этой истории, камрад?
– То, что ты задумал. Ты ведь хочешь идти к ним на службу, правильно?
– Мы решим это вместе, а на службу идти нас никто не заставляет. Отсидимся в кустах и снова рванем во Фрунтон.
– А что будем делать там, когда пропьем все деньги?
– Ты считаешь, что мы можем принять предложение старины Брендона?
– Если мы примем предложение, нам придется пахать с утра до вечера, сливать масло, менять колеса, заниматься сваркой, резкой и еще хрен знает чем.
– И что тебя пугает?
– То, что мы спалимся.
– Ты не сможешь заменить колесо?
– Колесо смогу, а если им понадобится что-то особенное?
– Рем, по роже этого майора не похоже, чтобы они набирали авиационных техников. Ты вспомни, как в Рознере, когда стало совсем кисло, мы нанялись садовниками в семью торговца бензином, помнишь? А когда выяснилось, что у него проблемы с личной безопасностью, предложили свои услуги.
– Ну и не очень-то ему это помогло, – угрюмо заметил Рем.
– Не помогло, – согласился Фред. – Потому что у них было численное преимущество, а у нас только винтовка и две «девятки». Но заметь, до этого мы два месяца как в масле катались и получали хорошее жалованье. А ты тогда снайпера завалил, помнишь? Я даже удивился, как ты его заметил.
– А он очками на солнце блеснул. Прицел прикрыл, а про очки забыл…
Сказав это, Рем повернулся и пошел обратно.
– Что означает твое молчание, Рем? – поспешил за ним Фред. – Ты хочешь получить новые документы на выдуманные фамилии? Ты хочешь въехать в нормально жилье от министерства обороны и получать гарантированное жалованье?
– Давай обсудим это в нашем лагере. Заодно проверим, как черный ром ложится на офицерский коньяк.
– О! Можешь быть уверен, ложится очень хорошо, что поверх, что снизу, тут и думать нечего.
97
Через три дня все раненые бойцы разведвзвода вернулись из госпиталя. Они еще ходили в повязках, но выглядели лучше многих солдат взвода охраны, которым из-за недокомплекта приходилось нести службу сверх нормы.
Впрочем, через пару дней Лефлер обещал решить и эту проблему.
– Они пришлют нам людей в кратчайшие сроки, Лещинский, – пообещал он сержанту, оставшемуся во взводе охраны за командира. – Сегодня я связывался с начальством, и нас попросили потерпеть два дня.
Сержант ушел приободренный, ему светило повышение, ведь приходилось командовать целым взводом, а это совсем другая ответственность и другое жалованье.
– Ты видел этих красавцев? – спросил Хирш, выходя на солнышко после завтрака и садясь рядом с Джеком на их любимую лавочку.
– Ты про разведчиков?
– Ну да. Их увозили отсюда бледных и зеленых, одного, я помню, несли на носилках, а теперь они снова здесь – не захотели оставаться в госпитале.
– Карно, наверное, рад.
– Рад? Я бы так не сказал, они обменялись всего парой фраз и разошлись по палаткам.
– М-да, – неопределенно произнес Джек и прикрыл глаза. После ночного налета они уже вторую неделю чистили перышки и не ходили на операции, хотя до этого Лефлер грозил им постоянной занятостью.
Судя по всему, начальство решило не торопиться и точнее выяснить, где базируют силы противника.
– А значит, они своего добились, – произнес он вслух, не открывая глаз.
– Кто? – спросил Хирш.
– Враги.
Джек открыл глаза и сел ровнее.
– Мы сидим на месте, отъедаем морды и никуда не выезжаем, а значит, противник ночной бомбежкой добился желаемого результата.
– Ну… – Хирш пожал плечами. – Может, он добился желаемого для него результата, а может, это, напротив, сыграет нам на пользу. Надо летать на подготовленные операции, вот пусть их и готовят.
Со стороны техпарка показался Шойбле. Он шел, засунув руки в карманы, и о чем-то сосредоточенно размышлял. Заметив Джека с Хиршем, сбавил шаг и, подойдя к коллегам, сказал:
– Тедди, там эти монстры твою ласточку уродуют и говорят, что им Лефлер приказал.
Джек сразу понял, что Шойбле врет, однако Хиршу было не до смеха. Когда дело касалось их машин, у пилотов напрочь пропадало чувство юмора.