– У вас были переговоры с президентом?!! – вскинулся ведущий.
– Тайные, через посредников, – небрежно бросил Интеллектуал.
«Какая прелесть, какая сенсация, рейтинг передачи существенно поднимется. Правильно, что я согласился ее сделать, хотя и сомневался, несмотря на деньги!…» – думал ведущий.
Интеллектуал продолжал быстро, в телеграфном стиле, чтобы успеть в прямом эфире сказать все. Но четко и ясно, чтобы сказанное дошло до всех.
– Движение Свароговых внуков – это перспективное движение в плане идеологии, стратегии, политики, и, если угодно, цивилизации. У нас действительно есть решения большинства стоящих перед страной проблем. Решения прорывные, а главное – безболезненные для русского народа.
Разумеется, бездарная власть, которая ничего не может, кроме получения огромных незаслуженных благ за счет страны и народа, видит в нас конкурентов. Хотя мы и не стремились до времени выходить на политическую арену. Но, тем не менее.
Итак, эта власть хочет нас раздавить всей мощью государственной машины. Раздавить, несмотря на свои предложения о сотрудничестве. Несмотря на свои просьбы перемирия с ней.
Мы видим, что все эти якобы мирные инициативы – ложь! Это видели и все телезрители сейчас в прямом эфире.
В связи с этим мы заявляем.
Первое… Прошу дать мне договорить, буквально минута с небольшим, коллега, – обратился Интеллектуал к ведущему, видя, что тот хочет его прервать.
Итак, первое. Тем, кто сейчас доверил нам определенные общественные дела, мы говорим, что не сможем выполнить их в ближайшее время вот из-за этого подлого нарушения Кремлем оговоренного перемирия. Но мы выполним их, или выплатим полученные авансы в десятикратном размере чуть позже. Но не позже, чем через год.
Второе. Соратникам. Мы не можем вам всем сейчас помочь немедленно. Крепитесь, друзья! Когда мы придем к власти, каждый ваш день и час в застенках будет вознагражден стократно. А все ваши мучители будут безжалостно уничтожены. Копите ваши претензии, они будут выполнены по первому требованию.
Третье. Псам режима мы хотим сказать, что за каждый волос с головы наших соратников они ответят. Мы не сторонники петли и пули. Мы, как они, наверное, догадываются, – Интеллектуал гадко ухмыльнулся, – предпочитаем огонь…
– Я не могу, чтобы вы продолжали в том же духе, – попытался прервать ведущий.
Интеллектуал так пристально посмотрел на него, что он осекся. «Тебе заплатили немеряно, блядь!!!» – кричал взгляд Интеллектуала. – И, кроме того, ты не бессмертен, шкура».
– Последняя фраза, господин ведущий…
Итак, если давление на нас будет продолжаться, то мы готовы показать господам, пишущим бумажки, называемые законами, что настоящие законы – это законы химии, физики, математики. И мы готовы провести натурный эксперимент по расщеплению атомного ядра на Большой Дмитровке, где полно разных бумажных законников…
Дежурный, кажется, проглотил микрофон…
– У вас есть атомная бомба?! И вы грозитесь взорвать ее?!!
– У нас есть все! И господа наверху могли убедиться за последние полгода, что мы в техническом плане умеем творить невозможное. Не так ли, Иван Тимофеевич?
Интеллектуал взял с собой Ваню именно для этого момента. Лицо гениального фанатика было лучше любых доказательств. Впрочем, полуграмотному быдлу не нужны иные косвенные доказательства, кроме субъективных. И Ваня был одним из лучших аргументов подобного рода.
Его глаза широко открылись. Это были не глаза, а зевы адских топок. Лицо окаменело. Губы кривились в гримасе такой неизбывной ненависти, что пробирала дрожь. Такой, действительно, мог и изготовить бомбу на кухне и взорвать ее.
– Да, Наставник! – рявкнул Ваня, вскакивая с кресла и испепеляя взглядом все вокруг, в том числе телекамеры, берущие его лицо крупным планом.
– У меня все, господа, – внезапно меняя тон, мягко и интеллигентно улыбнулся Интеллектуал. Но в этой мягкости было столько очевидного иезуитского издевательства, что никакая интеллигентность не могла никого обмануть.
И, обращаясь к ведущему, он добавил.
– За сим разрешите откланяться. Дела, знаете ли…
Он резко встал и, в сопровождении Вани стремительно, не оборачиваясь, вышел из зала. Они даже не зашли в комнату, где раздевались. Быстро спустились к выходу и без верхней одежды вышли в холодную осеннюю ночь.
Глава 21.
Интеллектуал немного рисковал. Ведь их с Ваней могли арестовать прямо в студии. Но он надеялся, что это не соответствовало бы стратегии их противников. Их намеревались удушить, а не сокрушить. Конечно же, рано или поздно их бы подвели под уголовку. Но позже, позже!… После того, как утихнут страсти, угаснет интерес к Свароговым внукам, будут разгромлены молодежные структуры, их поддерживающие, после того, как они рассорятся со спонсорами и окажутся без денег. И так далее и тому подобное. Трусы и подлецы любят измываться над связанным противником. Или подлавливать противника на мелочах. Этакие мастера подножек. Им никогда не понять красоту рискованного, но сокрушительного встречного удара.
Впрочем, у них и на самый острый случай кое-что с собой было. Огонь – стихия Свароговых внуков. И не только огонь. Ваня все же гений.
С другой стороны, что можно было ожидать наверняка, так это установление за ними слежки. Так оно и было. Но эта угроза была устранена по-наполеоновски, «массой артиллерии и кавалерии».
В студии было полно своих людей, отслеживающих ситуацию. Когда Интеллектуал с Ваней вышли из студии, их окружила, моментально со всех сторон собравшаяся, небольшая толпа. В плотном окружении этой толпы они сели в машину. Это было предусмотрено на случай, если все же им попытаются что-то сделать на улице.
Но обошлось. Либо не было такого намерения у их противников, либо мгновенно собравшаяся толпа сыграла свою роль. Но вот за их двумя машинами следили очевидно. Но безуспешно. Улицы, в которые они забирались, несколько раз за их спиной перекрывали то грузовики, то толпы рокеров. После этого они, под прикрытием этих пробок отрывались от наблюдения и пересаживались в другие машины.
В итоге, вполне уверенные в отсутствие слежки, они уже на третьей по счету машине оказались на окраине лесопарка. Там их поджидала одна из мотогрупп Парашютиста. В сопровождении этой группы они выехали за пределы Москвы.
И потом, уже только вдвоем с Ваней на одном мотоцикле (остальные в очередной раз остались контролировать тылы) прибыли на большое заброшенное поле. На его краю стоял их любимый славный самолет с запущенным двигателем. Взлетать ночью с грунтовки весьма непросто, но за штурвалом были не новички. Да и свою импровизированную полосу они исходили не раз собственными ногами.
Самолет легко оторвался от земли, ревя мощным двигателем, который нельзя было представить на обычном АН-2, и понесся чуть ли не над самой кромкой леса, потом нырнул в долину небольшой речки и понесся над лугами еще ниже. И так – до самой Белоруссии. Возможно, такой полет не покажется очень комфортным. Зато он весьма интересен. А адреналин так и хлещет. Мало им было мандража в студии, – с ухмылкой думал Ваня, глядя на проносящиеся за иллюминатором кроны деревьев.
В холодном октябрьском небе светила полная луна.
Интеллектуал профессионально подгадал не только политическую ситуацию, но и тип погоды.
В любом обществе есть недовольные. Иногда недовольны целые профессиональные и социальные группы. Например, буржуи после октябрьского переворота. Много недовольных было и в свободной от ума и совести Россиянии, как издевательски называли страну, ставшую им мачехой, молодые радикалы. Впрочем, не только они.
Курьезно, но недовольных в относительно состоятельных и даже правящих слоях, вопреки обывательскому мнению не меньше, а то и больше, чем в слоях низших. Сложившимся положением вещей в России 2005 года недовольны были, помимо народа, ограбленного, мягко выражаясь, «непопулярными» методами новоизбранного президента, очень многие. Недовольны были журналисты, переставшие быть четвертой властью. Недовольны были многие новые русские, которые, несмотря на все свои деньги, не чувствовали себя свободно и комфортно.
Однако любое недовольство, в том числе в верхах, ничего не значит. Даже сильное. Оно становится чем-то значимым, если власть подставляет недовольным свой бок, а лучше спину.
Так было и на этот раз. Ведь в течение лета не только Свароговы внуки натачивали зубы. Не раз задавленным журналистам представлялась возможность от души, с наивным видом, без риска, но серьезно подыгрывать Свароговым внукам, напоминая обнаглевшим бюрократам и право – лево – охранителям, что СМИ тоже кое-что могут.
И они подыгрывали инстинктивно, даже не отдавая себе в этом отчета, даже будучи настроенными против Сварожичей. Просто такова была логика их профессии, таков был их корпоративный интерес, такой была их стратегия добычи хлеба насущного.
Вот и сейчас, кампания в СМИ, никем не спровоцированная, вспыхнула с новой силой. «России грозит ядерный террор от порвавших с властями молодых технократов», «Президент договаривался с нацистами о формировании ими правительства», «Тайные испытания нового оружия. Отделение милиции сожгли Свароговы внуки по согласованию с ФСБ и Генштабом», «Как погиб депутат Жмыревский», «Ультиматум властям», «Выдержит ли Россия такой уровень нестабильности», «К экономическим трудностям, политические угрозы», «В такой ситуации дефолт неизбежен»…
А вот это уже интересно!… Осторожные иностранцы начали выводить капиталы сразу после выступления Интеллектуала по ТВ. Надо признать, что не само это выступление было тому причиной. Но оно дало толчок соответствующим процессам. Было той каплей, которая переполнила чашу.
Не так уж много, кстати, и было этих иностранных капиталов. Но все же. И потом, они продемонстрировали тенденцию. А вслед за иностранцами ломанулись и свои. Тоже инстинктивно, просто в силу логики своего бизнеса. И тут в дело включились те, кто сознательно играл на понижение. Такие всегда есть в любом бизнес – сообществе. И они просто использовали открывшиеся возможности.