Сухим остатком участие Ларионова в этой авантюре был наконец-то более или менее сносно выученный на старости лет английский.
Телефонный звонок разбудил Петра Григорьевича в полвосьмого утра. Нельзя сказать, чтобы он был этим доволен. Но он все равно уже собирался вставать. В трубке раздался бодрый голос Михеева
– Петька, надо встретиться!…
– Меньше секса, Феденька. А ты что, в Москве?
– Да, дружище. Ну, как насчет встречи?
– Давай в стране заходящего разума. – Они так называли кафе «Восход».
– Когда?
– В два.
– Заметано!…
Федя выглядел довольно хорошо. Он был, не в пример Петру, подтянут. Разумеется, загорел дочерна. Брови и ресницы белые. Выгоревшие короткие волосы несколько скрадывали начинающуюся седину. И все же, весь его вид явно свидетельствовал не в его пользу. Он был нервозен и весьма далек от образа преуспевающего человека.
– Чего тебя принесло?- спросил Петр. – Ты же, вроде, сюда больше не собирался?
– Решил подвести итоги некоторых давних дел.
– Политических?
– Нет, сугубо экономических. Надо кое-что получить по старым долгам.
– Сколько, если не секрет?
– Тысяч девять…
– И для того, чтобы получить девять тысяч, ты потратил больше двух тысяч на билет в оба конца? И это преуспевающий бизнесмен?…
Михеев стал серьезен.
– Чего ты иронизируешь, знаешь ведь, что никакой я не бизнесмен? И семь тысяч для меня – серьезная сумма.
– Да, слышал кое-что. Слушай, мужики даже говорили, что ты у своей жены потребовал продать квартиру и отдать тебе половину денег!…
– Слухи о моей подлости сильно преувеличены…
– Что, дело в ЮАР сорвалось?
– В целом, да. – Михеев пытался из последних сил хорохориться.
– Да, судя по тебе, не только в целом…
– Считай, что так. Проект не получился. Черные во власти вовремя поняли, чем дело пахнет, и прижали организаторов.
– Полицейскими мерами?
– Да нет, немного по деньгам.
– И твои крутые буры сникли?
– Да, дружище. Хотя без прибыли умудрились не остаться. Наладили по дешевке, по их меркам, конечно, по дешевке, нанимать нашу верботу на шахты и химические заводы вахтовым методом.
– Да, Федя, сильно помог ты сохранению генофонда русской нации…
Федор усмехнулся.
– Я старался.
– А чего не возвращаешься? Все же, наверное, заработал там кое-что? По нашим меркам, достаточно. Да и опыта набрался. Опять же два иностранных языка теперь освоил.
– Конечно же, кое-что заработал. Но, знаешь, все на пределе. Вот сейчас эти семь тысяч прибавлю к своим кое-каким сбережениям и попробую на пару с одним другом наладить одно маленькое дельце.
– А таких крох тебе хватит?
– Надеюсь.
– И все-таки, чего не возвращаешься? Или нашел там женщину своей мечты?
Михеев устало посмотрел на Петра.
– Женщина моей мечты более чем худощава, одевается в черное, и имеет экстравагантную манеру гулять с косой на плече. Но после нашей встречи с ней я хочу лежать в теплой сухой земле, а не в мерзлой грязи.
– Занятно… Ну, давай к делу, для чего я тебе понадобился, брат-разбойник?
И Михеев изложил Петру свою несложную просьбу, заключавшуюся в чисто технической помощи в одном довольно простом деле.
Петр согласился.
Михеев улетел, увезя с собой не семь, как он рассчитывал, а всего пять с половиной тысяч долларов.
Проводив его, Петр печально подумал, что еще одна их совместная мечта не осуществилась. Ему было искренне жаль Федора. Пусть не самому Петру, но хотя бы его другу, должно же было повезти! Но и этого было не дано. Нет в жизни места мечте, нет Грааля, нет подвига, нет порыва и прорыва. Ему вспомнилось:
Ни Граалю нет места, ни тайне,
Только желтый глумливый закат.
Ауфвидерзейн, майне кляйне,
Соловьи не тревожьте солдат…
И теперь остается только ждать встречи с женщиной мечты Михеева.
Глава 2.
Президент Республики Беларусь был как всегда энергичен и напорист.
Подняв цены на газ, Россия душила свою верную союзницу. И руководству республики надо было искать нетривиальные решения.
Разумеется, никакой экономикой в действиях России и не пахло. Россия была бездонной бочкой для всех стран СНГ. Она отдавала сама или допускала вывоз за свои пределы миллиарды, и даже десятки миллиардов долларов в год. Рвущаяся в НАТО Украина сосала из России в пять раз больше, чем Белоруссия, ничего не давая взамен. Поддерживающая чеченских бандитов и тоже рвущаяся в НАТО Грузия получала из России только по легальным каналам в полтора раза больше, чем Белоруссия. Но благодарности не испытывала, а присоединялась ко всем мыслимым антироссийским подлостям.
Однако, больше всех на ниве грабежа России прославился Азербайджан, наглая диаспора которого обдирала Россию на восемь миллиардов долларов в год.
На этом фоне несколько сот миллионов, которые, может быть, и теряла Россия в Белоруссии, хотя это тоже было далеко не очевидно, ничего не решали для самой России. Но были ощутимым ударом по Белоруссии. Ибо этот удар был нанесен, во-первых, в самый неподходящий для белорусов момент, а во-вторых, был явным намеком на возможности наращивания дальнейшей энергетической блокады республики.
И формально эти действия были направлены против единственного настоящего союзника России! Совершенно ясно, что Кремль просто решил поспособствовать свержению белорусского президента, который был бельмом на глазу всех мерзавцев, захвативших власть в остальных странах СНГ.
Цинично рассуждая, Кремлю было чего бояться в лице Лукашенко. Во времена чуть ли не физически разлагавшегося Ельцина очень многие в России надеялись, что с созданием союзного государства, Лукашенко встанет у его руля и поспособствует демонтажу уродского российского режима.
Приход к власти преемника Ельцина спутал все планы сторонников такого сценария. Демагогически выдвинув близкие по форме лозунги, новый президент перехватил инициативу у сторонников послеельцинского обновления. Умным людям с самого начала было ясно, что все это чистой воды пропаганда, что все останется, как есть, и даже станет хуже. Но, увы, дураков в России всегда было больше, чем умных.
И теперь уже идея союзного государства работала на поглощение последнего островка порядочности на подлейшем постсоветском пространстве. А чтобы Лукашенко стал сговорчивее, Белоруссию начали душить экономически.
Правда, первый удар по экономике республики удалось если не отбить, то сильно смягчить. Умелыми маневрами и привлечением всех резервов Президент Белоруссии сумел предотвратить кризис. Но это был паллиатив, а надо было искать радикальные решения.
И Лукашенко начал поиск в единственно правильном направлении. Народ мастеров, каковыми остались белорусы, мог преодолеть энергетический шантаж только умом, умением и трудом.
– … Найти все имеющиеся разработки в области энергосбережения и энергетики. -Лукашенко энергическим жестом подкрепил свой тезис.
– Найти, – продолжал он, – проинвентаризовать, отобрать наиболее простые и реализуемые решения и начать немедленное, я повторяю, немедленное, внедрение! Уже к следующей зиме самые эффектные технические решения должны быть внедрены! А в перспективе через полтора-два года мы должны с помощью перспективных технологий стать практически независимыми от любого энергетического шантажа!
Слушатели напряженно внимали. Но результат их дисциплинированного внимания был, тем не менее, не очевиден. Тупик, в котором оказался Лукашенко, имел очень глубокие корни. И дело здесь было даже не в остроте нынешней ситуации, осложненной подлой российской политикой. Режим Лукашенко опирался на лояльную ему управленческую пирамиду. Именно эта пирамида не дала Белоруссии развалиться, не дала восторжествовать либеральным заокеанским принципам, ведущим к деградации страны и обнищанию населения.
Но бюрократы пороха не изобретут. А сейчас нужно было именно это. Иной читатель может сказать, что не самим же бюрократам нужно было находить необходимые технические решения. Однако, сам по себе бюрократический стиль не может не пронизывать все общество, где управленческая корпорация сильна и не имеет противовеса.
А значит, способность «изобрести порох» в такой ситуации снижается даже у самих изобретателей. Разумеется, в команде Лукашенко было несколько очень ярких нестандартных соратников, которые могли приподняться над той системой, которую они сами же и представляли. Но для успеха нужны были не только прорывные решения, но и соответствующее их исполнение. Ибо прорыв может носить только комплексный характер. Точечный прорыв, «прорыв сверху», захлебнется в море рутины.
В самом деле, что может предложить дисциплинированный добросовестный исполнитель в этой ситуации? Шеф требует увеличить производство тепла и энергии без увеличения затрат импортного топлива? Прекрасно! Предложим ему имеющиеся технические разработки, внедрение которых наверняка не связано с риском. Где-то уменьшим энергозатраты на 5%, где-то на 10%. Увеличим КПД энергоустановок где на 3%, где на 5%.
В итоге наберем таких технологических усовершенствований около дюжины и уменьшим зависимость от российских энергоносителей процентов на 20-25, а может даже и 30. В лучшем случае – 40.
Это, конечно же, не совсем то, что надо. Хотелось бы и побольше… Но результат впечатляющий. Указание выполнено?
Да.
Ах, шеф требует еще и выполнить все это в сжатые сроки? Что ж, будем реалистами. В нашей дисциплинированной и ответственной среде авантюризм не уместен. И из доброй дюжины остается полдюжины самых быстро реализуемых технологий. Остальные оставим на потом. Но…, увы, получим тогда и результат более скромный. Не на 30-40, а в лучшем случае на 20 процентов уменьшается зависимость от российского газа.
Хотя,…, хотя и тут есть определенные трудности. Внедрение вот этой технологии, например, обойдется слишком дорого. В нынешней напряженной экономической ситуации мы не можем позволить себе так напрягать бюджет республики. Мы же не авантюристы!