При её появлении жеребец радостно заржал, как бы приветствуя. Он отдыхал, но, как и всегда отдельно от других лошадей. Бунтарей стараются держать подальше, ибо дурной пример заразителен.
— Спасибо, мой дорогой, что не подвёл меня вчера, — прошептала она ему, нежно касаясь морды.
Злата простояла около него некоторое время. Говорила ласковые слова, игралась со смоляной гривой, поглаживала шею, холку, а тот в ответ положил голову ей на плечо. За этой трогательной сценой их и застал император. Неслышно подойдя сзади, он держался на расстоянии, не смея нарушить их прочную, однако невидимую связь. Она витала в воздухе словно ветер и ускользнула тотчас, стоило янычару громко к нему обратиться. Девушка невольно вздрогнула, услышав рядом грубый мужской бас, а чуткий скакун, почувствовав её испуг, встрепенулся.
— Спокойно, всё хорошо, — поспешила успокоить его она.
— МашАллах Алтыным, ты великолепно с ним ладишь, что я боюсь вас сглазить.
— Ох, нет, повелитель, я здесь ни при чём, — Злата отрицательно мотнула головой. — Это он позволил мне стать его другом.
— Значит, он увидел в тебе достойного человека, — предположил император.
— Хотелось бы в это верить, — задумчиво протянула девушка, обдумывая услышанное.
— Ты ставишь слова султана под сомнение? — в голосе его смешался властный тон и добрая усмешка.
— Никак нет, повелитель, — она смущённо улыбнулась, не отводя взгляда.
Султан Левент в очередной раз удивился её смелости, ибо не каждый рискнёт заглянуть в его глаза. Неотрывно смотря на девушку, не мог понять, как она в этом мужском тряпье умудряется выглядеть так чудесно. Неужели существуют наложницы, которым не нужно украшать себя шёлком, драгоценностями и редкими цветами. Высокая мохнатая папаха, сдвинутая на лоб, прячет роскошные локоны, а широкая рубаха — изящную фигуру. Впрочем, в данный момент он только этому рад, ибо не хотел бы, чтобы посторонние мужчины лицезрели его тайное сокровище. Несмотря на улыбку, она оставалась взволнована и будто хотела что-то спросить, но никак не решалась.
— Я слушаю тебя Алтыным. Говори, не бойся.
— Гюль Ага… что с ним? — в женском голосе звучали нотки тревоги.
— Я пока не знаю, но гонец вот-вот должен прибыть во дворец.
Злата облегчённо выдохнула, этот вопрос волновал её больше всего. Один Ясин не справится, друзьям необходима защита высокопоставленных лиц.
— А вы?
— За меня не беспокойся, часть янычар патрулирует лес, в случае опасности, они подадут сигнал.
Ответ императора внушал надежду, однако предчувствие беды так никуда не делось. Интуиция подсказывала, что так легко им не отделаться.
Минувшей ночью в стенах дворца:
Хвала небесам, Ясину удалось остановить кровотечение, казначей еле дышал, порой хрипло, иной раз совсем неслышно, и в душе парня нарастала паника. Ничего лучше он не придумал, как спрятать его в хлеву, накрыв тонким слоем сухого сена поверх одеяла. В покоях Гюль Аги оставаться было крайне глупо, предатель мог вернуться в любой момент и не один. Боясь не справиться в одиночестве, он решил отправиться за подмогой. В их ситуации выбирать не приходилось, и евнуху пришлось просить о помощи близкую подругу Златы. Насколько помнил, её звали Джансу. Видел девушку мельком, однако она показалась ему хорошим человеком.
Подкравшись к горнице рабынь, долго думал, как выманить наружу нужную девицу втайне ото всех. Они мирно спали устав за день, а через несколько часов очередной ранний подъём с восходом солнца.
Придумал бросить в невольницу косточкой от персика. Благо их несложно было найти. Практически весь сад в персиковых деревьях, это любимый фрукт повелителя, и каждый, кто вырос в этих стенах, об этом знает. Пришлось тщательно прицелиться, чтобы ненароком не задеть соседку по комнате, ибо они спят буквально впритык к друг другу. Он попал точно в цель, прямо в нос спящей Джансу.
Проснувшись от боли, она чуть было не вскрикнула в первый раз, а во второй, сразу увидев темнокожего евнуха в окне. Благо он успел придержать палец у рта, как бы цыкая: «Тс-с! Не шуми!».
К счастью, она его сразу вспомнила. С мыслью, что Злата в беде, тотчас вскочила с постели. Иначе бы евнух не пришёл в столь поздний час. Времени на раздумья не было. Стараясь не шуметь, Джансу осторожно натянула поверх сорочки платье и на цыпочках выскользнула из горницы.
Услышав от евнуха краткую историю о том, что произошло, она поначалу засомневалась в правдивости его слов. Это казалось ей чем-то неправдоподобным. Нападение на подругу, покушение на главного Казначея, дворцовый заговор.
— Мне нужны доказательства, — справедливо терзаясь сомнениями, попросила она.
— Хорошо, иди за мной, — тяжело вздохнул юноша и направился куда-то.
Правильное воспитание и природная трусливость не позволяла ей сделать и шаг ему вдогонку, но долг дружбы обязывал. Девушка понимала, что к утру измучает себя переживаниями. В своё время Злата единственная не осталась в стороне и защитила от нападок троицы, стала верной подругой и исполнила самую заветную мечту, подарив зеркало ценою в целое состояние. Этим жестом Злата обеспечила ей безбедное существование в день, когда получит законную свободу.
Они шли какими-то окольными путями, неизведанными ей ранее. Далее спустились куда-то под землю, мрачное место очень напоминало заброшенную темницу.
Липкий страх сковал её тело, дыхание участилось. А вдруг он обманул и желает навредить? Единственное, что удерживало не пуститься в бегство прямо сейчас, — мысль о Злате. Наконец, евнух остановился и указал пальцем на одну из камер.
— Здесь хранится тело того, кто напал на наложницу султана. Господин Гюль Ага велел хранить втайне тело шакала, до приезда повелителя, в качестве доказательства.
Джансу тихо ахнула от услышанного. В нескольких метров от неё лежит бездыханное тело преступника. В ужасе она попятилась назад, но обо что-то споткнулась. Упасть и повредить себе чего-нибудь евнух не дал, успев одной рукой придержать, однако в этот момент она случайно посмотрела в сторону камеры и увидела окровавленный труп в чёрном одеянии. Глубокий шок от увиденного погрузил её в непонятное состояние сродни трансу. Через пелену забвения пробилось самое страшное воспоминание из её печальной жизни. Тот день, когда неизвестный, выскочив из темноты, изуродовал прекрасное лицо, оставив страшный шрам на пол лица. В памяти навсегда врезались злые серые глаза нападавшего, однако сейчас в них больше нет жизни. Душа покинула бренное тело и горит в адском пламени.
— Это он! Я вспомнила! — дрогнувшим от нахлынувших слёз голосом закричала она. Девушку всю трясло как в лихорадке. — Этот человек похитил мою красоту! Он забрал моё счастье!
Глава 54
День прошёл беспокойно, уже перевалило за шесть часов вечера, а султан так и не вернулся с обхода. Злата сидела в шатре как на иголках, ожидая хоть каких-то вестей. В любой момент на них могли напасть или ещё чего похуже. Снаружи послышались торопливые шаги, громкие голоса янычар, а следом раздался командный тон военачальника.
Неприятное чувство тревоги заставило моментально вскочить с места. Внутренний голос испуганно вскрикнул: Началось…
От этой мысли неприятно засосало под ложечкой, дышать стало тяжело. Натянув высокую папаху на голову, девушка предусмотрительно проверила наличие кинжала под одеждой. Пусть и владеть холодным оружием не умеет, но чувство безопасности он ей внушает, точно газовый баллончик, который носишь с собой в кармане, так, на всякий случай.
Выйдя из шатра, окинула встревоженным взглядом окружающее пространство. Янычары суетились, надевали на себя внушительную броню, срочно запрягали лошадей. Грозно нахмурив брови, военачальник, тем временем их подгонял:
— Ну же парни… что же вы как медлительные девицы! Быстрее по коням!
В ту же секунду лошади срывались с места, поднимая копытами пыль аж до самого неба.
В полевом лагере оставалось всё меньше солдат. Злата обеспокоенно искала глазами повелителя, но его нигде не было. Стараясь не путаться под ногами у янычар, поспешила к стойлу, где находился султанский жеребец. Словно предчувствуя что-то плохое, Вулкан тревожно дёргался, фыркал и переставлял копытами.
— Тихо, тихо малыш, всё будет хорошо, — приговаривала она, поглаживая животное, хотя сама находилась на волосок от паники.
Чувствуя, как тело сковывает запоздалый ужас, судорожно сглотнула. Боевая тревога поднята неспроста. Если бы султан был рядом, он бы смог подобрать нужные слова и утешить её взволнованное сердце. В последнем разговоре он упомянул, что послал гонца за подмогой и беспокоиться не о чем, однако интуиция утверждала иное. Они ждали врагов, но предугадать действие противника не всегда получается успешно.
Решив не сидеть сложа руки и не терять времени зря, принесла жеребцу ведро воды, а сама поспешила собрать паёк в дорогу. В глазах других янычар она являлась королевским конюхом, который почему-то приближен к императору. Вмешиваться в дела владыки никто не смел и её не трогал.
Вернувшись в султанский шатёр, несколько секунд колебалась, прежде чем тронуть императорские вещи. Будь смелее, нужно успеть о себе позаботиться, посоветовал внутренний голосок. И он в этот раз оказался прав. В одном из деревянных сундуков Злата нашла всё необходимое, включая тряпки, похожие на перевязочный материал. На глаза попались металлические фляжки. Пустые сгодятся для воды, а в одном, судя по пряному аромату, находился коньяк. На всякий случай его тоже прихватила с собой.
Запрягать взволнованного коня оказалось тем ещё испытанием.
— Дружище, не мешай, прошу — не выдержав, взмолилась она. — Постой спокойно хотя бы минуты две! — Эй, конюх, нужна помощь? — поинтересовался один из янычар. — Благодарю уважаемый, я справлюсь сам, — придав голосу хрипоту, поспешила ответить девушка. — Скажи на милость, куда все помчались?
— Так, напали на нас недруги с севера, там как раз часть наших людей и было!