— Два на два слагать умею, — раздражённо прошипела узница.
— Да ещё и с сомнительным чувством юмора, — покраснев от злости, собеседница напомнила разъярённую фурию.
— Алла, Алла… За что Всевышний меня так наказывает⁈ — всплеснула руками она.
За мошенничество, — так и вертелось на языке у Златы, но в последний миг сдержалась от комментария. Глупость какая — похитить человека и силой удерживать в тюрьме без еды и питья. Для чего? Какой смысл? Она не внучка министра — баснословных денег за выкуп не взять. И не знаменитость, которую дружно решили разыграть и показать по TV для поднятия рейтинга.
Вероятно, её с кем-то спутали — оказалась не в то время, не в том месте. Хотя даже для шутки это слишком жестоко.
Стальные оковы натёрли до крови, всё тело страшно ломило от боли. Самое неприятное — чувствовала признаки надвигающейся простуды.
Вот и съездила за компанию — экстремальный туризм с полным погружением в эпоху. Отличная затея, она оценила, вот только пять звёзд в отзыве не поставит, уж извините.
— Отправить бы тебя на невольничий рынок, да жалко — это прямая дорога в ад!
Злата продолжала молча смотреть на расхаживающую по камере даму. В хорошем фильме игра актёров завораживает — так же происходило и сейчас. Внимательно изучая каждую мимику присутствующих, ни разу не заметила выхода из образа.
Они случайно не играют в театре? Лавры славы, несомненно, обеспечены. Ежели устроят спектакль, она лично достанет билет на VIP-ложе.
Только сейчас пришло осознание, что больше предпочитает наблюдать, но никак не участвовать — и так во всех сферах жизни. Неудивительно, что отсюда все проблемы.
Обратив внимание, что невольница слушает, не перебивая, хазнедар Ягмур воспрянула духом. Быть может, с чужеземкой не всё потеряно и есть шанс взрастить султанскую подданную. Она не настолько юная, как хотелось бы, но и не так стара, чтобы отправлять на покой.
Рынок рабов — поистине злосчастное место. Живой товар приобретают для личных нужд или дарят в подарок как вещь. Не выдерживая жутких условий, даже невероятно скромные девушки ударяются в крайность. Более жалкого зрелища невозможно себе представить. Ощущение стыда впредь чуждо — выставляя напоказ свои прелести, умаляют знатных мужчин купить их, ведь по-другому не выбраться из мрака.
— Гарем — твоё единственное спасение!
В голосе отдавались покровительственные нотки. Минуту царила полная тишина — по этой причине ей пришлось снова повторить своё обращение.
— Если там вкусно кормят, я согласна, — наконец прервала молчание Злата, невесело хмыкнув.
На лице женщины заиграла самодовольная улыбка.
— Так-то лучше, — сказала она уже мягче. — Не двигайся!
Повернувшись к слугам, жестом отдала приказ освободить пленницу. Те мгновенно очутились рядом и тотчас избавили её от металлических кандалов, отчего те с лязгом рухнули на землю.
С этого дня затерявшаяся во времени туристка пополнила ряды османских прислужниц. В игре сделан первый ход — и назад дороги нет.
Глава 12
Что может быть хуже бесплатного гинеколога в забытой богом и государством поликлинике? Разговор о тех специалистах, которые напрочь игнорируют медицинскую этику. По прошествии школьного медосмотра, не задумываясь о последствиях, устраивают публичную порку, ежели подросток начал вести активную половую жизнь, вместо того чтобы в приватной обстановке рассказать юному поколению о венерических болезнях и методах контрацепции. И наоборот, пристыжают женщин, не успевших родить до тридцати, безосновательно выбраковывая молодой организм. А на любые жалобы пациентки отмахиваются: «Мол, родишь — и всё пройдёт!» Ответ, как ни странно, очевиден — хуже только повитуха в Средние века.
Выйдя из темницы, в тот же миг Злату безжалостно ослепило солнце, отчего она зажмурилась и чуть было не потеряла равновесие. Благо, ослабленное тело успели подхватить евнухи. Не удивительно — сутки просуществовала без еды и питья. Жалость к невольнице взяла верх, и хазнедар Ягмур будничным тоном велела сопроводить рабыню к питьевому источнику и убрать кандалы.
В тени деревьев располагался каменный фонтан, украшенный искусной гравировкой в османском стиле. Тщательно вымыв лицо и руки по локоть, жадно испила из собственных ладоней. Вкус ледяной воды был не особо приятен, а небольшая мутноватость вызывала немало вопросов, однако это последнее, что волновало. Незаметно оглядевшись, предположила, что находится на приусадебном хозяйстве. Отдалённо пахло мокрой землёй, терпким навозом, смешанным с сеном. Бесхозно бродили петухи, козы и ослы, что с малой периодичностью дико ревели. В метрах ста прачки, засучив рукава, вывешивали бельё — его было так много, будто в стирке участвовал целый квартал. Изумившись подобной картине, буквально остолбенела.
— Ну же! — поторопила главная. — Нам пора идти!
Бесцеремонно её поволокли к дверям каменного здания с мрачным внешним видом и решётчатыми окнами. Обшарпанные коридоры тянулись бесконечными лабиринтами, отчего закружилась голова. Безнадёжно пыталась запомнить дорогу на случай, если удастся сбежать, но в глубине души понимала — это практически невозможно. Наконец они попали в просторный зал, где своей участи ожидало не менее пятнадцати девиц. По сравнению с ними Злата выглядела более пристойно. Исхудавшие до неузнаваемости, они напоминали анорексичных моделей в бесформенных балахонах, язык не поворачивался называть это платьем. Всматриваясь в их лица, пыталась понять: та жуткая синева под глазами реальна или это качественный грим? Перед ней актрисы или подруги по несчастью? Поговорить с незнакомками не представлялось возможным, ибо они топтались на месте под зоркими взглядами евнухов и нескольких прилично одетых дам.
— Долго ждать? — нетерпеливо поинтересовалась дама в красной чалме.
— Айгуль-ханым прибудет с минуты на минуту! — ответил темнокожий парень.
— Прекрасно, осталась последняя группа — не терпится уже с этим покончить!
Немного погодя явилась повитуха в компании помощниц. Не церемонясь, принялись исследовать каждый сантиметр девушек на наличие заболеваний. Копошились в волосах, высматривая потенциальных вшей. Хамски заглядывали в рот, словно выбирали кобылицу в стадо. Как ни странно, подавляющая часть смирилась со своим положением, беспрекословно выполняя все требования, но только не Злата. Когда настала её очередь, одним резким движением опрокинула поднос с грязными инструментами, отчего присутствующие не на шутку всполошились. На несколько секунд повисла тишина, затем стоящая прямо перед ней тучная барышня средних лет (то бишь повитуха) тотчас влепила звонкую и едкую пощёчину.
— Ты что себе позволяешь, раба! — прошипела она подобно пустынной кобре, а её широко раздутые ноздри с шумом выдыхали воздух.
— Да как вы смеете! — в ярости вскричала девушка, потирая горевшую от удара щёку. — Шайка мошенников, сборище идиотов, да по вам психушка плачет!
— Ещё и оскорблять вздумала, негодница! Обратно в темницу хочешь? — вмешалась хазнедар Ягмур.
Заломив руки, словно она являлась опасной преступницей, служанки провели насильственный осмотр, а затем силой втолкнули в баню. Вещи отобрали, чертовски жаль новые кроссовки. Вместо них всунули странные и довольно неудобные деревянные шлёпанцы на высокой платформе (видимо, чтобы стопа не касалась пола). Успокаивала мысль, что грибок здесь точно не подцепит. Вокруг туловища предложили обмотаться тонким хлопковым полотенцем. Волосы торчали в разные стороны, тело ныло от подступивших синяков, что остались в момент борьбы, а из припухшей нижней губы сочилась алая кровь. Она тоже не промах — умудрилась скинуть с горе-медика платок и вырвать немалый клочок волос с головы. Однозначно, её появление в логове фанатов «Великолепного века» запомнится надолго.
От ранее посещаемого в отеле хамама нынешний отличался не в лучшую сторону. Никто не делал пенный массаж, а о пилинге и речи быть не могло. Кусок общего мыла да стальная чашка и на том спасибо. Сидя на тёплой мраморной поверхности, не спеша поливала себя сверху вниз. Прохладные струйки воды смывали пот вместе с усталостью, болью и пережитым позором. На сердце противно, на деле неприятно, и вдобавок адски унизительно. Жажда мести постепенно заполняла разум, она это так просто не оставит. «Настанет день, — думала она, когда их братство получит срок в местах не столь отдалённых». Наверняка попала к чокнутым сектантам. Правда, каким образом, не привлекая внимания, они сумели обустроить всё это в центре Стамбула на территории исторического объекта? Либо за этим стоят высокопочтенные чины, либо её перевезли в другое место, когда пребывала в беспамятстве. Последнее казалось невозможным, ибо помещение было идентичным. Не укладывалось в голове: действительно ли это происходит на самом деле⁈ Впрочем, похоже больше на бред воспалённого сознания, и в конечном итоге не удивится, если окажется, что попросту свихнулась. «Поскорее бы закончилась галлюцинация, и возник доктор в белом халате. Он с улыбкой протянет психотропные, и жить станет проще».
При выходе из бани им всучили белые сорочки в пол, а там буквально под конвоем сопроводили в спальные покои. Царивший повсюду полумрак нагнетал и без того давящую атмосферу. Свежесть из распахнутых окон переплеталась с запахом сырости и гнилого дерева. Вместо кроватей — голые доски, на которых в ряд разложены тонкие матрасы. Вместо подушки — неимоверно жёсткий валик. К счастью, одеяло попалось тёплое, иначе продрогла бы до утра. Перед сном раздали по кусочку хлеба — ей досталась чёрствая корка. В пустом животе урчало от голода, ведь последний раз перекусила, будучи на экскурсии. Подавив гордость, заставила себя поесть. Для побега нужны силы, а где их брать? Одним воздухом сыт не будешь. Во всяком случае, так за ужином всегда повторял папа Светы.
Больше всего удивляло, что девушки не разделяли с ней враждебность. Молясь своим богам с неким ликованием и даже трепетом, благодарили за подарок судьбы. Страшно представить, в каких условиях жили несчастные до… Злату одолевал тихий ужас.