— Кому сообщить? — тут же сама поняла и закусила язык.
По спине пробежал холодок. Наверняка демон изначально связался с Гилерой и сообщил о нашем плане. И теперь она наготове, чтобы забрать своего любимца. Встречаться с не шибко балующей меня симпатией вампиршей не особо хотелось. Но я понимала, что иного выбора нет. Вряд ли кто-либо другой согласился бы защищать Энния после всего, что тот натворил. Хотя, скорее всего, немногие знают о том, что виноват именно он. И, насколько поняла, Асдус и Гилера сделают все, чтобы так оставалось и дальше.
Рыжий лег прямо на землю и замер, словно превратившись в безжизненную куклу. Наверняка какой-то транс, который не позволяет оболочке начать действовать самой. Я же, сняв боевую трансформацию, опустилась на корточки рядом с лежащим рядом с Асдусом демонитом. Долго вглядывалась в красивое лицо, сейчас кажущееся таким невинным и безмятежным, что оставалось только диву даваться, как его обладатель может быть таким мерзавцем. Дыхание его было ровным и спокойным, и я невольно подумала о том, что эти несколько часов, которые Энний проведет в беспамятстве, станут последними счастливыми в его жизни. А потом он поймет, что все его мечты пошли прахом, что он проиграл.
В памяти сами собой возникли слова Сумеречной ведьмы, сказанные ему когда-то: «Попробуй преодолеть это, иначе то, чем все закончится, тебя сломает».
Теперь я понимала, что она имела в виду. Энний предпочел идти тем путем, что мог его уничтожить. Делал это сознательно и я так до конца и не поняла, что же заставляло его это делать. То ли и правда был настолько самонадеян, что считал, что в одиночку способен завоевать мир, то ли инстинктивно жаждал саморазрушения, того, что кто-то его остановит, прервет бесконечный цикл душевных метаний и поисков себя.
От последней мысли стало совсем уж жутко и я поспешно отогнала ее.
— Эй, ты что уснула? — ворвался в тягостные размышления голос Асдуса.
Демон уже сидел и улыбался мне.
— Все в порядке? — спросила я.
— А то! Как только перейдем портал, сдадим нашего мальчика с рук на руки мамочке.
Я поморщилась, но ничего не сказала на это.
Асдус поднялся, снова взвалил Энния на плечо, и мы помчались дальше.
Опасность мы с рыжим ощутили одновременно и тут же переглянулись.
— Впереди отряд!
— Я тоже их чую, — нахмурился демон.
— Пойдем в обход?
— Они прямо у перехода, — возразил рыжий, останавливаясь и вслушиваясь в свои внутренние ощущения. Я последовала его примеру.
— Думаешь, это не случайно?
— Уверен в этом.
— Только не говори, что это… — сердце будто сжала холодная невидимая рука.
— Ага, наши светлые «друзья», — демон улыбался, но видно было, что встревожен не меньше моего. — И у меня для тебя две новости, малышка: хорошая и плохая. С какой начать?
— Давай с плохой, — обреченно проговорила я.
— Это единственный переход, который есть поблизости от замка. Где находится другой, понятия не имею, и на поиски мы наверняка убьем кучу времени. А за это время мой милый братец может проснуться и тогда вся затея разлетится вдребезги.
— А хорошая? — с надеждой спросила.
— Мой маячок говорит, что твой Диор там, среди отряда, который нас ожидает.
Я немного воспрянула духом.
— Он поможет нам!
— Уверена, что ему это позволят? — хмыкнул демон. — Наверняка Воины не в восторге из-за того, что мы нарушили обещание и не отдали им Энния.
— А я вот думаю, что они изначально это знали, — неожиданная догадка заставила поежиться. — Вернее, подозревали. Потому и не ждали только в условленном месте. Но откуда они узнали о переходе?
— Может, у них тоже есть такие, кто может чувствовать такие вещи? — рыжий пожал плечами. — В любом случае вряд ли стоит сейчас ломать над этим голову. Лучше подумать о том, что будем делать.
— А выбор у нас есть?
Я вздохнула.
— Ты права. Его нет. Придется прорываться. Будем надеяться, что Диор хоть как-то сумеет их задержать. Если, конечно, сочтет нужным это сделать.
— Ты сомневаешься в нем? — возмутилась я.
— Не забывай, что для него они свои, а нас он знает без году неделя.
Я насупилась, хоть и понимала, что Асдус в чем-то прав. Мы с Воином по разные стороны баррикад. Как бы он ни относился ко мне и демону, но против своих вряд ли пойдет.
На душе кошки скребли, когда мы снова накинули боевую трансформацию и понеслись прежним путем. Все же шанс у нас есть. Сейчас ночь и силы наши умножились. Попробуем просто ринуться со всей возможной скоростью и прорвать оборону.
Только налетев на невидимую преграду, выставленную в нескольких шагах от перехода, мы осознали страшное. Воины Светлого бога не так глупы, чтобы позволить случайности решить все дело. Магический круг! Они установили его вокруг того места, через которое нужно пройти. Глядя, как из-за ближайших деревьев выходят фигуры с горящими алым амулетами, я судорожно вздохнула.
— В отличие от нечисти, мы свои обещания держим, — послышался презрительный голос Кара. — Оставьте нам Даррия Надириса и проваливайте.
— Они обманули нас! — тут же возмутился неугомонный Сор. — Мы не можем просто так отпустить их!
Кар смерил его уничтожающим взглядом.
— Снова зарываешься, парень?
Тот хмуро сопел, с ненавистью поглядывая на нас. Я поймала напряженный взгляд Диора и не выдержала. Сбросила боевую трансформацию, не желая, чтобы мой мужчина видел меня такой.
— Мы обещаем, что если позволите нам пройти, то Даррий Надирис никогда больше не вернется в этот мир. Он понесет наказание от своих же собратьев.
— Мы уже знаем цену вашим обещаниям, — выкрикнул кто-то из отряда. — Убить их всех и дело с концом!
Я нервно сглотнула. Обернувшись, заметила, что круг вокруг нас сомкнулся. Теперь прорываться будет гораздо тяжелее. Воины Светлого бога не позволят нам уйти просто так. Что же делать? Драться? От одной этой мысли стало дурно. Драться с сородичами Диора, а может, и ним самим. Окончательно все разрушить между нами. Лучше умереть, чем увидеть разочарование и неприязнь в его глазах…
Я опустила голову, чувствуя, как на плечи накатывает непреодолимая усталость. Сдавленный, но решительный голос Диора прервал раздавшиеся со всех сторон воинственные крики:
— Тогда вам придется убить и меня.
Он сделал несколько шагов и оказался рядом с нами, вытаскивая меч. Я пораженно застыла, чувствуя, как все внутри переворачивается от самых противоречивых эмоций. Нежности, признательности и одновременно страха и тревоги за него.
— Собираешь предать своих ради нечисти? — прищурился Кар.
— Если вы меня к этому вынудите, — глухо откликнулся он. — Похоже, вы позабыли о том, что значит понятие «справедливость». Эти двое не причинили вреда никому из нас, когда у них была такая возможность. Даже обороняться не стали, когда вы размахивали перед ними мечами. Хотя могли бы. Я видел, на что способен этот парень.
Диор кивнул в сторону Асдуса и тот польщено улыбнулся.
— Все, чего они хотели, помочь нам и забрать своего, чтобы подвергнуть его наказанию по их местным законам. Они помогли нам захватить замок и избежать долгой и изнурительной осады. Это они захватили пленника и он принадлежит им. Пусть каждый из них тот, с кем мы изначально призваны сражаться, но подумайте о том, что не всегда слепо следовать обычаям — честно и благородно. Я сражался за наше братство много лет. И все вы знаете, на какую роль прочит меня Великий брат. За каждого из вас я мог бы отдать жизнь. И не раз это доказывал. Но я готов отказаться от тех, кто забыл, что значит честь, кто готов, не задумываясь, убить тех, кто бескорыстно помог и никогда не поднимет оружия в ответ.
Воины молчали. Тишина царила напряженная и гулкая. Видно было, что хоть слова Диора и не пришлись по душе, но что-то затронули в них.
— Как будущий глава братства, я прошу вас позволить им уйти. Или убить и меня вместе с ними, потому что я буду защищать то, во что верю, до последней капли крови.
И Диор обнажил меч, хотя и не делал попыток нападать. Просто стоял рядом с нами, давая понять, что и правда готов сделать то, что только что сказал.
— Пообещай нам, что не уйдешь вместе с ними, — вдруг прорезал гнетущую тяжелую тишину голос Кара. — Что дальше во всем будешь исполнять свой долг. Великий брат болен. Уже скоро его смертный путь закончится и он перенесется в чертоги Светлого бога. И все мы знаем, кого Великий брат желает видеть на своем месте.
Диор сцепил челюсти, его лицо едва заметно дернулось. И я неожиданно поняла то, что полоснуло по сердцу острейшим лезвием. Сейчас он был готов уйти со мной и Асдусом. И Кар это понял. А еще пришло осознание того, что побратим Диора мог изначально спровоцировать всю эту ситуацию, тот выбор, какой тому придется сделать. Знал, насколько далеко зашли отношения между нами и на что может пойти Диор ради меня.
— Диор…
Я тут же осеклась, чувствуя, как горло сдавило от подступивших рыданий. Судя по его словно опустевшему обреченному взгляду, он тоже все понял.
— Я согласен.
В этот раз никто из Воинов не посмел роптать, когда Кар разрушил преграду, отделяющую нас от перехода. Я даже не осмелилась в последний раз обнять Диора, понимая, что вряд ли его сородичи поймут этот порыв. То, как они все смотрели на нас с Асдусом, лучше всего показывало, насколько же велика пропасть между нами. Будущий глава Воинов Светлого бога не имеет права пятнать себя связью с нечистью.
Все, что я могла себе позволить, это встретиться с моим Диором взглядом. Но я постаралась вложить в него все то, что выворачивало душу наизнанку. Всю мою безнадежную любовь к нему, ту боль, что испытывала сейчас, когда понимала, что мы расстаемся навсегда. Его взгляд, будто стремящийся запомнить каждую черточку моего лица, обжег таким нестерпимым огнем, что пришлось сцепить зубы, чтобы не закричать от боли.
— Ты первый Воин Светлого бога, которого можно уважать, — раздался голос Асдуса, абсолютно серьезный и исполненный признательности.