Ничего не скажешь, удачно я включила телевизор! А Костя и вправду хорош. Темные волосы, светлые глаза… Кажется, они у него зеленые, в телевизоре не разглядишь, нос с легкой горбинкой и совершенно обольстительный рот, красивые сильные руки.
Я вдруг расхохоталась… если бы вчера еще мне кто-то сказал, что я буду размышлять о глазах и руках Кости Иванишина, я бы ни за что не поверила. Но чего в жизни не бывает. Однако неужели он действительно меня помнит, помнит свои чувства ко мне? Странно… Вероятно, я единственная не ответила на его чувства, и это задело его раз и навсегда? Похоже на то. А значит, и дальше надо держаться от него на расстоянии… А мне не все равно? Да ерунда все это, просто удобная отговорка для мужика, на которого все кидаются: я люблю некую Дину и отвяжись вы все. Мое сердце занято. Романтические идиотки еще пуще влюбляются в него, так что это и щит и приманка одновременно. По нему видно, что он сам ни одной юбки не пропустит… Как говорила когда-то Маруся, домработница Бахов: «Мне оно надо?»
Глава пятаяЗдравствуй, Динь-Динь
Однако настроение резко поднялось, и я решила все-таки включить мобильник. И минут через пять он зазвонил. Ага, это опять рыжий!
– Алло!
– Дина, это Сергей!
– Добрый вечер!
– Какие планы на сегодня?
– Пока никаких.
– Может, увидимся?
Я замялась.
– Только не говорите, что не встречаетесь с незнакомыми мужчинами, что ничего обо мне не знаете. Я вам сейчас для знакомства все в двух словах расскажу, и это уже не сможет служить причиной отказа. Мне сорок три, в прошлом я военный моряк, сейчас занимаюсь программированием, у меня своя фирма, разведен, детей нет, в телохранители к Барсику попал благодаря родственным связям, его хозяйка – моя двоюродная сестра. Ну что еще? Ах да, самое главное – всю жизнь мечтал встретить такую женщину, как вы… Вот, пожалуй, и все!
Я засмеялась:
– Исчерпывающая справка! И изложено все с военно-морской точностью!
– Жажду узнать все о вас! Но не по телефону!
– Хорошо, что вы предлагаете?
– Предлагаю… пойти поужинать, хоть и понимаю, что это жутко банально. Вы голодная?
– Что?
– Ну вы сейчас умираете с голоду?
– Да нет, я недавно перекусила, а в чем дело-то?
– Вы ведь иностранка, да? Давно в Москве не были? Предлагаю для начала прокатиться на речном трамвайчике, поговорить, познакомиться, а уж потом где-нибудь приземлиться и поесть.
– А что? Я с удовольствием, сейчас ведь поздно темнеет… Мне ваша идея нравится!
– Вы где находитесь?
– В Луковом переулке.
– Это, кажется, на Сретенке? Тогда буду у вас через тридцать минут. Объясните, как вас найти.
– Не надо меня искать! Через полчаса я выйду на Колхозную, то есть на Сухаревку.
– Не хотите, чтобы я знал, где вы обитаете? Уверяю вас, если мне приспичит, я вас найду и под землей, предупреждаю сразу!
– Звучит угрожающе!
– Но в данный момент я не стану спорить, на Сухаревке так на Сухаревке! Вы из тех женщин, что всегда опаздывают? Тогда даю вам еще десять минут на сборы! Итак, через сорок минут! До встречи, Дина!
Ну и напор у этого бывшего моряка! Но я начала лихорадочно перетряхивать свой не слишком богатый гардероб. Я давно уже езжу с небольшим количеством вещей, а в Москву взяла с собой вдвое больше, чем обычно, и все-таки в какой-то момент мне показалось, что надеть мне совершенно нечего. Со мной давно уж такого не бывало. Как правило, я точно знаю, что надеть. Вечер довольно прохладный, и если кататься по реке, можно замерзнуть. Я надела брючный костюм в мелкую клетку и взяла с собой черную шаль, купленную в Мексике. Я очень ее люблю, она легкая, теплая, немнущаяся. А Додик, когда я ее надеваю, обязательно поет: «Гляжу как безумный на черную шаль, и хладную душу терзает печаль!» И добавляет: «Черт бы ее побрал».
Идя до Сухаревки, я думала: как давно я не ходила на свидания, собственно, с тех пор, как вышла замуж за Питера… А он умер уже пять лет назад. Не скажу, чтобы эти пять лет я жила монахиней, но как-то так складывалось, что на свидания ходить не приходилось. И даже вспоминать об этих «сексуальных контактах», как называет подобные отношения Додик, не хотелось никогда. Ведь не вспоминаем же мы о медицинских процедурах, которым иной раз приходится подвергаться. А уж если учесть, что действие происходит в родном городе, то ценность такого свидания возрастает вдвое, к тому же он хоть и бывший, но моряк, а это рождает в душе какие-то романтические завихрения… Черт знает что за мысли лезут в голову… какие-то забытые, я бы даже сказала, рудиментарные…
Рыжий стоял возле черного «сааба» и держал в руках букетик ландышей.
– Привет! – сказал он. – Я подумал, что розы в такой ситуации не слишком уместны, а вовсе без цветов прийти на свидание к такой женщине неприлично.
– Спасибо! Ох, какой запах…
– Поехали?
– Да! Куда едем?
– Думаю, сядем у Киевского вокзала и доплывем до гостиницы «Россия», а там поглядим.
– А ваша машина?
– У меня там водитель, он ее перегонит куда скажем.
– О, как все продумано!
Действительно, за рулем сидел немолодой, солидного вида водитель.
Мы вдвоем сели сзади, и сразу возникла какая-то неловкость. Чтобы ее разрядить, я спросила:
– А как поживает Барсик?
– Да вроде нормально. Стал есть. На забор не кидается. Сегодня утром даже поймал крота. А вы умеете обращаться с кошками…
– У меня дома два кота, и один вечно лазает на деревья, а спуститься не может. Вот я и наловчилась…
Он как-то смущенно рассмеялся. И куда девался его напор? Или он водителя стесняется? Тогда какого черта он с ним затеялся, проще было взять такси.
И я стала смотреть в окно…
– Вы давно не были в Москве? – выдавил он с трудом.
– Очень.
– Ну и как?
– Хорошо! Особенно вот эта реклама! – расхохоталась я. Впереди был виден большой щит с яркой надписью: «Отдайся Шоппингу!»
– Ну и что вас так насмешило? – недоуменно спросил он. – По всей Москве эта реклама…
– Да вы посмотрите, там же два «п» и шопинг с большой буквы, как будто приглашают всех отдаться какому-то господину Шоппингу!
– Вам смешно?
– А вам нет?
– Не знаю, надо бы сперва внимательно посмотреть, там внизу что-то еще написано, может, и впрямь существует какой-то Шоппинг с большой буквы и с двумя «п».
– Ну тогда уж это совсем глупо… Почему я должна отдаться какому-то Шоппингу?
– А если с маленькой буквы и с одним «п», вы готовы ему отдаться?
– Если с маленькой и с одним «п», готова, более того, время от времени я ему отдаюсь… Тьфу, что за ерунду мы городим.
– Это вы затеяли разговор…
– Прошу прощения, не думала, что мое замечание заведет нас в такие дебри.
И в этот момент вдруг полил дождь. Да какой! Сразу стало темно, по ветровому стеклу текли потоки воды.
– Сережа, что делать-то будешь? – обернулся водитель. – Куда в такую дождину по реке плавать! Я тебе говорил, у меня нога ноет, к дождю!
– Дина, наши планы под угрозой срыва! Есть предложение сменить курс и поужинать у тети Тамары.
– Кто такая тетя Тамара? – испугалась я. Мне совсем не хотелось ехать к какой-то тете.
– Да это ресторан, грузинская кухня, называется «У тети Тамары». Там тепло и сухо. А по реке покатаемся в другой раз, когда будет солнышко…
– Ну что ж делать, погода и впрямь не для речных прогулок.
– Слыхал, Егорыч? К «тете Тамаре»! – Рыжий вдруг развеселился и приободрился. Как вести себя со мной в ресторане, он, видимо, понимал.
…Ресторан в одном из арбатских переулков оказался очень красивым и уютным, и народу там было много, но столик для нас все-таки нашелся, по-видимому, Рыжий был тут завсегдатаем.
– Предупреждаю, обслуживание здесь далеко не европейское, так, грузинский духан, но кухня выше всяких похвал. Кстати, очень модное место в Москве.
– Ничего, я по миру поездила, видала всякое. Знали бы вы, как обслуживают в мексиканской глубинке…
К нам подошла немолодая толстая женщина довольно добродушного вида.
– Привет, тетя Нино!
– Здравствуй, дарагой. Что кушать будешь?
– Тетя Нино, дайте нам меню, пусть дама сама выберет.
– Харашо, дарагой!
Она ушла и минут через пять вернулась с меню.
– А вы говорите, тут неважно обслуживают! Каждому дают меню. Когда-то в Москве об этом только ходили слухи.
Названия в меню были по большей части незнакомые, кроме лобио, сациви и хачапури.
– Сережа, я не ориентируюсь, помогите! Сациви я точно не хочу, а в остальном полагаюсь на вас.
– Отлично! Что будем пить? Тут изумительное вино. Настоящее! Хотите киндзмараули?
– Хочу! Хоть и не помню, что это за вино.
Он улыбнулся:
– А сациви вы не любите?
– Нет!
Дело в том, что сациви частенько готовила одна из паучих, та самая, что выпила у меня больше всего крови, хоть пауки и не кровососущие.
Он долго перечислял тете Нино названия, звучавшие более чем экзотично.
– Вы столько всего заказали!
– Да ерунда, съедим, тут так вкусно, и потом, я заказал всего понемножку. А что вы делали в мексиканской глубинке?
– Ездила в экспедицию.
– В экспедицию? А вы кто же по профессии?
– Археолог.
– Боже мой, никогда бы не подумал! Как интересно! И что вы там нашли?
– Да так, по мелочи…
Терпеть не могу говорить на профессиональные темы с людьми, которые в археологии ни ухом ни рылом. Всех почему-то интересует в первую очередь, сколько золота мы нашли.
– А что искали? Золото инков?
Начинается!
– Нет, инки – это Перу, – довольно сухо объяснила я.
– Ах да, тогда, наверное, сокровища майя?
– Сережа, скажите, а когда на судах бьют склянки, то какие именно? Банки или бутылки?
– Дина, я вас обожаю! Как вы меня отбрили! Не лезь, рыжий, с суконным рылом в калашный ряд! Можно я вас поцелую?
И, не дожидаясь ответа, он привстал и поцеловал меня в щеку. Должна сказать, мне сразу захотелось, чтобы он на этом не останавливался.