ю площадку. В пятидесяти футах внизу вращались гигантские турбины. Это была большая комната, но я не видел иного выхода, кроме как спрыгнуть в турбину и быть перемолотым на кусочки… во благо электрификации. М-да, особого желания не возникало.
Другой гид в микрофон рассказывал туристам о водных ресурсах Невады. Я взмолился, чтобы с Талией, Зоей и Гроувером все было в порядке. Их ведь уже могли схватить, а может, они сидят в баре, не подозревая, что мы окружены. И какой же я дурак: попался в ловушку в норе на сотни футов ниже уровня земли!
Я проталкивался сквозь толпу туристов, стараясь не особенно бросаться в глаза. В другом конце галереи был коридор — может, мне удастся спрятаться там. Рука моя сжимала Анаклузмос, готовая к тому, чтобы в любой момент нанести удар.
Когда я добрался до противоположного конца галереи, нервы у меня были на пределе. Попятившись в маленький коридор, я посмотрел на туннель, из которого вышел.
Тут прямо у меня за спиной раздалось резкое шипение, похожее на голос зомби.
Повинуясь мгновенному импульсу, я сорвал колпачок с Анаклузмоса и, развернувшись, взмахнул мечом.
Девушка, которую я только что пытался разрубить напополам, взвизгнула, выронив бумажный носовой платок.
— О господи! — воскликнула она. — Вы всегда убиваете людей, которые сморкаются?
Первое, что мелькнуло у меня в голове, — меч не ранил ее! Он нечувствительно прошел сквозь ее тело.
— Так вы смертная?!
Она смерила меня недоверчивым взглядом.
— Что это значит? Разумеется, смертная! Как вам удалось пронести меч через охрану?
— Я не проносил… И вообще, где вы тут видите меч?
Девушка вытаращила на меня зеленые, точь-в-точь как у меня самого, глаза У нее были каштановые, с рыжеватым отливом кудряшки и красный нос — словно она простудилась. Композицию удачно завершали большая темно-бордовая фуфайка с эмблемой Гарварда и джинсы, все в пятнах от маркера и дырочках, как будто в свободное время она только и делала, что ковыряла их вилкой.
— Что ж, если это не меч, то самая большая зубочистка в мире. — Она вздернула плечо. — А почему же я не ранена? То есть я не жалуюсь. Кто вы такой? И — вау! — что это на вас? Это львиный мех?
Девушка задавала столько вопросов сразу и с такой быстротой, будто швырялась камнями. Я не успевал отвечать. Посмотрев на свои рукава, я увидел, что шкура Немейского льва каким-то образом снова превратилась в мех, но все равно выглядела на мне как коричневое зимнее пальто.
Я понимал, что зомби продолжают охоту за мной. Нельзя было терять время. Но я стоял и пялился на рыжекудрую девушку. Потом вспомнил, что Талия сделала в Уэстовер-холле, чтобы провести учителей. Может, и мне удастся повелевать туманом?
Я изо всех сил сосредоточился и щелкнул пальцами.
— Ты не видишь никакого меча, — сказал я девушке. — Это всего лишь шариковая ручка.
— Да нет же… — Она заморгала. — Это меч, чудак.
— А ты кто? — спросил я.
Девушка возмущенно фыркнула.
— Рейчел Элизабет Дэр. Так ты собираешься отвечать на мои вопросы или мне вызвать охрану?
— Нет! — сказал я. — То есть… я вроде как тороплюсь. Я в беде.
— Так в беде или торопишься?
— Ну… и то и другое.
Она посмотрела через мое плечо, и глаза ее широко распахнулись.
— В уборную!
— Что?
— В уборную! За моей спиной! Скорее!
Не пойму почему, но я послушался ее. Проскользнув в мужской туалет, я оставил Рейчел Элизабет Дэр снаружи. Потом это показалось мне трусостью. В то же время я совершенно уверен, что это спасло мне жизнь. Я слышал хруст и шипение приближавшихся зомби.
Я крепче вцепился в рукоять меча. О чем я в ту минуту думал? Я оставил смертную девушку на погибель. Я уже готовился рвануться вперед и врубиться в толпу воинов-зомби, когда Рейчел Элизабет Дэр кинулась к ним и принялась трещать как заведенная.
— О боже мой! Вы видели этого парня? Вы ведь здесь уже давно? Он хотел убить меня! У него такой меч, господи спаси! А вы тоже хороши, охранники, пустили размахивающего мечом параноика на территорию национальной достопримечательности! Черт знает что такое! Он побежал вон туда к этим… как их называют… турбинам. Думаю, он пытался пробраться на другую сторону. Наверное, упал.
Зомби возбужденно затрещали. Я услышал, как они уходят.
Рейчел открыла дверь.
— Все чисто. Но лучше тебе поторопиться.
Вид у нее был потрясенный. Лицо посерело, и пот стекал по нему крупными каплями.
Я выглянул за угол. Трое скелетов бежали к другому концу галереи. Путь к лифту на несколько секунд был свободен.
— Я перед тобой в долгу, Рейчел Элизабет Дэр.
— Кто это такие? — спросила она. — Они были похожи на…
— Скелеты?
Она нервно кивнула.
— Будь так добра, — сказал я. — Забудь это. Забудь, что когда-либо видела меня.
— Забыть, что ты хотел убить меня?
— Да, и это тоже.
— Но кто же ты?
— Перси… — начал я. Затем увидел, что скелеты оборачиваются. — Мне пора!
— Что это за имя такое: Перси-Мне-Пора?
Я ринулся к выходу.
Кафе-бар был битком набит ребятами, которые наслаждались лучшей частью экскурсии — ланчем на плотине. Талия, Зоя и Гроувер только что расположились за столиком со своей едой.
— Надо уходить, — задыхаясь, проговорил я. — Прямо сейчас!
— Но мы только что взяли буррито![17] — запротестовала Талия.
Зоя привстала, пробормотав древнегреческое проклятие.
— Он прав! Смотрите.
Окна кафе давали круговой обзор, так что мы могли во всей красе обозреть панораму — армию зомби, явившихся убить нас.
Я насчитал двоих на восточной стороне подъездной дороги, они блокировали путь на Аризону. Еще трое на западной стороне охраняли выезд в Неваду. Все были вооружены пистолетами и полицейскими дубинками.
Но наша непосредственная проблема находилась куда ближе. Трое воинов-зомби, которые преследовали меня в турбинном зале, появились на лестнице. Увидев меня в другом конце кафе, они защелкали зубами.
— Лифт! — скомандовал Гроувер.
Мы метнулись в том направлении, но дверцы открылись с приятным «динг!», и из лифта вышли еще трое воинов. Значит, вся армия собралась здесь, не считая того, которого Бьянка испепелила в Нью-Мехико. Мы были полностью окружены.
Тут у Гроувера возникла блестящая, типично гроуверовская идея.
— Война бурритос! — завопил сатир и запустил одной из своих лепешек в ближайшего зомби.
Могу сказать, что, если в вас никогда не швыряли горячим, с пылу с жару буррито, вам просто повезло. Среди прочих смертоносных снарядов он занимает место где-то между гранатой и пушечным ядром. Ланч Гроувера угодил в цель и снес череп с плеч скелета. Не уверен, что именно увидели другие ребята, находящиеся в кафе, но они словно обезумели и, вопя и взвизгивая, стали швырять друг в друга своими ланчами, пакетами с чипсами и банками с колой.
Скелеты попытались прицелиться, но безуспешно. Тела, еда и напитки слились в общую кучу.
Пользуясь неразберихой, мы с Талией набросились на двух зомби, оставшихся на лестнице, и спихнули их на разделочный стол. Затем всем скопом ринулись вниз по ступенькам, уворачиваясь от летающих бутылочек с соусом гуакамоле.
— Что теперь? — спросил Гроувер, когда мы вырвались наружу.
Я не знал, что ответить. Воины-зомби перекрывали нам дорогу во всех направлениях. Мы перебежали по улице к павильону с крылатыми бронзовыми статуями, но таким образом только оказались спиной к горам. Скелеты надвигались, охватывая нас полукругом. Их собратья из кафе бежали им навстречу. Один все еще пытался приладить череп обратно. Другой был с ног до головы в кетчупе и горчице. Еще у двух буррито засели в ребрах. Их это явно не радовало. Достав дубинки, они надвигались.
— Четверо против одиннадцати, — пробормотала Зоя. — И убить-то их нельзя!
— Приятно было, ребята, разделить с вами эти захватывающие приключения, — дрожащим голосом произнес Гроувер.
Уголком глаза я заметил что-то блестящее. Посмотрел на ноги статуй.
— Ух ты! — сказал я. — Большие пальцы у них и правда как наманикюренные.
— Перси! — нервно сказала Талия. — Сейчас не время для шуточек.
Но я не мог оторвать глаз от двух огромных бронзовых парней с пластинчатыми крыльями, острыми, как ножи для разрезания бумаги. Время и непогода покрыли тела ангелов бурой патиной — все, кроме больших пальцев ног, которые блестели, как новенькие центы, от бесчисленных прикосновений на удачу.
Удача. Благословение Зевса.
Я вспомнил экскурсовода из лифта. Ее серые глаза и улыбку. Что она там такое сказала? «Выход всегда есть. Для того, кто достаточно умен, чтобы найти его».
— Талия, проси о помощи отца, — сказал я.
Она посмотрела на меня горящими глазами.
— Он никогда не отвечает.
— Всего один раз! — взмолился я. — Попроси о помощи! Мне кажется… мне кажется, эти статуи могут принести нам удачу.
Шестерка зомби подняла пистолеты. Остальные пятеро надвигались на нас с дубинками. Пятьдесят футов. Сорок футов.
— Ну же! — пронзительно крикнул я.
— Нет! — отрезала Талия. — Он не ответит.
— Но не в этот раз!
— Кто тебе сказал?
— Думаю, Афина, — неуверенно отозвался я.
Талия нахмурилась, словно решив, что я окончательно помешался.
— Попробуй, — присоединился ко мне Гроувер.
Талия закрыла глаза. Губы ее беззвучно зашептали молитву. Я присовокупил собственную, обращенную к матери Аннабет, надеясь, что не ошибся и видел в лифте именно ее и что она пытается помочь нам спасти дочь.
Но ничего не случилось.
Скелеты сомкнули кольцо. Защищаясь, я взмахнул мечом. Талия подняла щит. Зоя, заслонив Гроувера, прицелилась в голову одного из скелетов.
На меня упала тень. Я подумал было, что это тень смерти. Потом понял: тень огромного крыла. Блеснула бронза, и все пятеро зомби, вооруженные дубинками, были разом сметены с нашего пути.